Следует оговориться с самого начала: когда мы говорим здесь о графити, мы говорим о политических графити. Нас не интересуют эстетические поползновения графитистов, мечтающих украсить свими инициалами уродливые городские стены, равно как нас не волнуют «экзистенциальные» попытки самовыражения «бунтующих» подростков и маргиналов, чьим определяющим свойством является незнание социальных условий, в которых производится уличная (и музейно-банковская) культура.


