Лихорадка тенге

Мария Железнова
Русский Newsweek, 09.02.2009

В прошедшую среду глава Нацбанка Казахстана Григорий Марченко собрал журналистов. Им раздали пресс-релиз о финансовой ситуации. В нем все выглядело благополучно: достигнут исторический минимум инфляции 0,1%, электроэнергия подешевела на 1,2%, бензин - почти на 10%. Тут Марченко, выждав театральную паузу, сообщил, что есть еще второй пресс-релиз, и попросил пресс-службу поскорее его раздать.

«Передавайте пачку вперед, что, это трудно разве? Все родились в стране, где распределение было основной функцией, а пресс-релизы не научились раздавать?» - ворчал Марченко. При этом залу он сказал: «Читайте спокойно». Спокойно не получилось: пресс-релиз сообщал, что Нацбанк больше не может поддерживать курс тенге и объявляет о девальвации. Журналисты потянулись к телефонам.

Из всех стран, мелькавших в заголовках в связи с кризисом, Казахстан больше всего похож на Исландию. Это страны-хедж-фонды: их благосостояние было построено на рискованных операциях вроде валютных спекуляций. Исландцы, например, занимали огромные суммы в долларах, а инвестировали в фунтах, а казахи одалживали доллары и вкладывались в рубли. Такие страны наиболее уязвимы перед финансовой конъюнктурой. Мир еще ничего не видел, а казахстанская экономика зашаталась уже осенью 2007 года.

Казахстан тянул с девальвацией, сколько мог, компании и банки страны набрали долгов больше чем на $92 млрд. Для Казахстана это грандиозная сумма. Если в России размер внешнего долга компаний и банков примерно равен объему резервов ЦБ, то в Казахстане долг вдвое выше. Когда в мире обрушились цены на нефть, девальвации уже было не избежать. Ведь нефть - это 60% казахстанского экспорта и главный источник валютной выручки.

БЕЗ ПОТРЯСЕНИЙ

Падения национальной валюты ждали все; правда, никто не думал, что оно произойдет так внезапно. Если девальвация и будет, то совсем небольшая, еще 28 декабря говорил прежний глава Нацбанка Анвар Сайденов. Через месяц Сайденов лишился своего поста, а новый глава Нацбанка Марченко разом обвалил тенге на 23%. Вслед за валютой упал и сайт Нацбанка: все ринулись читать тот самый второй пресс-релиз.

В течение всего прошлого года курс тенге к доллару почти не менялся, колеблясь вокруг отметки 120:1. Такая политика Нацбанка дорого обошлось казахстанской экономике. Как сообщил Марченко, только за последние четыре месяца на поддержание курса национальной валюты Нацбанк потратил $6 млрд золотовалютных резервов, из них почти половину - в январе.

После девальвации валютный курс, как объявил Нацбанк, будет колебаться вокруг 150 тенге за доллар. На фоне того, что происходит у соседей по СНГ, 23-процентная девальвация в Казахстане не столь драматична: украинская гривна за последние 13 месяцев подешевела на 52%, белорусский рубль - на 28%, а российский - на 44%. Власти клянутся, что ниже тенге уже не упадет. «Мы будем его защищать, - пообещал Марченко. - И не допустим колебаний, которые превышают рациональные ожидания».

Правда, в обменных пунктах курс мгновенно превзошел «рациональные ожидания». «Я шел на работу и видел, что [в обменных пунктах Алма-Аты] доллар продавали по 180 тенге», - рассказывает экономист Сергей Смирнов. Правда, премьер-министр Карим Масимов сразу пообещал, что лично проедет по столице - убедиться, что обменники и магазины «не допустили необоснованного саботажа».

Рейды чиновников пошли тенге на пользу. Уже во второй половине того же дня, как свидетельствует другой алма-атинский экономист Тулеген Аскаров, курс был образцовый: «Продажа по 155, покупка по 145, как Нацбанк прописал». Панической скупки валюты не было, сообщили Newsweek в нескольких коммерческих банках Казахстана. Чтобы банки не испытывали дефицита наличных, в страну накануне завезли самолетом $600 млн - столько поместится, например, в 600 коробок из-под бумаги для ксерокса. Одновременно вкладчики пошли переводить тенговые вклады в долларовые. Поток клиентов, которые после девальвации пришли, например, в отделения банка «Каспийский», увеличился примерно на треть.

ПОБОЧНЫЕ ЖЕРТВЫ

Выбора у властей Казахстана не было. «Правительство все сделало правильно, только поздно, надо было отпускать тенге еще три-четыре месяца назад, когда начал дешеветь рубль: спасли бы четверть золотовалютных резервов», - считает Ораз Жандосов, один из инициаторов предыдущей девальвации, которая случилась в 1999 году. Тогда он был министром финансов, теперь - после шести лет в оппозиции - называет себя независимым экспертом: «Видите, даже я признаю, что правительство действует единственно возможным способом». Правда, и в 1999 году девальвация произошла с опозданием, вспоминает Жандосов. Но тогда вмешалась большая политика: на носу были и парламентские, и президентские выборы. Только переждав их, Нацбанк обрушил тенге почти на 50%.

На этот раз никаких выборов не ожидалось. «А правительство почти целый год делало вид, что кризис нас не касается», - говорит Жандосов. Пока не начала падать цена на нефть, прибылью от которой Нацбанк поддерживал национальную валюту, кризис отражался лишь на банках и недвижимости - еще год назад резко сократилось кредитование и встали стройки. Но если в Астане, которая в прошлом году отметила 10-летие как столица, правительство к юбилею постаралось профинансировать завершение нескольких недостроенных зданий, то в Алма-Ате строительные краны, как говорит экономист Аскаров, по всему городу стоят без движения.

С проблемными банками правительство начало разбираться еще осенью. Тогда оно объявило, что приобретает 25% акций в четырех коммерческих банках страны, - правда, пообещало, что это временно. Но две недели назад Марченко, глава одного из проблемных банков, возглавил Нацбанк и объявил об «установлении контроля» над двумя крупнейшими коммерческими банками страны - банком «ТуранАлем» (БТА) и Альянсбанком.

Глава БТА Мухтар Аблязов выступил в духе Михаила Ходорковского и назвал действия властей «государственным рейдерством». Конфликтует с властями он не впервые. В конце 90-х Аблязов был министром экономики, но затем оказался в опале и создал оппозиционную партию «Демократический выбор Казахстана». Согласно популярной в Казахстане версии, он поругался со всемогущим тогда зятем казахстанского президента Рахатом Алиевым. Тот, правда, в 2007 году тоже впал в немилость и скрылся за границей.

Карьера оппозиционера у Аблязова не задалась: власти завели против него уголовное дело по обвинению в коррупции. Приговорили к 6 годам тюрьмы, но отсидел он меньше года - президент Назарбаев даровал ему свободу. В благодарность Аблязов тут же отрекся от своей бывшей партии и назвал ее позицию «неконструктивной».

После освобождения Аблязов свои основные усилия сконцентрировал на России, проявляя склонность к гигантомании. Он вложился в проекты строительства 300-метрового небоскреба «Евразия» в Москва-сити и торгового комплекса под Павелецкой площадью, а также океанариума на Поклонной горе. Кроме того, по некоторым оценкам, Аблязов владеет огромным количеством складов по всей стране.

Обвинив государство в рейдерстве, Аблязов вряд ли сможет продолжить бизнес в Казахстане, считает экономист Смирнов. Сам БТА отойдет инвестору, которого активно ищет Нацбанк Казахстана. В числе возможных будущих владельцев называют российский Сбербанк, который официально покупку БТА не комментирует. Однако еще год назад глава Сбербанка Герман Греф говорил о желании покупать банки в СНГ, Азии и Восточной Европе, и, судя по его словам, это желание не покинуло его и сегодня.

«МОБИЛЬНАЯ» НАЦИЯ

Как сильно ударит кризис по Казахстану, будет в первую очередь зависеть от цен на нефть, напоминает аналитик Евразийского банка развития Евгений Винокуров. Сейчас в бюджет-2009 заложен курс $40 за баррель, и очевидно, что при такой цене страна будет жить в условиях дефицита бюджета и сокращения ВВП.

«Мы в кризисе уже полтора года и успели к нему привыкнуть», - напоминает экономист Тулеген Аскаров. Даже проблема безработицы успела ослабнуть, хотя пособия по безработице как такового в Казахстане нет: если у тебя нет работы, но есть подсобное хозяйство, то ты не безработный, а самозанятый.

Общественные работы, к которым в российских регионах только начали привлекать недавно уволенных, в Казахстане уже довольно широко распространены. Правда, и там платят мало. Квалифицированный рабочий до кризиса получал примерно 80 000 тенге (20 000 руб.), а на общественных работах вроде уборки улиц он может рассчитывать только на 30 000 (7500 руб.). «Зато, в отличие от россиян, казахи как кочевой народ изначально более мобильны, - говорит политолог Эдуард Полетаев. - Новая столица Астана вся состоит из переселенцев, в том числе из благополучной Алма-Аты».

Но активных социальных протестов ждать не стоит - во всяком случае, в первой половине года, прогнозирует Полетаев: для общенационального бунта в Казахстане, по его мнению, слишком слабая оппозиция и слишком плохие дороги между городами - никакая природная мобильность не поможет, протест в буквальном смысле не пройдет.


Автор Комментарий
Шпагат Ибрагимов (не проверено)
Аватар пользователя Шпагат Ибрагимов.

Может у него и было денег купить еду на три дня, а холодилщика ваще нет? Может он держит еду в сетке, за форточкой, как общежитии ЖенПИ?. А может он там и живет ?

 
Аноним (не проверено)
Аватар пользователя Аноним.

Дура - как долга этай еды хватит? или у тебя балшая халадилщик? или все время жриош прасроченную еду китайскага праизводства?!

 
Аноним (не проверено)
Аватар пользователя Аноним.

Да скоро все на улице оакжемся,тенге верить уже нельзя,я все деньги снял с депозита и купил еду