Кому нужна национальная идея?

Автор не указан
ИА Фергана.ру, 25.09.08

В Москве прошел международный экспертный семинар на тему «Национальная идея и проблемы национального государственного строительства на постсоветском пространстве». Слушали, в основном, о Казахстане. Постановили, что национальную идею сегодня в Казахстане искать очень трудно, внушать ее особо некому, а главное – все это вряд ли нужно.

Семинар проводился Информационно-аналитическим центром (ИАЦ) Московского Государственного университета (МГУ) по изучению общественно-политических процессов на постсоветском пространстве. Вел встречу генеральный директор ИАЦ Алексей Власов.

Политические элиты стран, образовавшихся на постсоветском пространстве, давно озаботились тем, чтобы сформулировать новые национальные идеи: идеи эти призваны были заполнить идейный вакуум, образовавшийся после распада СССР и крушения коммунистической идеологии и прежних советских ценностей. Однако нигде эти государственные национальные идеи так и не овладели массами.

Как сказал директор казахского Центра актуальных исследований Андрей Чеботарев, «у Казахстана до сих пор нет своей четко обозначенной идеи, способной сплотить всех граждан республики независимо от их социальной, политической, этнической, религиозной и прочей принадлежности в единую общность».

А.Чеботарев сформулировал пять основных причин, по которым подобное единение граждан в Казахстане сегодня невозможно в принципе. Первая: население Казахстана сегодня представляет собой множество слишком разрозненных групп, чтобы возможно было говорить о каких-то объединяющих их общих интересах, целях или ценностях. Второе: в политике Казахстана нет борьбы идей, а есть борьба группировок. Третье: слишком высок уровень расслоения людей по уровню доходов, и это провоцирует еще большую разобщенность по этнорелигиозным признакам. Четвертое: существует большой разрыв между народом и властью. Пятое: заказ властей Казахстана срочно сформулировать национальную идею привел к вбрасыванию в общество множества различных концепций, стратегий и планов развития, причем с различными идеологическими приоритетами.

Собравшиеся на семинаре эксперты продолжили перечислять, отчего национальная идея в Казахстане сегодня не может быть найдена. Во-первых, существуют проблемы с национальным самоопределением и с выбором ценностных ориентиров. С одной стороны, существует казахская стратегия «Путь в Европу» с приоритетом европейских либеральных ценностей. С другой – политику Казахстана можно определить как этнократическую, что плохо сочетается с европейскими представлениями о гражданском обществе. «Процессы идентификации населения еще не завершены. Сегодня одни говорят о себе «казахи», другие называют себя «казахстанцами», третьи – «евразийцами», а четвертые вообще выбирают «путь в Европу», - заметил Юрий Булуктаев, старший научный сотрудник Института философии и политологии Министерства образования и науки Казахстана. - Пока еще рано ставить четкие ориентиры, это может привести к еще большему расслоению».

Причем выбор «пути в Европу» можно понимать и буквально. «По данным программы возвращения соотечественников, больше всего русских бежит в Россию из Казахстана», - заметил политолог Аждар Куртов. Нацеленность Казахстана на Европу профессор РГГУ Людмила Адилова расценивает как грамотный проект, который, однако, полностью выстроен «сверху» и не способен пока укорениться в массовом сознании: «У нас каждый мнит себя европейцем, только сосед у него – азиат».

Еще один источник, из которого можно было бы черпать образы для национальной идеи, - история народа. Но поиск молодыми государствами своей национальной и исторической идентичности не всегда приводит к адекватному представлению о пройденном ими историческом пути.

«Историю тюркских народов сегодня пишут заново», - заметил эксперт ИАЦ Исмаил Агакишиев. Л.Адилова подтвердила: «Почти все государства на постсоветском пространстве переписывали свою историю, и почти все, кроме Казахстана, переписали ее так, чтобы как можно дальше отстроиться от России».

Но не только история отношений с Россией подверглась изменениям. Серьезные исторические споры возникают, например, между таджиками и узбеками, так что Алексей Власов даже заметил мимоходом, что не рискнет опубликовать материалы уважаемых историков из Душанбе до тех пор, пока не придут материалы из Ташкента: «Российским историкам не пристало участвовать в разжигании конфликта, пусть и исторически удаленного».

Национальная идея может формулировать и пути будущего развития государства: например, провозглашенная Нурсултаном Назарбаевым в 1997 году стратегия «Казахстан-2030» или сформулированная им же в 2007 году цель, что «Казахстану предстоит войти в число пятидесяти конкурентоспособных стран и жить так, как там живут». «В принципе, сама рассматриваемая идея вполне подходит для того, чтобы стать общенациональной. В то же время трудно представить себе, что основная масса казахстанцев проникнется духом конкурентоспособности в условиях заметного ограничения ключевых основ политической и экономической конкуренции в стране, - прокомментировал А.Чеботарев. – Поэтому без проведения кардинальных общественно-политических преобразований ни граждане, ни тем более государство реально конкурентоспособными не станут».

Однако Аждару Куртову «Стратегия 2030» и другие уточнящие эту стратегию концепции напомнили о программе построения «развитого социализма», которая подтверждала истинность марксистского учения, но при этом изящно откладывала наступление коммунизма на неопределенное время.

Эксперты предлагали и свои варианты в качестве национальных идей для Казахстана. Например, Алексей Власов поинтересовался, может ли стать такой идеей «Казахстан без коррупции». Все решили, что он пошутил. Эдуард Полетаев, главный редактор журнала «Мир Евразии», напомнил собравшимся, что у президента Назарбаева, «как мы знаем, уже достаточно серьезное духовное наследство, много книг выпущено», и предположил, что изучение трудов президента «будет консолидировать и власть, и общество». В ответ Полетаеву собравшиеся тут же припомнили туркменскую Рухнаму.

На семинаре также обсуждался вопрос, кто же должен нести ответственность за появление национальной идеи. Сошлись на том, что все подобные идеи – совместный проект власти и общества. И по мнению Людмилы Адиловой, для того, чтобы сформулировать национальную идею, нужно понимать, в чем «миссия нации, а это предполагает поиск друзей и наличие общего врага».

- А кто враг Казахстана? - заинтересовались собравшиеся.

- Враг может быть и внутренним, - нашлась эксперт.

Непосредственно разработкой национальных идей занимаются политтехнологи, и взявший слово политолог Михаил Виноградов попытался объяснить собравшимися, до чего ж это трудная задача: «Каждый раз, когда мы сталкиваемся с необходимостью выбора национальной идеи, мы ее ищем, долго вымучиваем, вырабатываем. Потом оказывается, что под нее надо писать стратегию, а когда стратегия готова, то обнаруживается, что человеческий материал, который есть в нашем распоряжении, не является инструментом для этой стратегии».

И поскольку размышлять, в чем миссия нации, равно как и формулировать отличие национальной идеи от идеи государственной в условиях этноцентризма – дело неблагодарное и Европой не одобряемое, а человеческий материал то и дело «не соответствует стратегии», то эксперты в результате сошлись на том, что искать национальные идеи сегодня – занятие довольно бесполезное. Аждар Куртов высказался однозначно: «Общество солидаризируется с властью в переломные, трудные моменты, например, во время иностранных завоеваний, или когда нужно ликвидировать последствия иностранных завоеваний. Вот тогда национальный подъем может объединить все слои населения. Нужно ли это сейчас? Тот ли это путь?.. Национальная идея используется часто как флаг, которым размахивают, чтобы люди не смотрели себе под ноги, а глядели на это красивое полотнище и шли за знаменосцем. А лучше бы под ноги смотреть, чтобы не спотыкаться... Нужна ли национальная идея, обязательна ли она? Да совершенно не обязательна!» - завершил свое выступление г-н Куртов.

Гульшат Уразалиева, доцент СФ РГГУ, подвердила: «Власть должна заниматься целеполаганием, а гражданскому обществу надо, грубо говоря, наплевать на эти цели и жить, как говорили древние греки, выбирая между Эросом и Танатосом. И когда повседневная жизнь наших людей будет далека от идеологий, отсутствие национальной идеи и станет главной нормой жизни. Когда национальную идею навязывают – нормальная жизнь заканчивается».

В результате все то и дело возвращались к идее, которую высказал в начале семинара Исмаил Агакишиев, и которая подошла бы любому народу в качестве национальной: «Все любят попить, поесть и погулять».

Собравшиеся против такой формулировки не возражали. Спустя несколько минут участники экспертного семинара продолжили общение на фуршете.