Глава Минпромэнерго Виктор Христенко заявляет, что с Казахстаном достигнуты договоренности об увеличении нефтяного транзита чере

Иван Рубанов
Эксперт, N20, 19.05.2008, с. EV

Но, несмотря на оптимизм чиновника, вопрос о расширении идущего из соседней республики трубопровода КТК все еще не решен. Едва ли не прорывными можно было бы назвать энергетические договоренности между Россией и Казахстаном, о которых на днях сообщило Минпромэнерго РФ.

Согласно распространенной министерством информации, его главе Виктору Христенко в результате состоявшейся 6-7 мая поездки в Астану удалось договориться с министром энергетики и минеральных ресурсов Республики Казахстан Сауатом Мынбаевым "о разработке совместного баланса топливно-энергетических ресурсов Российской Федерации и Республики Казахстан на период до 2020 года". И главное, "сформирована единая позиция по вопросу расширения КТК (нефтепровод Каспийского трубопроводного консорциума), оно должно состояться в два этапа в период до 2012 года... Мощность трубопровода будет увеличена с 32 до 67 млн тонн нефти. В рамках расширения КТК предполагается, что дополнительно 17 млн тонн казахстанской нефти будет ориентировано на трубопровод Бургас-Александруполис".

Фактически это означает, что главная нефтедобывающая держава Каспийского региона в качестве основного транзитного партнера избрала Россию. Кажется, можно праздновать неожиданную победу, ведь вопрос о расширении КТК обсуждается уже шесть лет, Казахстан в последнее время все активнее интересовался альтернативными нашей территории маршрутами экспорта, обслуживание которых уже сейчас приносит миллиарды долларов.

Как-то подозрительно легко у нас это получилось.

Предыстория проблемы

Каспий - одна из наиболее значительных углеводородных провинций, запасы которой больше, чем в акватории Северного моря или в США. Россия давно ведет борьбу за перетягивание на свою территорию углеводородного транзита из государств этого региона (см.: "Нефть, которую мы теряем" [1] - Эксперт, 2004, N 41); успех в этом деле не только сулит экономические дивиденды, но и имеет огромное стратегическое значение. Наш основной торговый партнер, Евросоюз, рассматривает местные углеводороды как перспективную замену сырью, импортируемому из России. Кроме того, именно решения, связанные с транзитом углеводородов, в значительной степени определяли политические позиции крупных держав в Средней Азии и на Кавказе.

В 2001 году России удалось добиться успеха, был запущен ключевой в регионе транзитный проект - нефтепровод Каспийского трубопроводного консорциума, первая очередь которого обеспечила прокачку по нашей территории 30 млн тонн добываемой в Казахстане нефти. Затем инициативу перехватили политические оппоненты нашей страны в лице США, ЕС и их региональных союзников, запустившие в 2005 году "обходной" нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД) мощностью 50 млн тонн.

Россия могла взять частичный реванш - основной прирост добычи нефти на Каспии пришелся на месторождения северо-запада Казахстана, крупнейшие из которых завязаны на пророссийский маршрут. Иностранные участники КТК еще в 2002 году подняли вопрос об изначально запланированном увеличении его мощности более чем вдвое - до 67 млн тонн. При активном участии России в 2007 году даже был запущен проект "обходного" трубопровода Бургас-Александруполис (Болгария-Греция), который и задумывался для транспортировки дополнительных объемов каспийской нефти в Средиземное море в обход перегруженных турецких проливов Босфор и Дарданеллы. Но, как ни удивительно, единственное, что до сих пор препятствует расширению КТК, - это позиция России.

Дело в том, что заправляющие в руководстве консорциума иностранные нефтедобывающие компании с целью минимизации собственных издержек превратили КТК в убыточный проект, фактически лишив Россию планировавшихся доходов от транспортировки нефти. КТК вел строительство нефтепровода на средства иностранных акционеров, полученных под неприлично высокие проценты, а транспортный тариф был установлен на столь же неприлично низком уровне (приблизительно вдвое ниже аналогичных расценок на БТД). Требования российской стороны изменить ситуацию - повысить тариф с 30 до 45-55 долларов, снизить процентные ставки и перейти на заемное финансирование, погасить прежний долг, изменить устав консорциума - блокировались его иностранными, в том числе казахстанскими, участниками. Самым мощным рычагом давления на них, который оставался в руках у миноритариев-россиян, был как раз вопрос о расширении трубы. В декабре 2007 года, несмотря на некоторые уступки иностранцев, управляющая российским пакетом "Транснефть" и Lukarco заблокировали предложение о строительстве второй очереди КТК на общем собрании акционеров.

Решающий союзник еще не решился

Хотя власти Казахстана владеют небольшим (19%) пакетом акций КТК, мнение именно этого миноритария имеет ключевое значение. Вместе с близкими к российским и казахстанским властям компаниями два соседних государства могли бы контролировать большую часть (64,75%) акционерного капитала КТК (см. график). Но главное даже не это, ведь стратегические решения в консорциуме должны приниматься квалифицированным (75%) большинством, а в некоторых случаях (например, изменение устава) даже единогласно. Значимее то, что Казахстан имеет возможность решающим образом влиять на позицию всех участвующих в консорциуме иностранных нефтяных компаний и уже начал проводить линию на укрепление позиций государства в ТЭКе. Например, в начале нынешнего года Казахстан буквально заставил изменить условия разработки крупнейшего в регионе Кашаганского месторождения в свою пользу с помощью экологических и иных претензий к оператору проекта - итальянской ENI. "Дожать" операторов КТК - дело еще более легкое.

Но вот беда: похоже, подвижки в российско-казахстанских переговорах не так велики, как представляют их наши чиновники. "По данным моих источников в Казахстане, никаких конкретных договоренностей достигнуто не было, - сказал нам редактор по Каспийскому региону компании RusEnergy Игорь Ивахненко - Видимо, политические обстоятельства заставили нашего министра поторопить события". "Надо понимать, что поездка Христенко в Казахстан состоялась как раз перед формированием премьер-министром Владимиром Путиным нового кабинета, - отмечает гендиректор Центра политической конъюнктуры Константин Симонов. - Вопрос с полномочиями Христенко и контролируемого им министерства и решался до самого последнего момента (возглавляемое Христенко министерство несколько дней назад утратило контроль над энергетикой. - "Эксперт"). В тот момент высокопоставленному чиновнику очень нужно было показать свою эффективность в решении застарелой проблемы". "Будущее КТК и детали возможных договоренностей именно сейчас в Москве обсуждает с российскими переговорщиками Тимур Рахманов, глава казахстанской части нефтепровода компании-оператора КТК-К, - отмечает г-н Ивахненко. - Переговоры непростые, и об их успехе говорить преждевременно".

Стратегическая неопределенность

Действия Казахстана нацелены на то, чтобы добиться для себя максимально выгодных условий, в частности минимизировать транспортные расходы, чтобы можно было максимизировать собственные налоги на действующие в стране добывающие компании. Сейчас чиновники ведут двойную игру, одновременно демонстрируя интерес и к российскому маршруту, и к его южному антагонисту. Рамочные соглашения о присоединении Казахстана к нефтепроводу БТД президент Казахстана Нурсултан Назарбаев подписал еще два года назад. Но именно перед решающими переговорами с Россией 26 марта нынешнего года парламент Казахстана одобрил законопроект о ратификации договора с Азербайджаном. Такой шаг создает правовые основы для создания Казахстанской каспийской системы транспортировки, которая, по сути, станет продолжением БТД от Баку до ключевых месторождений на западе Казахстана, изначально ориентированных на пророссийский КТК.

У каждого из конкурентов и лоббируемых ими маршрутов есть свои козыри и недостатки. "Позиция России по КТК постоянно менялась, что никому не нравится, - считает Игорь Ивахненко. - Подключение же к БТД для казахов кажется несколько привлекательнее экономически, ведь в транскаспийском нефтепроводе им будет принадлежать 50 процентов акций и такая же доля доходов, против 19 процентов в КТК. Правда, казахи де-факто будут контролировать лишь фрагмент более крупной трубопроводной системы, заканчивающейся в Джейхане. Но сейчас рассматриваются варианты их более масштабного участия вплоть до строительства нового нефтепровода, параллельного БТД. С другой стороны, российский КТК - для многих более привлекательная синица в руках. Инфраструктура уже существует, расширить маршрут на 37 миллионов тонн можно с куда меньшими инвестициях и рисками".

Судя по всему, стратегия Россия завершает дрейф в сторону такого предложения о сотрудничестве с Казахстаном, которое удобно ложится в русло собственной, а ныне и казахстанской внутренней углеводородной политики: максимизировать доходы двух государств и их роль в управлении трубопроводом, оттеснив на вторые роли иностранных участников консорциума. В то же время, как убежден Константин Симонов, действия России в отношении каспийского транзита по-прежнему отягощены концептуальной неопределенностью. "Кажется, наше руководство, в том числе Владимир Путин, до сих пор не может решить, нужно ли нам способствовать появлению казахской нефти на европейском рынке, или же казахов надо всячески подталкивать на другие (например, китайский) маршруты, пусть и не проходящие через Россию, но и не задевающие ключевой для нас рынок. Казахстанская нефть более качественная, и, если на нее переориентируются работающие на нашем сырье НПЗ в Центральной Европе, доходы от транзита могут оказаться меньше ущерба собственному экспорту".

Впрочем, неопределенность существует не только с российской стороны. "Сейчас никто не может понять, какой будет добыча в Казахстане через пять лет, - отмечает Симонов. - С одной стороны, по планам чиновников этого государства прирост должен оказаться таким, что надо будет и КТК достраивать, и БТД загружать. С другой стороны, крупнейшие проекты (разработка Кашагана и Карачаганака) все сильнее отстают от графика, иностранцы недовольны новой политикой казахов. В будущем может случиться так, что заполнение даже одного из конкурирующих маршрутов окажется под вопросом".

Материалы предоставлены
агентством WPS.