Годовщину тюльпанового переворота в Киргизии мало кто празднует

Осмонакун Ибраимов
Независимая газета, N53, 17.03.2008, с.15

В Киргизии стоит выйти во двор и столкнуться с первым соседом, как почти сразу начинается спор о том, кто есть кто в киргизской политике или почему все произошло именно так, а не иначе в 2005 году, когда произошла так называемая тюльпановая революция. В сущности, это спор о нашей национальной истории. Об ошибках в прошлом и упущенных возможностях в настоящем.

Мне стыдно за предвыборные дни марта 2005 года. Тогда был создан мощный штаб во главе с премьер-министром правительства. Хотя называлось это "созданием надлежащих условий для выборного процесса", фактически избирателям разными способами навязывались кандидатуры, попавшие в особо важные списки. Возмущение людей росло с пугающей быстротой, а многочисленные кандидаты в депутаты парламента, потерявшие свои деньги на выборах, с легкостью поднимали людей на пикеты, на перекрытие стратегических дорог, занятие госучреждений и т.д.

Меня в этот штаб, как госсекретаря, курирующего внешнюю и внутреннюю политику при президенте Акаеве, упорно приглашали, но я с не меньшим упорством туда не ходил. Времени не было, если учесть, с какой интенсивностью сыпались на наши головы всякие - одно хуже другого - разоблачения и разгромные материалы в оппозиционной прессе. Это касалось прежде всего президента Аскара Акаева и членов его семьи.

Для меня защитить президента страны было делом чести. Я искренне верил, что он чист и честен перед нами и перед страной. Надо отметить, он действительно оказался далек от всех обвинений в коррупции. Это признала недавно и Генпрокуратура Киргизии, которая приложила максимум усилий для поиска доказательств, подтверждающих коррумпированность первого главы киргизского государства. Никаких компрометирующих фактов деятельности многих членов его команды правоохранительные органы до сих пор также не обнаружили.

Еще до 24 марта 2005 года произошли события, хуже которых, как тогда казалось, ничего быть уже не может. Ограбленный "революционерами" джалалабадский банк с его 24 млн. сомов, сожженное городское управление милиции, утерянные боевые автоматы, облгосадминистрация, превращенная в штаб митингующих, тюрьма для уголовников, открытая настежь...

В начале марта 2005 года вряд ли кто мог представить, что Киргизия шагнула в другое время - в перманентный политический кризис, в водоворот митинговых страстей и площадной политики, когда и власть, и оппозиция, чтобы добиться своего, потакают худшим, низменным чувствам толпы, зараженной бациллой национализма, примитивного регионализма, землячества.

Поиски президента Акаева оказались тщетными

Войдя во Дворец республики почти беспрепятственно, толпа совершенно потеряла голову. Стражи правопорядка молча смотрели на людей - команда была не стрелять и не поддаваться на провокации.

Самые ретивые ломали двери кабинетов, не раздумывая, разбивали окна, стеклянные переходы, перила, опрокидывали цветочные горшки - гордость хозработников Белого дома. Начался массовый грабеж главного госучреждения страны. Вывозили, уносили все, что могли. "Революционеры" организовали настоящий пир для воров, наркоманов, тех, кого выпустили из тюрем. Скандально известный правозащитник Турсунбек Акун повел людей прямо к кабинету президента страны в надежде найти его там, но здесь захватчики натолкнулись на сопротивление вежливой женщины по имени Бурул - помощницы президента.

Нападавшие искали президента Акаева. Но его не нашли ни в госрезиденции, ни в Белом доме, ни в офисе ОБСЕ и ООН. Выяснилось, что глава государства покинул страну. Как стало известно позже, группа из числа отпетых уголовников была готова физически уничтожить Акаева, если удастся до него добраться. Но факт состоит в том, что Акаев не был ни "боксером", ни "быком" (как сегодня не без гордости именует себя Курманбек Бакиев) и стрелять из автомата не любил категорически. Он был типичным советским либеральным интеллигентом.

День мародера

К полуночи мародеры были остановлены в Белом доме. Зато наступил черед "белых воротничков", действовавших якобы от имени новой власти, - они-то знали, где следует искать настоящие "ценности". И не медля взялись за сейфы, вооружившись сварочными аппаратами и болгарками.

Вряд ли мы когда-нибудь узнаем, сколько денег и других ценных вещей в ту ночь унесли домой под видом гостайны и секретов. На стол нового начальства легли всякие мелочи - типа записных книжек президента Акаева, разных малозначительных документов, но ни одного тыйына или доллара.

После Белого дома мародеры начали крушить Бишкек. Причем крушили безжалостно. Тяжело было видеть все это. Лидерами захвата власти дан был старт кампании под боевым кличем "бери-хватай". Начался новый передел собственности, незаконный захват земель, недвижимости. И назвали это "революцией".

Но для "революционеров" все-таки самой трудной задачей было делить портфели и власть. Кое-кто успел даже стать и.о. президента на одну ночь. Кому не достались портфели и должности, те тотчас объявили себя оппозицией.

Но настоящей костью в горле оказалась бедная наша конституция. Досталось ей и после, в ноябре и декабре 2006-го, в апреле 2007-го, скоро ей предстоит новая экзекуция.

Между тем отсутствие у нас устоявшихся традиций государственности сразу дало о себе знать. Все действия и решения новых правителей со всей очевидностью говорили о том, что мы все-таки вчерашние кочевники. Ни слова не было сказано о преемственности во внешней и внутренней политике, в стратегических, идеологических делах.

С того времени в Киргизии не появилось ни одной новой идеи или стратегии, кроме яростных попыток установить единоличную власть президента, спешно сколачиваемой семейно-клановой корпорации определенного региона. Под это подведено буквально все: и конституция, и законы, и парламент, и суды, и т.д.

С 2005 года раза три перекраивалась конституция, четыре раза менялось правительство, множество раз - обладатели министерских кресел, губернаторы, силовики, другие чиновники. За это время по меньшей мере три раза страна оказывалась перед лицом насильственной смены государственной власти. Да и люди уже начинают привыкать к тому, что политические кризисы в Киргизии заказаны под хорошие климатические сезоны - весной и осенью. Зимой политики готовятся к весенней кампании, а летом - к осенней. Так и живем.

Куда ведет дорога?

Сегодня страна оказалась в глубоком тупике. Борьба среднестатистических политиков, среди которых пока не выделился явный лидер, приводит к тому, что все чаще можно слышать разговоры о том, что нам нужна чисто парламентская республика с символическим президентом. Да, прежняя система породила немало матерых коррупционеров - это факт. Но сколько не замаравших себя коррупцией высококвалифицированных кадров дала акаевская эпоха, не стоит забывать.

Однако прецедент насильственного захвата власти может стать в нашей стране традицией. Как и государственные перевороты, быстрая смена власти, правовой нигилизм, нешуточные межрегиональные трения и т.д.

К сожалению, тюльпановая революция в Киргизии отбросила страну во всех отношениях далеко назад. Власть сосредоточена в руках южан, на которых новый президент открыто делает ставку. С демократией тоже решили не миндальничать - арестуют, если даже молча стоишь на пикете. Нет ни одного отдаленно независимого телевизионного канала. Дороговизна, инфляция, безработица, растущая нищета. Бомжи кочуют по улицам городов как остатки наголову разбитой армии - большими стаями, злые, расхристанные.

Нация расколота по региональному признаку, и малейший повод может привести к взрыву. Живем по конституции, которую единодушно бойкотировал народ на референдуме. Заседает парламент, за который никто не голосовал.

Но вот вопрос: что ж теперь делать? Куда идет страна? Недовольство людей растет с пугающей быстротой. Неужели опять революция?

* * *

Об авторе:
Осмонакун Ибраимов - профессор, доктор филологических наук, член-корреспондент Академии наук Киргизии, бывший госсекретарь КР

Материалы предоставлены
агентством WPS.