Фильм о Мустафе Шокае необходим не только современному Казахстану, но и всему центральноазиатскому региону

Беседовала Феруза Джани
Фергана.Ру, 03.03.2008

"Мустафа Шокай" - так называется только что снятая на киностудии "Казахфильм" картина, посвященная одной из самых неоднозначных личностей в истории стран Средней/Центральной Азии. Кем был этот человек - патриотом своего народа или изменником Родины? Спасителем жизней ста восьмидесяти тысяч тюрков-военнопленных или основателем Туркестанского легиона гитлеровского Вермахта?

Советская историография постаралась вычеркнуть имя Мустафы Шокая (в иных написаниях и транскрипциях - "Чокая", "Чокаева") из народной памяти, заклеймив его как предателя и приспешника Гитлера. Но когда в конце прошлого века исторические архивы стали доступны, вскрылось немало новых фактов, которыми многие устоявшиеся за десятилетия взгляды и утверждения весьма успешно опровергаются. Из трудов самого Мустафы Шокая и дневников его жены - Марии Гориной-Шокай, а также иных источников вырисовывается образ высокообразованного, харизматичного человека, настоящего лидера, убежденного патриота, который посвятил свою жизнь отстаиванию прав тюрков, а в годы Второй мировой войны сумел спасти из фашистских концлагерей тысячи военнопленных.

- Всем известна история Оскара Шиндлера, на счету которого - четыре тысячи спасенных человек. Мустафа Шокай с сентября по декабрь 1941 года спас от смерти около ста восьмидесяти тысяч человек, причем с каждым из них он разговаривал лично, - рассказывает исполнитель главной роли в фильме "Мустафа Шокай" актер Азиз Бейшеналиев, много времени посвятивший подробному исследованию жизни и деятельности своего героя. - Размышляя над этой цифрой, я поражаюсь: когда же у него было время для того, чтобы есть, спать, восстанавливать силы? То есть, это была совершенно самоотверженная работа, кульминация всей его жизни, его деятельности, направленная только на то, чтобы сделать все возможное, чтобы спасти свой народ.

- Когда я прочитал сценарий фильма "Мустафа Шокай", то испытал настоящий шок, - признается актер. - Ведь раньше об этом человеке я ничего не знал, как, впрочем, и большинство людей моего поколения. И я сказал режиссеру картины Сатыбалды Нарымбетову: "Сакен-ага, неважно, со мной или с другим актером, но вы обязаны снять этот фильм, потому что людям нужно рассказать о Мустафе".

Азиз Бейшеналиев убежден, что эта картина необходима не только современному Казахстану, а вообще всему центральноазиатскому региону, поскольку Мустафа пекся о правах всех народов, живших на территории тогда еще не разделенного на отдельные республики Туркестана.

- Других таких личностей в истории двадцатого века, насколько я при моей скромной образованности, знаю, просто нет, - считает актер. - Сейчас в Казахстане выпускаются книги, исторические работы о жизни Шокая, но кино гораздо более доходчиво в силу своей массовости и яркости художественного воздействия.

По своему жанру фильм "Мустафа Шокай" - биографическая драма, повествующая о личной трагедии человека, вмешавшегося в исторический процесс. Картина выстроена в форме воспоминаний жены Шокая Марии Яковлевны о ее жизни с Мустафой, начиная с их знакомства на балу у генерала Еникеева и завершая моментом, когда она в последний раз видела Мустафу живым перед тем, как он был увезен фашистами в Берлин.

Чтобы подготовить потенциального зрителя фильма к просмотру картины, не лишним будет немного подробнее остановиться о судьбе героя. Мустафа Шокай оценивается историей весьма неоднозначно, но мы расскажем о нем с точки зрения создателей фильма, опираясь на воспоминания супруги этого выдающегося политика.

Из воспоминаний Мустафы Шокая, записанных Марией Гориной-Шокай

"Родился он [Мустафа] 25 декабря 1890 года в Акмечети (ныне Кызылорда. - Прим. ред.) в знатной, аристократической семье. Предки его были кочевниками, а отец Мустафы вел оседлый образ жизни, занимался земледелием. Мать Мустафы, звали ее Бакты, - из потомков известного хана Батыя. Мустафа не раз рассказывал, как она семилетней девочкой на коне держала знамя во время боя. Была она хорошо образована: владела арабским и персидским языками, писала стихи, читала дастаны. В ауле была своя школа и учитель-мулла, старый турок.

Семья Шокай и около тридцати его родственников жили в одном ауле, который не считался богатым. Вообще богатство кочевников исчислялось скотом: овцами, верблюдами, конями, коровами. Скот нуждался в обширном пастбище. Поэтому кочевые казахи слыли богатыми, а оседлые - бедными.

Мустафа был младшим в семье. Читать и писать его научила мама в самом раннем детстве - ему тогда не было и пяти лет. Тогда же он научился играть на домбре. У Мустафы был великолепный слух, он очень любил музыку. Он рассказывал, что в детстве все любили и баловали его, и потому он считал себя выше всех, был очень чувствительным и обижался по пустякам. Любил, когда его хвалили, старался во всем быть первым.

По словам Мустафы, их семья не очень заботилась об экономии. У них часто останавливались знакомые и незнакомые люди. Семья Шокая не скупилась на угощенье. Бывало, что некоторые всей семьей неделями гостили у них. И отец, и мать Мустафы при этом не выказывали и тени недовольства.

Дважды русские переселенцы отбирали у них дом, который, по их мнению, лучше всего подходил для обустройства в нем школы или же для проживания школьного персонала. Взамен ничего не предлагалось. Родители Мустафы без всякого сопротивления переезжали в другое место.

Управляющие делами русских переселенцев вытворяли все, что им вздумается. Жители аула были бесправны и не могли оказывать даже малейшего сопротивления. Поэтому казахи невзлюбили русских, в особенности тех, кто работал в полиции. Гнев и возмущение росли. Русские мужики жили припеваючи при поддержке местных чиновников. Нередко они отбирали у бедных казахов скот, уводили овец, коров. Незнание русского языка не позволяло казахам жаловаться на них. И это обстоятельство полностью развязывало мужикам руки. Казахи пытались сопротивляться, но при их бесправном положении рядовые десятники могли через суд добиться их отправки на каторгу в Сибирь.

Видя такие бесчинства со стороны русских переселенцев и чиновников, отец Мустафы стал искать средство противостоять такому произволу. Решено было одного из сыновей отдать на учебу в Ташкент.

В 1902 году Мустафа поступает в Ташкентскую гимназию. В 1910 году он окончил ее с похвальным листом и был выдвинут на золотую медаль. Генерал Самсонов, недовольный таким оборотом вещей, потребовал поменять медали. Директор гимназии Граменитский этому воспротивился. Однако Самсонов распорядился выписать русскому Зепрометову золотую медаль, а Шокаю - серебряную. Шокай отказался получать ее. Зепрометов заявил, что золотую медаль надлежит получить Шокаю, и взял себе серебряную. Это запомнившееся всем событие состоялось в 1910 году.

Намерение губернатора края отказать в выдаче золотой медали местному юноше, который в течение восьми лет учился лучше всех, вызвало возмущение не только у местной молодежи, но и среди русских. Иван Солоневич (русский политический мыслитель, писатель, публицист. - Прим. ред.) в своих воспоминаниях указывает, что все профессора, русские интеллигенты готовы были объявить забастовку".

Следует отметить, что однокашником Шокая в гимназии был Александр Керенский, будущий глава Временного правительства России.

Первый правозащитник в Центральной Азии

Мустафа Шокай поступил на юридический факультет Петербургского университета, и уже в годы учебы вел в качестве адвоката процессы, на которых защищал рядовых жителей Туркестана от произвола местных властей.

- И все эти дела он выигрывал. То есть, выражаясь современным языком, он был первым правозащитником в Центральной Азии, - отмечает Азиз Бейшеналиев. - Мустафа пользовался огромным авторитетом у населения всего Туркестана. Когда он жил в Петербурге, мешками получал письма, суть которых сводилась к тому, что "Мустафа, ты живешь в столице, рядом с белым царем, расскажи о наших бедах". И Мустафа старался.

В двадцать шесть лет Шокай стал председателем думской фракции царской России. И это притом, что он являлся представителем национальности, которая не имела права на представительство в Думе, поскольку официально называлась народом "диким", так как казахи в своей массе были кочевниками. Мустафе помогли его единоверцы - купцы и промышленники из Татарстана, которые подарили ему под Казанью большой земельный надел, достаточный для того, чтобы Шокай официально считался казанским помещиком, и уже в этом качестве он имел возможность баллотироваться в Думу.

После первой русской революции, когда Керенский, его бывший однокашник, возглавил Временное правительство, он предлагал Мустафе войти в правительство в качестве министра. Однако Мустафа ответил ему, что ни во что временное он не верит, и вернулся обратно на родину для того, чтобы использовать этот момент для улучшения жизни своего народа.

- Он смог создать независимое государство Туркестан со столицей в Коканде, в котором сначала был министром иностранных дел, потом стал премьер-министром, и в это жуткое время, на рубеже 1917-1918 годов, он сумел добиться политического признания этой страны. Сумел решить проблему голода, - рассказывает А.Бейшеналиев. - Единственное, чего не было у государства для того, чтобы суметь отстоять свой суверенитет, - это серьезной армии, кадровых офицеров. В Коканде было всего две с половиной тысячи ополченцев.

Мустафа получил от Советской России предложение войти в состав России на правах автономии и объявить свою республику советской, взамен ему было обещано сохранить за ним пост премьер-министра. Однако он ответил, что "царизм был большим злом для народов Туркестана, но большевизм будет злом еще большим".

В результате его государство просуществовало всего шестьдесят два дня. 11 февраля 1918 года Коканд был взят штурмом Красной Армией, и противопоставить этой мощи было нечем: большевики были вооружены пулеметами и пушками. А автономное правительство войска не имело. Погибло несколько тысяч мирных кокандцев, были разгромлены десятки мечетей, арестованы члены правительства Туркестанской автономии. Спаслись только те, кто сумел бежать, в том числе и Шокай, который через Фергану перебрался в Ташкент, затем эмигрировал в Грузию, потом через Стамбул отправился в Европу и осел в Париже.

Поначалу Сталин предлагал Шокаю сотрудничество, желая убить сразу двух зайцев. Ведь, во-первых, Мустафа по-прежнему оставался борцом за независимость своей родины, но теперь уже - от Советской России, и было важно склонить его на свою сторону. А во-вторых, Сталин прекрасно понимал, что если бы Мустафа с его огромным авторитетом в Туркестане объявил себя сторонником Советской власти, это очень помогло бы ей в борьбе с басмачеством.

Но Мустафа не согласился. И после того, как в конце двадцатых годов Шокай выпустил свою книгу "Туркестан под властью Советов", которая по сей день является непревзойденным политологическим исследованием на эту тему, Сталин понял, что завербовать Мустафу не удастся. Его надо просто уничтожить.

К Шокаю подсылались эмиссары НКВД, но ему повезло - он остался в живых. Во Франции он вел очень трудную жизнь, занимался журналистикой, под его руководством в Турции выпускался журнал "Яш Туркестан" ("Молодой Туркестан"), в котором Шокай основательно раскрывал специфику деятельности Советской власти в Средней Азии. Его очень поддерживала жена - бывшая оперная певица Мария Яковлевна, которая ушла к Мустафе от своего первого мужа, русского дворянина, краевого офицера. Она добровольно оставила сцену, чтобы помогать Мустафе. В эмиграции Мария Яковлевна была вынуждена стать практически кухаркой, превратив свою съемную квартиру в подобие кафе на дому.

Цель - спасти людей

Когда в начале Второй мировой войны Франция оказалась оккупированной немецкими войсками, гитлеровцы поначалу подозревали Мустафу в шпионской деятельности в пользу Англии, потому что часть своих статей он публиковал в лондонской газете "Таймс". Однако вскоре выяснили, что он никакой не резидент английской разведки, а просто политик в изгнании, журналист и правозащитник, и отпустили его. Но после нападения на СССР Шокая вновь схватили - на этот раз для того, чтобы заставить его вербовать в немецкую армию советских солдат из числа пленных туркестанцев.

Мустафа прекрасно понимал, что такое нацизм, но он также осознавал, что в случае его отказа люди, которых он мог бы спасти, будут обречены на смерть. Он ответил гитлеровцам, что сначала должен посмотреть, в каких условиях в немецких лагерях содержатся его земляки.

Следует отметить, что в начале войны немцы не ожидали такого огромного количества военнопленных. Тщательно подсчитав все возможные цифры, они построили, как им казалось, необходимое количество концентрационных лагерей, но те были переполнены, потому что пленных оказалось гораздо больше. И очень большую их часть составляли именно выходцы из Туркестана, потому что в большинстве своем это были люди из среднеазиатской глубинки, которые зачастую даже не знали русского языка и, попав на передовую фронта, не понимали воинских приказов.

Как известно, именно советские военнопленные содержались в немецких лагерях хуже других, так как Советский Союз не присоединился к Женевской конвенции об обращении с пленными от 1929 года. А выходцы из Средней Азии находились в еще более худших условиях, зачастую они даже не понимали, как рядом с ними их же бывшие однополчане на русском языке договариваются, кого из азиатов ночью они будут есть.

В такой ситуации ответить немцам отказом Мустафа не мог, у него была цель - спасти этих пленных. Но он понимал, что спасать людей из немецких лагерей только для того, чтобы гитлеровцы снова бросили их в бой, уже против Красной Армии, которая не будет брать их в плен, как предателей родины, это было бы бесчеловечнее. И он ответил ведшему с ним переговоры министру иностранных дел Германии Риббентропу, что согласен пойти на предложение немецких властей, но при условии, что эти люди, во-первых, будут отправлены в союзническую Турцию на полгода реабилитации, чтобы прийти в себя после концлагерей. Во-вторых, они должны стать солдатами тыловых частей, а не боевых, и ни в коем случае не присутствовать на оккупированных советских территориях.

Гитлер через Риббентропа дал обещание выполнить условия Шокая, но, в действительности, не собирался этого делать. Военнопленным улучшили питание, но ни в какую Турцию их не посылали, а содержали в тех же лагерях, но в отдельных бараках, затем им выдавали обмундирование, оружие и отправляли на фронт.

Ничего этого Мустафа поначалу не знал, и с сентября по декабрь 1941 года он постарался вытащить из немецких лагерей порядка ста восьмидесяти тысяч человек. По какой схеме происходила эта работа?

М.Шокай приезжал в какой-нибудь концлагерь в сопровождении немецких военных. Его пленных земляков выстраивали на плацу и он обращался к ним с речью, объясняя ситуацию и давая понять, что бездарное военное руководство бросило их в мясорубку войны, не поддержав ничем, и совершенно не собирается вызволять их из плена. Вступить в мусульманский, как называли его немцы, легион, он предлагал добровольцам.

Очень часто Шокай становился жертвой избиения со стороны пленных, среди которых были по-настоящему идейные комсомольцы и коммунисты, люди, искренне преданные Советской власти. Но Мустафа никогда не позволял своей охране вмешиваться в такие ситуации, хотя прекрасно понимал, чем это грозит лично ему.

Когда Шокай узнал, что вызволенных им людей готовят к отправке на фронт, а его условия гитлеровцы выполнять и не собирались, он через Риббентропа передал Гитлеру письмо, в котором заявил следующее: "...Видя, как представители нации, воспитавшей таких гениев, как Гете, Фейербах, Бах, Бетховен, Шопенгауэр, обращаются с военнопленными... я не могу принять предложение... возглавить Туркестанский легион и отказываюсь от дальнейшего сотрудничества. Все последствия моего решения я осознаю".

Вскоре после этого Шокай скончался при загадочных, до сих пор невыясненных обстоятельствах. Марию Яковлевну вызвали в Берлин, но к телу мужа не подпустили. Ей сообщили, что он умер от тифа, но, как она писала впоследствии в своих воспоминаниях, Мустафа ранее уже переболел этой болезнью, и она знает, как это выглядит, а на лице скончавшегося мужа были странные пятна, совсем не похожие на последствия тифа. Скорее всего, имело место отравление.

Туркестанский легион в составе немецкой армии был официально создан спустя три месяца после смерти Мустафы - в марте 1942 года. Тем не менее, именно Мустафу Шокая, самого непримиримого оппонента и врага Советской власти, лидера буржуазных националистов, как его называли до войны, считают создателем этого легиона.

"Бог послал их мне"

Роль Мустафы Шокая исполнил сын знаменитого киргизского киноактера Болота Бейшеналиева - Азиз. Он является выпускником школы-студии Ташкентского театрально-художественного института, последние двенадцать лет живет в Москве. В списке его актерских работ - роли в фильмах "Буюк Амир Темур", "Великие династии российского государства", "Джек-пот для Золушки", "Кочевник", "Параграф 78" и другие.

Азиз Бейшеналиев был занят на съемках фильма "Кочевник", когда кинорежиссер Сатыбалды Нарымбетов занялся поисками актера на главную роль в своей новой картине. Предложение сыграть роль Мустафы Шокая молодой артист принял, по его словам, с удовольствием и... со страхом.

- Мустафа - личность планетарного масштаба, - объясняет свои опасения Азиз Бейшеналиев. - Мне повезло в том плане, что режиссер картины Сакен-ага еще за год до начала съемок сообщил мне, что собирается приступать к этой работе, и у меня было достаточно времени для того, чтобы найти и изучить материалы о жизни и деятельности Шокая.

Я понимал, что Сакен-ага очень рискует, беря меня на эту роль. В начале фильма Мустафе двадцать шесть лет, мне сейчас - тридцать семь, я могу понять двадцатишестилетнего человека, его идеалы, устремления, поступки, потому что мне тоже было когда-то столько лет. Но в конце фильма Мустафе - пятьдесят. И это ведь не просто человек с большим жизненным опытом, это - уникальный человек!

Мне было очень страшно приступать к этой работе, и я бы, наверное, отказался, если бы не профессиональный интерес и не профессиональная "жадность". Я люблю свою работу и, конечно, хочется работать, тем более с такой историей, - подчеркивает А.Бейшеналиев.

Идея создания этого фильма исходила от правительства Казахстана.

- Это тот случай, когда госзаказ в кино является не только необходимой вещью, но и восстановлением исторической несправедливости, - считает А.Бейшеналиев. - Как правило, это крайне редко совпадает.

Снять фильм было доверено Сатыбалды Нарымбетову - одному из самых известных кинорежиссеров Казахстана. Он является обладателем семи международных призов, в том числе, приза Французской киноакадемии за фильм "Жизнеописание юного аккордеониста". На его счету - картины "Зять из провинции", "Гамлет из Сузака", "Молитва Лейлы", который Нарымбетов снял пять лет назад.

Бюджет фильма "Мустафа Шокай" составил три миллиона долларов США. В съемках планировалось участие ряда российских актеров, но, по словам С.Нарымбетова, из-за финансовых затруднений они не смогли приехать, кроме Игоря Бузуна, который снялся в роли Сталина. Одного из сподвижников Мустафы Вадима Чайкина сыграл алма-атинский артист Дмитрий Скирта, Керенского - алмаатинец Алексей Шемес, мать Мустафы - заслуженная артистка России и Казахстана Наталья Аринбасарова, а Риббентропа, Ольцше, Гитлера сыграли чешские артисты.

Говоря об исполнителях главных ролей - Азизе Бейшеналиеве (Мустафа Шокай) и Карине Абдуллиной (Мария Горина-Шокай), Сатыбалды Нарымбетов заявляет: "Бог послал их мне".

- Они оба Богом целованные, оба очень талантливые, харизматичные, убедительные, - отмечает режиссер. - На роль Мустафы претендовали сорок три актера, а на роль Марии - с десяток актрис. Но Азиз и Карина не просто убедительно сыграли на видеопробах, они жили своими ролями, и этим завоевали симпатии худсовета, который почти единогласно их утвердил.

У сценария фильма "Мустафа Шокай" - три соавтора: известный казахский драматург Аким Тарази, сценарист Ермек Турсунов и российский режиссер Сергей Бодров-старший.

- Получился удачный сплав, - считает А.Бейшеналиев. - С одной стороны - люди, которые кровно заинтересованы в создании такой картины в силу национальной гордости, и, с другой стороны, - Бодров, который много работал на Западе, знает, как пишется сценарий по западным лекалам, а западный киноязык, как ни крути, отличается наибольшим профессионализмом. На мой взгляд, сценарий получился замечательным. Кроме того, у нас был потрясающий оператор - Асан Кыдыралиев.

Картина условно поделена на две части - "Восток" и "Запад". В первой серии описаны события, происходившие на территории Казахстана, во второй показана жизнь главного героя в вынужденной эмиграции.

- Зритель этого фильма - современный казахстанец, нет, скорее даже - жители всей Центральной Азии, - считает А.Бейшеналиев. - Ведь если в Казахстане о Мустафе знают не все и мнения о нем очень противоречивы, то за его пределами, я так подозреваю, о Шокае вообще ничего неизвестно. И это неправильно. В любую историческую эпоху - до революции, во время революции, во время войны, - Мустафа служил только одной идее - идее спасения своего народа. Это был человек, который пошел в политику не за деньгами, не за властью, не за какими-то личными благами, а из тех самых идеалистических соображений, согласно которым политик - это слуга народа.

"Мальчик в рваных штанишках подбежал ко мне по снегу..."

Съемки фильма начались в октябре 2005 года, а завершились в сентябре 2007-го. Работа сопровождалась финансовыми трудностями и простоями, самый продолжительный длился почти год. Поскольку актеры работали не только на этом проекте, им приходилось подгонять рабочие графики. По словам А.Бейшеналиева, сложнее всего пришлось Карине Абдуллиной, известной казахстанской певице из группы "Мюзикола".

- Карина впервые снималась в кино и очень переживала из-за проблем, которые для нас, киношников, уже привычное дело. Она часто возмущалась тем, что кино - такая неорганизованная профессия, - вспоминает Азиз Бейшеналиев. - Карина - молодец, я очень рад, что работал с такой партнершей. После окончания съемок в письме ко дню рождения я написал ей, чтобы она была готова к новым предложениям о съемках, которые получит, когда наш фильм выйдет на экраны.

- Где именно проходили съемки фильма?

- Большая часть съемок проходила в Алма-Ате и ее окрестностях - Карчагае, на станции Кулан-тюбе, в Талгаре. Кроме того, съемки велись в Праге, которая успешно "сыграла" роли Берлина и Парижа. Хотя во французскую столицу тоже была краткосрочная экспедиция. Период закавказской эмиграции Мустафы снимали в Баку и Тбилиси. Еще была маленькая экспедиция в Стамбул.

- Но поскольку я не видел окончательно смонтированный материал, мне сложно говорить, что из снятого войдет в картину. Но знаю, что, к огромному моему сожалению, пришлось выкинуть большой эпизод о том, как Мустафа со своим другом Вадимом Чайкиным в момент бегства от Красной Армии попадает в плен к ферганским басмачам, и те собираются их перестрелять, подозревая, что перед ними - красные комиссары, - рассказывает актер. - И только в последний момент, случайно обнаружив листок с портретом Мустафы и сообщением, что Советская власть за его голову дает немалую по тем временам премию в тысячу николаевских червонцев, они понимают, кто перед ними, и помогают им бежать дальше. Вот этот потрясающий сюжет в окончательный монтаж фильма, оказывается, не вошел. Конечно, очень жаль, но в два часа двадцать минут экранного времени просто невозможно уложить такую биографию.

- Азиз, какой эпизод фильма Вам наиболее дорог?

- Мы снимали маленький эпизод, когда Мустафа сразу после штурма Коканда, спасаясь от Красной Армии, пересекает весь Туркестан и натыкается на казахский аул, разоренный красноармейцами. В этом ауле никого не осталось, кроме слепой, сошедшей с ума старухи и маленького мальчика, от голода потерявшего человеческий вид. И этот мальчик с вилами выбегает навстречу Мустафе и его спутникам, а когда понимает, что перед ним - не красноармейцы, бросает вилы и просит хлеба. Это было очень сильный, очень пронзительный эпизод. Мы снимали его в ноябре в степи недалеко от Капчагая, было очень холодно. И когда этот мальчик, раздетый, в рваных штанишках на морозе, по снегу выскочил ко мне, стало так жутко, настолько это было реалистично...

Экран покажет

- Какую реакцию Вы ожидаете от зрителей, ведь личность Мустафы Шокая обществом воспринимается неоднозначно? - спрашиваю у режиссера С.Нарымбетова.

- Я готов ко всему. От старых коммунистов, которые были против Мустафы, я жду адекватную реакцию, - ответил режиссер. - Молодежь? К сожалению, большая часть молодежи сегодня не только о Шокае ничего не знает, но и о более известных персонах, таких, как Маркс, Энгельс, Ленин... Нынешнее поколение растет под сильным влиянием американских боевиков. Снимая наш фильм, мы восстанавливаем родную историю ради молодых, ради будущего поколения, а также ради тех соотечественников, кто скорбит по Шокаю.

- Больше всего мне хотелось бы спокойной, трезвой, объективной оценки. И чтобы люди делали разницу между результатом нашего труда и жизнью Мустафы Шокая. Да мы сняли фильм о нем, но это - именно художественный фильм, не документальное кино, - подчеркивает Азиз Бейшеналиев. - Картина будет как бы приглашением к тому, чтобы люди задумались об этом человеке, о его жизни, деятельности, прочли его собственные книги, сложили свое мнение, отрицательное или положительное - но аргументированное. Жду премьеру с большой надеждой и большой тревогой. Посмотрим. У нас в кино есть поговорка: "Экран покажет".

Премьера фильма "Мустафа Шокай" ожидается в мае 2008 года. Она пройдет не только в Казахстане, но одновременно состоится также в Москве, Берлине, Париже.

Материалы предоставлены
агентством WPS.