Мигранты из Таджикистана и Узбекистана помогли ряду калужских колхозов выбиться в "миллионеры"

Людмила Бутузова
Известия, N 34, 27.02.2008, с. 1, 4

Мечта аграрных чиновников - заполучить для села "послушный и трудолюбивый народ" - сбывается. В калужских колхозах, не щадя живота, трудятся граждане Таджикистана и Узбекистана. Некоторым хозяйствам они помогли выбиться в "миллионеры". Сельские начальники мигрантам только рады - есть кому работать. Надо только научить их русскому языку и вовремя укрыть от миграционных властей.

Отчего у таджиков слезы счастья

Ровно в двенадцать у скотника Сафара перерыв. Он выходит из коровника, наливает в пиалу чай и минут пять смакует его посреди снежного пейзажа. Сафару нравится зима и нравится Россия. Даже отгороженный загончик в коровнике, где он спит вповалку с тремя земляками, вызывает у него неподдельный восторг: тепло, уютно и работа рядом. Зарплата маленькая, но тоже хорошая - 2900 рублей в месяц. Полторы тысячи отправляет домой в Таджикистан, на остальные живет. Хватает.

- А что мне надо? - говорит он. - Спецовка - бесплатно, хлеб дешевый. Иногда мясо дают. Ну, когда корову режут...

Забой скота вообще-то нежелателен. Каждая ушедшая на тот свет корова сужает таджикам фронт работ и может случиться, что они станут совсем не нужны колхозу. Поэтому скотники изо всех сил стараются поддерживать жизнь своих кормилиц. Сафар хвалится: за эту зиму выходил трех безнадежных буренок. "Теперь они как собаки: мимо идешь - руки лижут", - на глазах Сафара от умиления наворачиваются слезы.

- А недавно я плакал по-настоящему, - неожиданно признается он. - Из-за Медведева. Такой человек! Если бы я мог голосовать, я бы за него голосовал каждый день. Но я просто плакал от счастья.

Корреспонденты "Известий" тоже едва не прослезились, когда узнали, от чего расчувствовался Сафар: выступая перед аграриями в Барнауле, первый вице-премьер Дмитрий Медведев пообещал закачать в российское село триллион рублей. А таджикам-то какое до этого дело?

- Село возрождать надо? Надо. Рабочая сила в России есть? Нету, - разъясняет Сафар для непонятливых. - Я в тот же день письмо на родину написал. Двоюродный брат Хасан - без работы, Додо, Юсуф, Мирзо, Айша - тоже... Да весь аул хоть завтра приедет!

Грандиозный план по освоению медведевского триллиона безработной таджикской родней Сафара оборвался на самом интересном месте.

- Иди уже, прячься! - крикнула зав. фермой Нина Гавриловна. - Менты едут. Еще штраф за тебя платить. Штраф за нелегала - 800 000 рублей. Если хоть одного поймают - все, хозяйство без штанов.

Корреспонденты "Известий" решили законспирировать колхоз, чтобы не оставлять его совсем уж в неглиже.

Горькая правда

- О нелегальных работниках все знают, - не оценила нашей сознательности замглавы Боровского района Валентина Богачева. - Я не говорю, что это нормально. Жить по закону спокойнее. А как до дела... У большинства хозяйств нет возможности дать мигранту жилье. Достойной зарплаты тоже не обещают. А люди нужны - треть ферм без доярок и скотников. Вот, от безысходности и берут нелегалов.

Причем в таких количествах, что некоторые деревни можно запросто переименовывать в кишлаки. По неофициальным данным, в районе трудятся три тысячи выходцев из Средней Азии, зарегистрированных по всем правилам - триста.

Глубинка вообще-то рассчитывала на других соискателей. По госпрограмме переселения зарубежных соотечественников в Калужскую область уже в прошлом году должно было прибыть 3,5 тысячи человек. Добрались всего двадцать семей. Боровскому району вообще не повезло - сватаются многие, никто не остается. Что так?

- Неохота показаться неблагодарным, но... - пожимает плечами Виктор Самошин, прибывший на разведку из Актюбинской области Казахстана. - Многие загорелись: раз гражданство будет, поднимаемся и едем. А я вот осмотрелся и еще подумаю.

За пару недель Виктор объехал семь районов. Приглашают в основном на те места, от которых годами отказываются местные. Зря только отпуск спалил на встречу с родиной. Стоит на остановке злющий-презлющий, выводы делает. Незрелые.

- Кажется мне, что соотечественники сами по себе не очень-то здесь и нужны. Просто Россия за наш счет хочет заткнуть дыры в своем хозяйстве. Но при таких условиях не надо давить на патриотические чувства.

Что ему ответить? Если подходить к проблеме формально, то не нравятся условия - пусть не едет. В программе переселения специально подчеркивается, что она добровольная и рассчитана на сознательный выбор соотечественников.

Пробуждение интернационализма

- Боюсь, мы не дождемся соотечественников, - признался "не для печати" местный высокопоставленный чиновник. - Ставку надо делать на тех, кому у себя дома еще хуже. Кто они? Наши братья из среднеазиатских республик. И возьмем!

Чиновник горячится, как будто перед ним не журналисты, а сотрудники Федеральной миграционной службы, понаставившие препонов для иностранной рабсилы. Селянам-то понятно, что вся надежда - на интерспасателей. В село наконец пришли реальные деньги по нацпроекту, в двух лучших хозяйствах заложены новые молочные комплексы на 2000 голов скота, остальным "на возрождение" что-то перепадет от медведевского триллиона.

- При такой государственной щедрости селу просто грех упустить свой шанс, - заключает местный чиновник. - А уж чьими руками оно будет возрождаться - другой вопрос. В принципе, я - интернационалист.

Пробуждению интернациональных чувств местной власти в немалой степени способствует пример колхоза с неблагозвучным названием ЗАО "Кривское", выбившегося из нищеты в весьма прибыльное предприятие. Он первым - еще лет пять назад - стал набирать на работу иностранных рабочих. Генеральным директором там Анатолий Гераськин, молодой человек с образованием менеджера и прагматичными, "без слезливого патриотизма" взглядами на будущее села.

"Крыша" мигранта

- Главное, чтобы было кому работать, - говорит он. - Разбегутся люди, будь ты хоть трижды миллионером - загнешься через полгода.

Угроза бегства висит постоянно. Под боком у хозяйства промзона и наукоград, которые безжалостно высасывают самый перспективный трудовой ресурс. Удержать квартирами - невозможно. Ну, получит ее колхозник, приватизирует - и привет!

Вот так и получилось, что в ЗАО "Кривское" с желанием работать рвутся только таджики и узбеки. В колхозе их почти половина. Раньше были в основном украинцы.

- Братьев-славян жалко, - вздыхает заместитель директора тепличного хозяйства Надежда Деменюк. - У азиатов молодежь по-русски уже не понимает. Ну, хоть живут кланами, слушаются своего старшего. Вот мы ему и ставим условие: чтобы через год все знали язык.

Уже через пару месяцев молотят только так! Сорокалетняя Зебунисо Баротова, вызванная мужем из таджикского кишлака, даже исправила в блокноте корреспондента ошибку в своем трудном имени. И долго рассказывала, что дома у нее пятеро детей от четырех до семнадцати, старшего надо учить, без российских заработков это невозможно. А здесь, в богатом колхозе, зарплата - 14 000, и, главное, никто не обижает.

- Правда-правда, - подтвердил тракторист Зафар. - Я раньше в Москве дворником работал, только и слышал: "Понаехали тут!". Чуркой обзывали. Какой я им чурка? На границе служил, в техникуме учился. Сюда жену привез, устроилась телятницей. На дом копим. В деревне за это уважают.

- У нас хорошая "крыша", - хитро говорит Зебунисо под хохот соплеменников. Начальство тоже хохочет. "Крышей" себя называет Гераськин.

- А кто я для них? - рассуждает он. - Приехали - бегаю оформляю разрешение на работу, регистрирую по месту пребывания. Это такой геморрой - не приведи господи! Но платить штрафы за нелегалов - это мне не надо. А уж условия проживания - не обессудьте, какие есть.

Трудягам из солнечной Азии освободили под жилье кабинеты и подсобные помещения. В планах - строительство благоустроенного общежития, прачечной и столовой для приезжих. Юный директор тепличного комбината Андрей Дроздов, получивший образование в США и из-за этого еще более продвинутый, чем доморощенный менеджер Гераськин, утверждает, что это нормальный мировой опыт, когда гастарбайтеру создают условия только на время контракта, совершенно не заморачиваясь его жизненными планами, пропиской и прочими обстоятельствами, которые не имеют отношения к работе.

- Вахтовый метод - в большинстве развитых стран, - важничает он. - Отработал две недели - и домой, приезжает новая смена. Почему вы считаете, что для российского села это неприемлемо?

У него в тепличках из сотни работников 50 узбеков и 30 таджиков. Раз в год, когда надо продлевать миграционную карту, эти несчастные неделю добираются до родной границы, еще неделю тратят на проезд обратно, не считая 30 тысяч рублей на билеты и как минимум 10 тысяч - на взятки.

Немногочисленный русский контингент за спиной директора перешептывается: и на том спасибо, что за время разлуки они хотя бы не забыли дорогу к коровникам и теплицам, да и все остальное, чему здесь научились.

Культ личности

- Будь моя воля, я бы оставил на постоянное жительство всех, кто годами работает на Россию верой и правдой, - чеканит Михаил Сергеевич Белецкий, председатель колхоза "Москва" - лучшего в Боровском районе. - Лично мне все равно, какая в стране миграционная политика: нужен мне специалист, пусть хоть из Африки приезжает, я его приму, помогу выправить гражданство и квартиру дам - вон у меня за правлением три коттеджа под ключ.

Белецкому легко козырять, у него колхоз-миллионер с надоями по шесть тонн на корову и урожаями под пятьдесят центнеров с гектара. Плюс свой молокозавод, магазины и "социалка" в полном комплекте - клуб, кафе, детский сад, школа, новая церковь. При нынешнем аграрном разбое таких социально ориентированных хозяйств, казалось бы, уже и быть не должно. Люди говорят: повезло с культом личности председателя. Белецкий хохочет: "Какой, к черту, культ? Меня за своего-то признали лет пять назад, а то косились: "Принесло чужака на нашу голову!".

Принесло, между прочим, из Узбекистана в 1990 году. У него там тоже был колхоз "Москва" - и тоже лучший на всю республику. Никто не гнал, наоборот, за двадцать лет узбеки стали считать его своим. Просто в один прекрасный момент почувствовал, что надо на родину, иначе не сможет жить.

Так что чувства соотечественников, задумавшихся о переезде в Россию, Белецкий отлично понимает. Но на работу ни одного не взял.

- А большинство переселенцев пытались устроиться по телефону, - рассказывает он. - Обычно звонит жена: "У меня муж все-все умеет. А вы квартиру дадите?" Отвечаю: сначала я должен взглянуть на его документы, проверить умения, которые вы нахваливаете. Вас оценить - как за мужем смотрите, что за семья - моральный облик, короче. Женщины возмущаются: у вас там что - социализм? Может, еще и на парткоме отчитаться? Ну, в партиях я не состою, а на "социализм" не обижаюсь, там тоже было хорошее: толкового работника отмечали не по национальному признаку.

Социалистическим подходом Михаил Сергеевич, кажется, даже бравирует. Вся область из кожи вон лезла, чтобы заманить на родину хотя бы двадцать соотечественников по программе переселения, а он взял на работу десять азиатских семей. Одна уже молитвами Белецкого вот-вот получит российское гражданство.

- У них профессии подходящие, - объясняет он свой демарш. Я взял, а на программу не смотрел принципиально. Не нравится она мне. Не должно быть в России такого закона, чтобы делил людей на нужных и ненужных. Еще лет пять такой "выборочной" политики - и стране придется выписывать рабсилу с Марса.

Ну уж до этого, поди-ка, не дойдет. Хасан, Мирзо, Юсуф, Додо, Сафар, Айша - да вся родня с таджикского аула под Ходжентом в любой момент приедет на выручку России!

* * *

СПРАВКА "ИЗВЕСТИЙ".
По данным Центробанка, работающие в России мигранты в прошлом году отправили на этническую родину денежные переводы на общую сумму 4,5 млрд руб. - на миллион больше, чем годом ранее. Основной объем приходится на Украину, Молдавию, Таджикистан и Узбекистан. Средняя сумма перевода - $470 в месяц. По оценкам экспертов, нелегальный вывоз денежных средств из России в ближнее зарубежье составляет $10-12 млрд.

* * *

ДОСЛОВНО

Моврат Кейдагулов, глава таджикского неправительственного комитета "Право мигранта":

На 2008 год Таджикистан запросил у российских властей миграционную квоту на 800 000 человек. Россия в рамках соглашения о сотрудничестве между двумя странами выделила 600 000 мест, тем самым подтвердив, что трудовые мигранты ей нужны и что таджикские мигранты по сравнению с выходцами из ряда других стран для нее более желательны. Однако, по мнению таджикского правительства, выделенная квота и вполовину не покрывает потребности страны во "фронте работ" для ее граждан. Национальные СМИ высказываются еще более откровенно: Россия могла бы быть более лояльной к своему стратегическому партнеру и принять у себя всех, кто "желает махать метлой". При этом "в тени" остается целый ряд вопросов, решение которых таджикская сторона должна взять на себя, а не взваливать их на Россию. Это касается и профессиональной подготовки будущих мигрантов, и обучения их русскому языку.

К сожалению, сейчас в Душанбе осталось всего две российские средние школы... В обычных на преподавание русского языка отводится всего два часа в неделю. Этого явно недостаточно, учитывая ежегодное нарастание миграционного потока в Россию. Неправительственные организации - в частности, наш комитет "Право мигранта" - открыли для выезжающих языковые курсы. По опыту двух последних лет могу сказать: русский в моде. Если человек осознает, что для его работы и продвижения необходимо изучить язык, он станет его изучать.

Материалы предоставлены
агентством WPS.

Автор Комментарий
Аноним (не проверено)
Аватар пользователя Аноним.

Ludmila ti dura chto za stat'ya osobenno pervaya...
Tupaya ti.... sorry

 
Аноним (не проверено)
Аватар пользователя Аноним.

pусс-е шовинисты и скинхеды чем зря шуметь идите в колхозы!!!