Добро пожаловать в одну из пожароопасных точек внешней политики Германии - в Афганистан

Ральф Бесте, Константин фон Хаммерштайн, Александр Сандар
Профиль, N39, 22.10.2007, с. 64-68

На прошлой неделе бундестаг должен был решить вопрос о продлении миссии в Афганистане, весьма болезненный для внешней политики Германии. Страна на краю пропасти, но немецкие политики решили игнорировать действительные проблемы.

Итальянский бригадный генерал Фаусто Макор - идеальная кандидатура на роль очевидца, способного понятно объяснить немецким политикам ситуацию в Афганистане. С июля этого года под началом молодцеватого командира горных стрелков из Турина (север Италии) - группа "Запад" Международных сил содействия безопасности, действующих под руководством НАТО. Территория, контролируемая его людьми, считается самой спокойной и безопасной во всем Афганистане.

Макор со своими людьми занял позицию по соседству с аэропортом Герата - города с населением 250 тыс. человек. Проход на территорию, защищенную от вражеского обстрела стеной из валунов толщиной в метр, охраняют вооруженные до зубов выходцы из Албании. Недавно в гостях у генерала побывал представитель фракции ХДС бундестага Эккарт фон Кледен, отвечающий за вопросы внешней политики. Он посетил совместно с послом Германии в Кабуле Хансом-Ульрихом Зайдтом этот древний торговый город, исстари служивший воротами в соседний Иран.

Генералу пришлось немного задержаться. Он принимал участие в церемонии прощания с двумя испанскими солдатами, погибшими накануне в 80 км южнее Герата от бомб террористов. На итальянском спутниковом телеканале - прямое включение из Рима. Народ потрясен. Двое похищенных офицеров итальянской военной разведки из контингента Макора освобождены в результате силовой операции подразделения НАТО, при этом один из них серьезно ранен.

Генерал садится спиной к телевизору и указывает на военную карту, висящую на стене. "Видите, - говорит он, - я отвечаю за территорию, по площади равную половине Италии". Затем начинает считать. Под его командованием 1800 человек, 270 из которых могут нести патрульную службу. Если послать в патруль два наряда одновременно, вполне вероятно, что им придется действовать на расстоянии 400 км друг от друга. "Как если бы один наряд был в Турине, а другой - в Венеции", - поясняет Макор.

На помощь со стороны афганской армии, войска которой на западе страны насчитывают всего 400 человек, надеяться сложно. Это значит, что целые регионы генерал вынужден оставить без контроля. Иллюзий он не строит. Вакуума власти в Афганистане не бывает. В местах, где нет международных войск, власть захватывают пещерные фундаменталисты "Талибана", полевые командиры с их отрядами.

Подконтрольная зона заканчивается уже в считанных сотнях метров от штаб-квартиры Макора. Коменданту гератского аэропорта остается только сокрушаться о своем положении. Нежаркое осеннее солнце светит на серые транспортные самолеты "Геркулес", принадлежащие итальянцам, однако в кабинете этого усатого полковника полиции свежо - 16 градусов. Комендант сетует: закон запрещает допускать на территорию аэропорта вооруженных людей, но у его отряда для обеспечения правопорядка всего 30 старых автоматов Калашникова.

Этого явно недостаточно, чтобы дать отпор местным авторитетам, которые зачастую появляются на летном поле с сотней телохранителей, вооруженных пистолетами, пулеметами и переносными гранатометами. Прямо рядом с припаркованными самолетами их частные армии устраивают между собой бойкие перестрелки - бойцам коменданта остается лишь наблюдать.

Добро пожаловать в Афганистан в шестой год со дня западной интервенции. Добро пожаловать в страну, занявшую неутешительное 8-е место в последнем "Рейтинге государств-неудачников", опубликованном американским журналом Foreign Policy, сразу после Судана, Ирака, Сомали и Зимбабве. Добро пожаловать в Афганистан, объявленный генеральным секретарем НАТО местом, где подвергается проверке жизнеспособность самого влиятельного в мире военного союза.

Глава фракции СДПГ Петер Штрук предупреждает: вывод войск может стать "тяжелым поражением международного права и мирового сообщества". Канцлер Ангела Меркель также считает сохранение германского контингента в предгорьях Гиндукуша "единственным способом показать, что мы боремся с терроризмом - притом решительно". Добро пожаловать в одну из пожароопасных точек внешней политики Германии.

На позапрошлой неделе бундестаг занимался вопросом о продлении двух из трех мандатов германской армии на участие в международной миссии в Афганистане - самую опасную работу бундесвера на сегодня. У Гиндукуша погиб уже 21 немецкий военнослужащий. Недавно в результате теракта, осуществленного смертником, троим немцам лишь по счастливой случайности удалось отделаться легкими ранениями. В бундестаге обсуждается вопрос о размещении в рамках натовских Международных сил содействия безопасности в Афганистане (ISAF) контингента численностью до 3500 человек и шести самолетов-разведчиков "Торнадо". Считается, что согласие парламента гарантировано: в Большой коалиции, равно как и у свободных демократов, за него высказывается подавляющее большинство. Да и многие депутаты от "зеленых" вопреки решению, принятому на последнем съезде их партии, намереваются проголосовать "за". Только парламентарии от Партии левых категорически против участия в операции в Афганистане.

Вопрос об участии Германии в руководимой Америкой антитеррористической операции "Несокрушимая свобода" (Enduring Freedom), вызывающий жаркие дебаты, будет обсуждаться лишь в ноябре - после съезда СДПГ в Гамбурге.

Депутатов, которые за последние месяцы пожелали получить собственное представление о положении в этой охваченной войной стране, не слишком много. Хотя немецкие парламентарии славятся своей любовью к командировкам, но лишь совсем немногим представителям народа Афганистан кажется достойным визита.

Коллеги, предпочитающие оставаться дома, знают, почему им не хочется, чтобы их имена упоминались в связи с этой страной. После прихода к власти Большой коалиции, то есть за последние два года, настроение народа резко изменилось. Если ранее около 60% опрошенных высказывались за направление немецких военнослужащих в Афганистан, то сегодня уже более половины немцев открыто выступают за вывод войск.

В ведомстве канцлера, конечно, утверждают, что операция в предгорьях Гиндукуша занимает в списке забот главы правительства одно из первых мест, но сама Ангела Меркель старательно избегает контакта с темами, отрицательно сказывающимися на ее имидже. Мучимая угрызениями совести, она периодически заявляет, что является сторонником участия немецкого контингента в судьбе этой многострадальной страны, однако свою роль в дебатах она старается максимально ограничить.

Ее предшественник Герхард Шредер дважды был с визитом в охваченном кризисом регионе. Фотографии из Афганистана тогда еще давали рейтинговые баллы. Меркель, напротив, предпочитает позировать фотографам на фоне гренландского ледника, в роли спасительницы планеты от изменения климата, или во время посещения африканской школы. В Афганистане же она пока замечена не была. Всегда что-то мешало - то захват заложников, что съезд СДПГ, то плотный график встреч.

Дело в том, что новости, поступающие из Афганистана в Берлин, просто скверные. Побывавшие там народные избранники рисуют картину страны, находящейся на грани катастрофы. Похоже, нищета, коррупция, насилие и безнадежность в ней не убывают, а лишь усиливаются. Государственные институты в большинстве районов страны практически отсутствуют, полиция коррумпирована и перегружена работой, да и армия выглядит не лучше. Западная экономическая помощь большей частью попросту бесследно исчезает, и большинству населения о ней ничего не известно.

Одновременно все более ухудшается ситуация с безопасностью. Только за прошедшие 9 месяцев этого года в результате терактов или боевых действий погибло свыше 5 тыс. человек. В одном из докладов ООН говорится, что количество преступлений с применением насилия в текущем году увеличилось почти на 30%. Три четверти терактов направлено против афганских военных, полицейских и иностранных военнослужащих - как говорится в документе ООН, "в целях преднамеренного и рассчитанного противодействия созданию легитимных правительственных институтов".

Положение на военном фронте страны туманно. В секретном сообщении чрезвычайного посла ЕС в Кабуле испанца Францеска Вендрелла от 18 сентября (с пометкой "Срочно!"), адресованном правительствам государств-членов ЕС, говорится о некой "парадоксальной тенденции": "В то время как военные операции Международных сил содействия безопасности в Афганистане против повстанцев характеризуются существенными успехами, прежде всего благодаря целенаправленным ударам по полевым командирам "Талибана", зона нестабильности, в которой действуют повстанцы, расширяется". Вендрелл пишет, что присутствия даже небольшого числа талибов достаточно, чтобы "парализовать нормальную деятельность правительства" и чтобы существенная часть населения оказалась под влиянием повстанцев.

Выводы испанца перекликаются с результатами опроса комиссии Senlis. Этот международный центр опросил в марте 12 тыс. афганцев в районах интенсивных боев на юге и востоке страны. Результат всех потряс. В конце 2001 года подавляющее большинство афганцев считали, что талибы окончательно побеждены. Сейчас же лишь половина опрошенных считает, что войну против повстанцев на юге Афганистана международные войска смогут выиграть. Талибы же, как кажется, в военном отношении выиграть войну практически не в состоянии, однако битву за умы людей они все более уверенно решают в свою пользу.

Утрата доверия и уважения, которую понесло международное сообщество, имеет и политические последствия. Посланник ЕС Вендрелл с озабоченностью отмечает, что есть письменное указание афганского министра внутренних дел всем губернаторам провинций и руководителям полицейских подразделений впредь не наносить визитов международным организациям по оказанию помощи и парамилитаристским командам, помогающим в строительных работах.

Хотя на практике этот приказ больших последствий иметь и не будет, пишет Вендрелл, но многие из его афганских партнеров озабочены тем, что складывается впечатление, будто доверие между правительством Афганистана и международными силами содействия тает. К тому же они опасаются того, что теперь "чиновники, имеющие связи в мафии, станут собирать материал против некоррумпированных чиновников, используя для этого самые безобидные контакты".

Реальная жизнь в Афганистане находится в странном противоречии с теми политическими дебатами, что идут в Германии. Не обращая внимания на сведения и опыт, накопленные в Афганистане, на заседаниях бундестага и партийных собраниях депутаты самозабвенно спорят о технических деталях мандатов, не играющих в Афганистане никакой роли. Особенно среди "зеленых" и в рядах СДПГ в течение недель бушевала страстная дискуссия об операции "Несокрушимая свобода" (OEF), о ISAF и самолетах "Торнадо".

Антитеррористическая операция ОЕF для многих "зеленых" и социал-демократов стала синонимом беспощадных бомбардировок, проводимых американцами и буквально толкающих афганцев в объятия талибов. На съезде "зеленых" в Геттингене члены партии проголосовали против продления участия немецкого контингента в афганской операции. Руководство СДПГ на своем съезде, который состоится в Гамбурге в конце октября, планирует назначить этот пункт повестки дня на вечер субботы. Расчет, вероятно, построен на том, что именно в то время, когда по телевидению будут идти спортивные новости, интерес делегатов и к OEF, и к ISAF будет не слишком велик.

Прения, ведущиеся в Берлине, задуманы как отвлекающий маневр. Опыта у немецких политиков в этом деле немало. В прошлом году целый рой самозваных морских экспертов в течение недель спорил о совершенно второстепенном вопросе - совместимо ли использование немецких военно-морских сил вблизи ливанского побережья с правилами о трех- и шестимильной приграничных зонах.

В дебатах по Афганистану действительно решающих вопросов тоже не ставят. Что, собственно, следовало бы считать успехом миссии? Можно ли в долгосрочной перспективе рассчитывать на успех войны по дешевке, которую ведут минимальными средствами? Должен ли Запад, должна ли Германия увеличить затраты? Следует ли заново определить цели? Достаточно ли электричества, воды и чуть-чуть свободы слова?

По крайней мере, те, кто занимается внешней политикой, теперь на многие из этих вопросов дают однозначные ответы. Конечно, в Афганистане никто не собирается создавать демократию по "вестминстерскому образцу", объясняет министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер. Депутат от ХДС Рупрехт Поленц, председатель комитета по внешним делам, преднамеренно не поднимает планку слишком высоко: "Достаточно будет добиться, чтобы от афганского государства более не исходило опасности".

На самом же деле это был бы очень резкий поворот в немецкой политике. В 2002 году канцлер Герхард Шредер сулил афганцам в качестве платы за "возврат в цивилизованный мир" достаточные "дивиденды благосостояния". Цель вмешательства - права человека, демократия и благополучие в Афганистане, заявляло в ту пору федеральное правительство.

Теперь об этом вспоминают редко. Но какие же критерии должны быть выполнены, прежде чем миссию можно будет признать успешной, а немецкие войска и их союзников вернуть домой? Этого не знает никто. Какой-либо "стратегии выхода" в настоящий момент "обнаружить не удается", отмечает один немецкий натовский генерал.

Афганский президент Хамид Карзай заявляет: "Мы не отпустим иностранцев, пока не будут построены дороги, школы и налажено электроснабжение и пока наши полиция и вооруженные силы не станут сильнее". Кое-кому в НАТО это высказывание кажется угрозой. "Наша помощь будет завершена тогда, - определяет цели пребывания министр обороны Франц-Йозеф Юнг, - когда Афганистан сможет своими силами найти путь к благополучному будущему".

Мы сможем сказать, что Североатлантический альянс "успешно выполнил свою миссию", только тогда, когда афганское правительство "возьмет на себя ответственность за ситуацию в стране" и "сможет контролировать ее" с помощью собственных сил безопасности, считает генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер. Делать какие-либо прогнозы голландец отказывается: "В обозримом будущем НАТО придется остаться". От безысходности союзники ухватились за план обучить к следующим парламентским выборам, то есть в течение 3 лет, 70 тыс. солдат и 82 тыс. полицейских. "Обучать, обучать и еще раз обучать", - повторяет де Хооп Схеффер новую "мантру" стран НАТО. "Кто не будет инвестировать в обучение сейчас, тот останется там надолго", - говорит немецкий генерал Эгон Раммс, руководящий действиями ISAF из командного центра НАТО в нидерландском городе Брунсуме. Во время публичных дебатов немцы стараются отмежеваться от США. В отличие от американцев, они-де в первую очередь помогают восстанавливать страну. Но как раз в этом-то они и потерпели полную неудачу. Берлин взял на себя ответственность за воссоздание афганской полиции. Результат деятельности немцев иначе как катастрофическим не назовешь - к такому выводу пришла делегация депутатов бундестага, посетившая этим летом Афганистан, чтобы на месте посмотреть, как обстоят дела. Немцы взялись за дело обстоятельно. В январе 2002 года в Кабул прибыла группа ведущих экспертов. Они порекомендовали прислать в афганское Министерство внутренних дел трех консультантов. По их мнению, этого вполне достаточно. Основная задача этой троицы должна была состоять в организации курсов для руководящих кадров и создании полицейской академии. Срок - один год. Кроме того, констатировали эксперты, афганцам не хватает оборудования, автомобилей и - прежде всего - оружия. Последнего вскоре стало вполне достаточно. Это же "полная бессмыслица", возмущалась депутат от СвДП Эльке Хофф: Берлин собирается поставить в Афганистан 100 тыс. единиц огнестрельного оружия, однако отказывается предоставить афганской полиции простейшие вспомогательные средства, например наручники. МВД и МИД запрещают поставлять "средства прямого принуждения" странам, которые не отвечают немецким правовым нормам на 100%. Этот недостаток немцы начали исправлять только сейчас, через пять лет после того, как приступили к обучению полицейских. Согласно документу МИДа для внутреннего пользования "мы должны обеспечить 500 полицейских из спецотрядов кабульской полиции бронежилетами, касками, защитными щитами, перчатками, дубинками и газовыми баллончиками". Позже число консультантов увеличили до 60 человек, правда, только номинально. Как правило, одновременно работают 40. После досадной ошибки с численностью персонала чиновники из МВД и ведомства канцлера подумывают о том, чтобы сформировать постоянную группу специально обученных полицейских, прокуроров и специалистов в области управления для помощи проблемным государствам в кризисных ситуациях. Такую группу можно будет оперативно направлять в любую страну без предварительной подготовки. Но это дело будущего. А американцы не хотят ждать так долго. Поэтому они уже давно отобрали инициативу у немцев. Пока Берлин занимался "повышением квалификации средних и высших чинов" и "реформированием системы оплаты труда и рангов", Вашингтон откомандировал в Афганистан 2500 солдат плюс несколько сот профессионалов из частной охранной фирмы DynCorp для обучения местных полицейских. В рамках полувоенных интенсивных курсов ребята из DynCorp под руководством американских генералов в отставке готовят из неграмотных афганцев помощников шерифов. Главным считается, чтобы после этого они могли более или менее метко стрелять. Конечно, неприятно, что многие из них сразу после окончания курсов дезертируют, но на статистике обучения это никак не сказывается. Тем временем немцы после своей неудачи стараются "европеизировать" оказываемую афганской полиции помощь, то есть переложить ее на плечи разных стран. В мае этого года ЕС принял решение о создании собственной "полицейской" миссии, окрестив ее звучным именем EUPOL. В настоящее время ею командует немецкий генерал полиции Фридрих Айхеле. Хотя в скором времени бывшего главу антитеррористического подразделения GSG9 заменят - на этом настаивает посольство. Дело в том, что он не держит слова, плохо говорит по-английски и обладает весьма ограниченными дипломатическими талантами. При таком руководстве EUPOL уже через несколько месяцев после своего создания погрязла в бюрократии и финансовой неразберихе. Да и концепции у миссии не было. План предусматривал отправку в Афганистан 195 полицейских из 17 стран ЕС. Но они заступят на службу только в марте будущего года. Раньше якобы невозможно, поскольку для них еще нужно построить комфортабельные жилища. В настоящее время целых двое полицейских охраняют группу немецких военных строителей, ведущих восстановительные работы в городе Кундузе, столице одноименной провинции. Всего там 400 с лишним солдат. В ближайшее время этих двоих полицейских сменят пять человек из EUPOL. Они будут опекать 7500 афганских полицейских в двух провинциях страны. На фоне всего этого глава СвДП Гвидо Вестервелле, посетивший Афганистан две недели тому назад, с сарказмом заметил: "Ну, тогда с созданием полиции проблем не будет". МВД в Кабуле считают гнездом коррупции, несмотря на то, что там работают немецкие и британские консультанты. Для того чтобы стать начальником отделения полиции, надо дать взятку. До $150 тыс. И такая инвестиция вполне себя оправдывает. Подчиненные взимают деньги с населения и возмещают эти затраты. Командир ISAF, американский генерал-лейтенант Дэн Макнил, любит развлекать своих гостей маленькими анекдотами из жизни полиции. Например, недавно он приказал построить на окружной дороге между Кабулом и Кандагаром 20 контрольно-пропускных постов. "Какие полицейские посты?" - несколько недель спустя удивленно спросил его один афганец. И сам же ответил на свой вопрос: "А, вы имеете в виду новые таможни, собирающие дорожные сборы?" Деньги взимают все. Нередко полицейские существуют только на бумаге. Это просто источник дохода для местных начальников полиции, которые получают из кассы международного сообщества деньги на зарплаты несуществующим стражам порядка. Правда, за свою опасную работу полицейские получают мизерную зарплату. $70 в месяц - это так мало, что многие полицейские сразу после окончания курсов уходят в частную охрану богатых полевых командиров, наркобаронов или даже талибов. Те платят гораздо больше - $400-600. Немногим лучше ситуация в армии. Согласно натовской статистике, Запад уже обучил 38 тыс. солдат, а к концу этого длительного процесса должен обучить 70 тыс. Однако реального положения дел эти цифры не отражают. В прошлую среду на заседании Североатлантического совета в Брюсселе выступил американский командир генерал-майор Роберт Коун, отвечающий за обучение афганских солдат. По видеосвязи из Кабула он рассказал интересные вещи. Представители стран НАТО поинтересовались у генерала, сколько же солдат афганской армии могут сейчас участвовать в боевых действиях. Генерал стал изворачиваться. Ну, мы собираемся обучить 70 тыс. человек, из них 50 тыс. уже получили жалованье. Хотя есть довольно много людей, временно отсутствующих по неизвестной причине, - AWOLS (absent without leave). Фактически этой американской аббревиатурой обозначают дезертиров и прогульщиков. Кроме того, есть проблемы с продлением контрактов. Короче говоря, в общей сложности есть примерно 30 тыс. человек, хотя точно он сказать не может. Представители стран НАТО не отставали. А сколько из них способны участвовать в боевых действиях? "Не могу вам сказать, - сказал генерал, но в конце концов капитулировал: - Честно говоря, ноль". Ни одно афганское подразделение не готово вести боевые операции самостоятельно. Просто у них очень многого не хватает: артиллерии, вертолетов, лазаретов, разведчиков, сил поддержки. Поэтому министр обороны Афганистана Абдул Рахим Вардак объясняет всем своим западным гостям, что ему срочно необходимо оружие. Неплохо было бы в рамках помощи получить от Германии парочку танков "Леопард-1", убеждал дородный генерал месяц тому назад депутата от ХДС фон Кледена, впрочем, и современные "Леопарды-2" очень бы пригодились. Офицеры НАТО над мечтами министра о танках просто смеются. Дорогая военная техника нужна генералу только для того, чтобы провести приличный парад войск, зубоскалят они. Ведь опыт показывает, что бЧльшая часть оружия, поставляемого Западом для афганской армии, моментально оказывается на черном рынке. Результаты помощи международного сообщества оказались настолько разочаровывающими, что очень многие выступают за изменение политики, в частности министр иностранных дел Штайнмайер. Берлин не может себе позволить продолжать прежнюю политику, заявил он этим летом и потребовал, чтобы Германия активизировала усилия. Нужно больше солдат, больше полицейских, нужно увеличить экономическую помощь, требовал Штайнмайер. Однако и после этого ситуация к лучшему не изменилась. Результаты обучения полицейских минимальные. По мнению МИДа и ведомства канцлера, необходимо увеличить контингент бундесвера до 4-5 тыс. человек, но принятие такого решения блокирует министр обороны Юнг. От 400 инструкторов, которых считает необходимыми Штайнмайер, останется в лучшем случае 180. Хотя в области экономической помощи некоторый прогресс налицо: выделяемые средства увеличены с 80 млн до 125 млн евро в год. По мнению американца Брюса Райдела, бывшего до 2002 года советником Белого дома по национальной безопасности, все эти усилия Германии и других западных стран - "просто позор. Мы выделяем стране, опустошенной 25 годами войны и террора, меньше средств на душу населения, чем Боснии или Гаити, - говорит он. - Это все равно, что заклеивать рану на груди пластырем".

Материалы предоставлены
агентством WPS.