Регион может потрясти серия номенклатурных революций

Алик Назаров
Российские вести, N33, 05.10.2007, EV

В последнее время среди экспертов по странам региона активно обсуждается характер происходящего в Средней Азии и его возможные последствия. В отличие от реалий 90-х гг. ХХ в. нынешняя ситуация свидетельствует о предстоящих вероятных серьезных изменениях.

ТАШКЕНТСКИЕ ВАРИАНТЫ

Заявление официальных властей Узбекистана о том, что в декабре текущего года там пройдут президентские выборы, в которых будет участвовать действующий президент Ислам Каримов, мало кого удивило. Однако развитие событий последних недель позволяет говорить, что ситуация в стране способна серьезно измениться в соответствии с несколькими сценариями. Обострение хлебного дефицита, резкое подорожание продуктов происходят на фоне подготовки к президентским выборам И.Каримова. Власти уже рассматривают вопрос о нормировании норм выдачи либо продажи предметов первой необходимости и введении карточной системы. Ряд журналистов высказывали мысль о том, что в этом случае якобы будет легче убедить население в необходимости поддержки И.Каримова, который затем отменит карточную систему и понизит цены на продукты питания буквально накануне выборов.

Однако столь простое объяснение не соответствует реальной ситуации. Дело в том, что начиная с августа этого года сложилась довольно серьезная обстановка в узбекистанском сельском хозяйстве и, прежде всего, в зерноводческой отрасли. Дефицит, коснувшийся и ряда продуктов питания, оказался неожиданным для властей. Схожие процессы, кстати, происходили в соседнем Таджикистане и Туркменистане, Кыргызстане, но имели, помимо общих с Узбекистаном черт, свои особенности, в то время как узбекистанская ситуация явно контрастировала по ряду параметров с тем, что было в других государствах региона. Ее отличительный характер заключается в масштабах происходящего и системности дефицита и, соответственно, роста цен. Имея в виду особенности общественно-политических систем большинства среднеазиатских стран, а также характер взаимоотношений власти и общества, трудно представить какие-либо изменения в высшем руководстве этих стран в соответствии с общепринятыми мировыми правилами. Поэтому большинство специалистов склоняются к мысли о том, что в ряде таких государств могут произойти "номенклатурные перевороты". После андижанских событий 2005 г. ожидание возможных ситуаций стало фактором внутриполитической жизни.

Предпринимавшиеся официальным Ташкентом шаги, направленные на усиление контроля за обществом, сопровождались и внешнеполитическими действиями, которые носили непоследовательный для большинства экспертов характер. Руководство Узбекистана оказалось в достаточно сложном положении. Замена нынешнего руководства на новое в таких условиях с помощью выборов, вероятнее всего, стала расцениваться как нереальная, и отныне речь могла уже идти об иных способах. Не исключено, что для ряда высших чиновников, рассматривающих происходящее как явный кризис, способный предоставить им возможность провести верхушечную "номенклатурную революцию", осень 2007 г. стала этапом подготовки к предстоящим вероятным переменам. Сценарий развития событий в таком случае может иметь несколько вариантов. Первый из них включает "технологичный" срыв намеченного "мероприятия" - выборов с использованием различных сил и средств с последующим отказом И.Каримова от идеи участвовать в дальнейших президентских выборах и его отбытие из страны. Второй вариант подобного сценария может носить более драматических характер для нынешнего президента Узбекистана. Проведение подобной верхушечной революции включает, как часть сценария, выдвижение на первое место определенного чиновника, способного убедить как внутреннюю, так и внешнеполитическую "аудитории" в справедливости и "естественности" происходящего. В персональном отношении кандидатура подобного рода будет иметь поддержку или выдвинута представителями так называемых силовых министерств. Разумеется, внутриполитический режим не претерпит серьезных изменений, но внешнеполитическая ориентация и сотрудничество с внешними силами позволит смикшировать любую критику. Однако помимо этих вариантов сценария смены власти существует еще несколько. К числу так называемых "технологических" относится проведение президентских выборов, в которых И.Каримов вновь окажется главой государства. Но на следующем этапе с использованием различных способов и методов его полномочия будут переданы другому. Судьба нынешнего главы Узбекистана будет зависеть именно от методов реализации такого сценария. Наконец, к числу "радикальных" способов относится отказ от выборов в силу неких объективных и субъективных факторов, порожденных событиями в стране. При всех вариантах развития ситуации главной становится именно содержательная часть происходящего, а именно: "номенклатурная революция" сверху.

АШХАБАДСКАЯ "ПЕРМАНЕНТНАЯ РЕВОЛЮЦИЯ"?

Не менее драматично развивается ситуация в Туркменистане. После 21 декабря 2006 г., несмотря на ожидаемые после смерти Сапармурата Ниязова реформы и провозглашаемые на высоком уровне изменения, положение мало изменилось. Новый руководитель страны - Гурбангулы Бердымухаммедов, устранив с политической арены тех, кто способствовал его приходу к власти в конце прошлого года, на данный момент пытается создать собственную "пирамиду власти". Ставка делается на использование "внешнего фактора": именно на международной арене президент Туркменистана ищет могущественных партнеров, которые будут в состоянии оказать ему поддержку во внутриполитических делах.

Примечательно, что в своих последних заявлениях, сделанных в США во время его встреч, Г.Бердымухаммедов постоянно касался готовности проводить политические реформы и, даже более того, на встрече со студентами Колумбийского Университета, как сообщали информагентства со ссылками на газету "Время новостей", "отвечая на вопрос бывшего сотрудника Международной лиги прав человека, а ныне студента Питера Залмаева, выразил уверенность в том, что экс-министры иностранных дел Борис Шихмурадов и Батыр Бердыев, арестованные почти пять лет назад по обвинению в так называемом покушении на Туркменбаши 25 ноября 2002 года, живы", а также упомянул "Гадыр Гиджеси" ("Ночь всепрощения"), которая наступит 9 октября. По традиции, накануне этой ночи в Туркмении проводится широкая амнистия". Не исключено, что таким образом нынешний глава страны пытается обнадежить внешний мир, что он откажется от наследия своего предшественника. В определенной степени это знак и для внутренней аудитории в Туркмении. В то же время шаткость позиций Бердымухаммедова, очевидная для экспертов, не позволяет говорить о том, что для Туркменистана наступило время стабилизации.

ДУШАНБИНСКИЙ ПЕРЕДЕЛ

Кажущаяся спокойной ситуация в соседнем Таджикистане, где президент Эмомали Рахмонов (ныне Рахмон), фактически избавился от всех политических оппонентов, а также своих соратников, имевших более серьезные общественно-политические позиции, чем он, также отличается своеобразием. После ситуации 1992-1997 гг. - Объединенная таджикская оппозиция - основная политическая сила, с которой был заключен межтаджикский мирный договор, была постепенно вытеснена из политической жизни. Ее основа в лице Партии исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ) оказалась под сильным давлением властей, которые достаточно жестко начали вести борьбу и с другими оппозиционными политическим партиями. Одновременно борьба с бытовым конфессионализмом приобрела в Таджикистане в политике властей ярко очерченную непримиримость, а в ряде случаев, непоследовательность.

Как отмечали наблюдатели, запрет на ношение хиджаба в образовательных учреждениях сопровождался тем, что местная генпрокуратура не внесла организацию Хизб-ут тахрир в список запрещенных организаций, как это было сделано большинством стран СНГ и практически всеми странами в Средней Азии. Более того, продолжая борьбу с оппозицией, власти решили законодательно запретить создание партий на религиозной основе, что явно является попыткой удара по ПИВТ. В интервью, опубликованном информагентством Фергана.ру, руководитель партии Мухиддин Кабири заявил: "Подобно тому как религиозные экстремисты прикрываются религиозными ценностями, светские прикрываются ценностями светскими, - сказал он. - Любой экстремизм может дестабилизировать общественно-политическую ситуацию в стране. Но я думаю, что наше общество способно своими силами преодолеть любой экстремизм". На фоне разросшейся в стране коррупции, семейственности в высших органах управления, обнищания подавляющей части населения Таджикистана, массовых миграционных процессов, связанных с поиском жителями работы за пределами страны, а также роста цен на товары первой необходимости и коммунальные услуги власти пытаются ликвидировать организованную оппозицию. В таких условиях перестановки в высшем руководстве и возможная потеря власти Э.Рахмоном, который может оказаться жертвой "номенклатурной революции" сверху, не исключены. Более того, уже сейчас местные обозреватели не исключают возможности перехода власти в руки родственника нынешнего президента - брата его жены Хасана Садуолоева, который возглавляет главный банк страны - "Ориентбанк". Разумеется, механизм передачи власти, имея в виду то, что Э.Рахмон обеспечил себе чуть ли не пожизненный срок пребывания на посту, будет зависеть от того, как нынешний глава государства планирует уйти с поста.

Материалы предоставлены
агентством WPS.