Нурсултан Назарбаев: «Я убежден, что у содружества есть будущее»

Автор не указан
Московские новости, N22, 08.06.2007, с. 14

На днях в Санкт-Петербурге состоится очередной саммит стран СНГ. В неформальной обстановке лидеры государств Содружества обсудят перспективы самого большого альянса на территории бывшего Советского Союза, а также проведут ряд двусторонних встреч. О будущем СНГ, о других интеграционных процессах на постсоветском пространстве, а также о внешнеполитических приоритетах республик Содружества в интервью «МН» и РИА «Новости» рассказал президент Республики Казахстан Нурсултан Назарбаев.

Нурсултан Абишевич, Казахстан сейчас председательствует в СНГ. Уже более года ведутся дискуссии о необходимости реформирования Содружества, многократно на разных уровнях обсуждались различные сценарии его развития. По-вашему, возможен ли прорыв в рамках СНГ? Каким вы видите будущее альянса?

Так получилось, что Содружество стало механизмом не столько интеграции, сколько мирного размежевания, уменьшения того кризисного и конфликтного потенциала, который объективно содержался в процессе распада СССР. И в этом, надо признать, важная историческая роль, которую сыграло и продолжает играть СНГ.

Воплотить СНГ в том содержании и в тех очертаниях, как мы это представляли в 1991 году, в момент создания, сегодня вряд ли получится. Думаю, все мы пришли к такому выводу после многолетнего топтания на месте, когда сотни подписанных соглашений, особенно в экономической сфере, так и не заработали. Но позитивная сторона такого вывода заключается в том, что все страны-участницы высказались за реформу Содружества. Не за то, чтобы выбросить СНГ как отжившую и ненужную вещь, а именно за реформу. И в этом смысле прорыв возможен. В последние годы этот вопрос постоянно обсуждается. В Москве в июле 2006 года на неформальной встрече я представил на рассмотрение коллегам предложения по реформированию СНГ. Они основаны на вычленении тех конкретных направлений развития, которые представляют интерес для всех участников интеграционного процесса, по которым все страны нуждаются в согласованном регулировании и совместной работе. Это миграционная политика, развитие единых транспортных коммуникаций, интеграция в научно-образовательной сфере, культурно-гуманитарное сотрудничество, борьба с трансграничной преступностью. Все эти сферы оказывают значительное влияние на повседневную жизнь наших граждан.

Сейчас на основании казахстанских предложений готовится концепция дальнейшего развития Содружества. Это очень важный документ. Я убежден, что у СНГ есть будущее, тем более что все государства-участники исходят из понимания необходимости Содружества.

Не так давно вы выступили с инициативой создания Союза центральноазиатских государств по типу Евросоюза. Зачем нужен такой союз Казахстану, который и так является политическим и экономическим лидером в регионе?

Это не новый проект. Скорее, речь идет о возврате к тем вариантам интеграционного развития, которые по разным причинам не осуществились. Ведь суть проблемы состоит в том, что страны региона существенно разошлись в характере экономических систем. Это главный барьер, который сдерживает и взаимную торговлю, и свободное движение капитала, услуг и рабочей силы, и региональную кооперацию. Речь идет о выработке нового формата сотрудничества, основанного на эффективном экономическом взаимодействии сторон на принципах общего рынка. Мы предлагаем двигаться к свободной торговле без изъятий и ограничений, таможенному союзу, единому экономическому пространству.

Совокупный экономический потенциал центральноазиатских стран достаточно высок. Центральная Азия находится на стыке евроазиатских транспортных коридоров и обладает широкой транспортно-коммуникационной сетью. Регион обладает значительными человеческими, природными и промышленными ресурсами. Здесь проживают 55 млн человек, а это уже самодостаточный региональный рынок. Но пока этот рынок выглядит разбалансированным: на 15-миллионный Казахстан приходится 70% совокупного ВВП региона.

И ясно, что сохраняющаяся тенденция к дезинтеграции стран Центральной Азии сводит на нет все потенциальные преимущества. На этом фоне даже усугубились проблемы рационального использования водно-энергетических ресурсов, трудовой миграции. Кроме того, это сдерживает координацию усилий в совместной борьбе с различными угрозами безопасности.

Нашим странам нужно тесно взаимодействовать по всему спектру вопросов региональной жизни. Это обусловлено тесным переплетением наших политических, экономических и хозяйственных интересов. К этому взывают наша общая история, языковая близость.

Безопасное и стабильное будущее Центральной Азии Казахстан видит в политической и экономической интеграции государств региона, то есть в следовании той тенденции, которая имеет общемировой характер, способствует экономическому, индустриальному, научно-техническому развитию государств.

Подобное объединение будет представлять геополитический и геоэкономический интерес для крупных держав, а также послужит возрастанию роли региона и его авторитета в международных отношениях.

Кроме того, более тесная интеграция стран региона будет только способствовать преодолению тех проблем, которые сегодня имеются между Узбекистаном и Таджикистаном, а также политических и экономических трудностей в Киргизии. Мы исходим из того, что в долгосрочной перспективе региональному сотрудничеству альтернативы не существует.

Есть впечатление, что в последнее время Астана активно прорабатывает проект создания еще одного союзного государства на постсоветском пространстве - Казахстана и Киргизии. Что вы можете сказать по этому поводу?

Это впечатление ошибочное. Казахстан не заинтересован в создании союзного государства. Полагаю, что и Киргизия не намерена видоизменять в какой-либо форме свой суверенитет.

Но наши государства настроены на одну волну, нацелены на всемерное укрепление двустороннего сотрудничества, которое основано на заложенных нашими предками традициях дружбы и добрососедства. Тесное взаимодействие выгодно обеим странам. И оно будет развиваться на равноправной основе.

Организацию договора о коллективной безопасности (ОДКБ. - Ред.) можно назвать сегодня одной из основных сил, обеспечивающих региональную стабильность в Центральной Азии. Не входит ли в противоречие с деятельностью ОДКБ заметно усиливающаяся в последнее время деятельность Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), в которой явно прослеживается и военно-политическая составляющая?

Противоречия здесь нет, особенно если учесть, что состав ОДКБ и ШОС не совпадает. Кроме того, различен формат целей этих организаций. Если ОДКБ целиком сосредоточена на вопросах безопасности, и прежде всего военной, то цели ШОС шире: здесь и экономика, и развитие транспортных коммуникаций, и гуманитарные вопросы.

Но вы правы в том, что, занимаясь вопросами безопасности, ОДКБ и ШОС могут активнее координировать свои усилия, с тем чтобы рациональнее использовать имеющиеся у них ресурсы.

Такого рода взаимодействие уже есть. К примеру, с 2003 года в рамках ОДКБ ежегодно проводится международная антинаркотическая операция «Канал». Вначале ее участниками были лишь шесть государств - членов ОДКБ, но уже в 2006 году в ней приняли участие представители правоохранительных органов и спецслужб 19 стран, в том числе и Китая.

Этот опыт может быть развит и по другим направлениям сотрудничества: в вопросах борьбы с терроризмом, постконфликтного восстановления Афганистана, укрепления общей безопасности на евразийском пространстве.

Первые шаги в этом направлении уже сделаны: идет подготовка Меморандума о взаимопонимании между секретариатами ОДКБ и ШОС, который планируется подписать в ближайшее время.

Энергетика сегодня - одна из главных тем в мировых дискуссиях. Новые мотивы возникают при обсуждении энергического сотрудничества центральноазиатских государств: это и взаимодействие на Каспии, и европейские инициативы о новых энергомаршрутах в Европу, и новые трехсторонние договоренности, достигнутые недавно на саммите в Туркменбаши. Как вы оцениваете взаимодействие Казахстана и России в этой области?

Сотрудничество между Казахстаном и Россией в нефтегазовой сфере носит стратегический характер, а взаимные обязательства являются масштабными и долгосрочными. Казахстанское сырье успешно транспортируется на мировые рынки по магистральным трубопроводам России, осуществляется совместная переработка углеводородов. Наши страны являются основными акционерами Каспийского трубопроводного консорциума.

Казахстан и Россия в двустороннем формате решили проблему разделения шельфа Каспийского моря, договорились совместно вести разведку и добычу на трех крупных месторождениях с участием российских компаний ЛУКОЙЛ, «Роснефть». Кстати, ЛУКОЙЛ участвует в Казахстане в 11 нефтяных проектах. Активизируется и «Газпром».

В прошлом году мы пришли к соглашению о строительстве совместного газоперерабатывающего комплекса на базе Оренбургского НПЗ. С пуском этого комплекса в российскую газотранспортную систему попадет примерно 15 млрд кубометров газа.

Наши страны плодотворно сотрудничают и в области атомной энергетики. Так что я оцениваю двустороннее взаимодействие в энергетической сфере очень позитивно. И вполне закономерно, что Казахстан и Россия готовы тесно сотрудничать по газовому транзиту, о чем свидетельствуют подписанные в городе Туркменбаши декларации о строительстве Прикаспийского газопровода и развитии газотранспортных мощностей в Центральной Азии.

Существуют ли перспективы создания газового консорциума Туркмения - Россия - Казахстан?

Об этих перспективах можно говорить в контексте создания единого оператора по управлению работой Прикаспийского газопровода.

Не становятся ли Москва и Астана конкурентами в поставках энергоносителей в Китай?

«Емкость» китайского рынка энергоресурсов столь велика, что Казахстан и Россия не могут быть конкурентами в поставках в Китай.

Мы построили нефтепровод в Китай по маршруту Атасу - Алашанькоу. Но он предназначен не только для транспортировки казахстанской нефти, но и для транзита российской нефти с западносибирских месторождений. Только в этом году по нему предусмотрена поставка в Китай около 5 млн тонн российской нефти.

Поэтому Казахстан рассматривает Россию как партнера, а не как конкурента. Тем более что и для Казахстана, и для России диверсификация экспортных направлений и освоение новых рынков является необходимостью и важной целью.

У России и Казахстана грандиозные планы сотрудничества в освоении космического пространства. О каких мероприятиях здесь мы, возможно, еще не знаем?

На встречах с президентом Путиным мы регулярно обсуждаем вопросы совместного использования комплекса Байконур. Принципиальных проблем, нерешаемых вопросов в этой сфере нет.

Есть договоренность об участии Казахстана в космических проектах. К примеру, благодаря помощи России развивается наша спутниковая программа, планируется участие казахстанских космонавтов в космических полетах на МКС.

Есть понимание, что космическая деятельность на Байконуре должна развиваться с обязательным учетом экологических интересов Казахстана. С этой целью были проведены совместные работы по оценке влияния космодрома на окружающую среду и здоровье населения.

Есть договоренности о создании нового ракетно-космического комплекса «Байтерек», в котором Казахстан является полноправным участником. Мы бы хотели ускорить работу по данному проекту.

Новым направлением взаимодействия Казахстана и России в аэрокосмической сфере можно назвать сотрудничество в области использования глобальной навигационной спутниковой системы - ГЛОНАСС.

Есть ли проблемы и противоречия между РФ и РК в сфере использования Байконура, в экологических вопросах космических программ?

Что касается проблем социально-правового характера, с которыми на Байконуре сталкивается наше население, то они проистекают из-за пробелов в договорной базе. В мае этого года в ходе визита Владимира Путина в Астану мы договорились, что все эти вопросы будут решены в рамках межгосударственной программы действий на 2007-2008 годы.

В последнее время вы ставите перед страной довольно амбициозные задачи: Казахстан должен войти в число 50 наиболее успешно развивающихся стран мира; Алма-Ата - стать крупнейшим азиатским финансово-деловым центром, а Астана - одной из лучших столиц мира. Известно также ваше намерение сделать страну председателем ОБСЕ. Некоторые считают, что эти большие проекты продиктованы характерным казахским честолюбием. Насколько необходимы стране такие планки? Не лучше ли сосредоточиться на какой-то одной задаче?

Убежден, что каждая уважающая себя страна всегда должна ставить перед собой максимально высокие планки развития. Это закон жизни, и если ему не следовать, любая нация рискует остаться в аутсайдерах. Речь идет о здоровых амбициях, которые должны быть не только у человека, но и у народа или государства.

Чтобы расти, нужно тянуться ввысь. И по большому счету сегодня поднимать планку требований нужно всем государствам СНГ. Мы потеряли слишком много времени, преодолевая системный кризис, последствия разрыва экономических связей, переводя наши экономики и социумы в новые системы координат.

Мир в это время не стоял на месте и стремительно развивался. Теперь приходится сильно стараться, чтобы сократить отставание и вписаться в мировую систему товарообмена и разделения труда, найти свою нишу на этом уже поделенном и жестко конкурентном рынке. При том, что никто там нас не ждет и просто так своего места не уступит.

Это на самом деле очень сложная и многоплановая задача. Я могу многое добавить к тому, что вы перечислили. Все это является отдельными составляющими, различными гранями единой цели, которую мы перед собой поставили, - всесторонней модернизации экономики и общества.

И мы последовательно достигаем ее. Посмотрите на нашу столицу Астану. Сколько было скептиков и насмешников, а сегодня это крупный, стремительно растущий город с великолепной архитектурой и высокими стандартами жизни.

Создание в Алма-Ате регионального центра финансовой и деловой активности - это тоже сверхзадача. Но если существуют даже небольшие шансы добиться этой цели, мы приложим максимум усилий, потому что в результате нас ждет такой приз, который обеспечит и подстегнет наше развитие на целые десятилетия вперед. Он повлечет форсированное развитие нашей финансовой системы и особенно фондового рынка. Если нам удастся повторить опыт Дубая, привлечь крупнейшие банки, биржи, страховые компании, то Алма-Ата будет влиять на экономическое развитие стран Центральной Азии, а также на сопредельные регионы России и Китая.

То же самое в отношении председательства в ОБСЕ. Это для нас не самоцель, а именно та высокая планка, стремясь к которой, мы добиваемся решительного прогресса в сфере демократизации страны. Как вы знаете, недавние изменения в Конституции Казахстана наглядно подтвердили нашу приверженность к демократическим ценностям в политике.

Ваши конституционные реформы в политической сфере наблюдатели расценили как сенсационные. Чем вызвана необходимость в таком либеральном повороте, ведь казахстанский путь и так оценивается как вполне успешный?

Сенсационными они показались для вас. В Казахстане же они длительное время и всесторонне обсуждались на разных площадках с участием всех политических сил страны. Хотя, признаюсь, по некоторым позициям мы пошли дальше, чем предлагали наши политики.

Политический ландшафт формируется под влиянием экономического климата. Уровень политической либерализации должен соответствовать степени экономических свобод. Это открытие шлюзов для формирования гражданского, то есть самоорганизующегося общества. Общества устойчивого и стабильного, способного через политические и общественные институты защищать собственные интересы.

Когда я представлял поправки в Конституцию в парламенте, я привел такое наблюдение, отмеченное учеными. В странах, имеющих меньше 3 тыс. долларов ВВП на душу населения, демократическое развитие, как правило, быстро иссякало и сворачивалось. Напротив, там, где ВВП более 6 тыс. долларов на человека, у демократии появлялась возможность вызреть и укрепиться.

Я привожу этот пример для того, чтобы подтвердить правомерность избранного нами приоритета: сначала экономика, потом политика. Модель сильной президентской республики помогла нам с наименьшими потерями пройти сквозь хаос и испытания. Конечно, параллельно мы создавали демократические институты, формировали новую политическую культуру, одним словом, закладывали крепкий фундамент демократической политической системы, дееспособного баланса ветвей власти.

Это позволяет нам перейти к следующей фазе политических реформ - к президентско-парламентской государственной модели. Очень серьезные трансформации произойдут с политической ролью палат парламента. Мажилис (парламент. - Ред.), целиком формируемый по пропорциональной системе, станет средоточием политической жизни и будет исполнять первую скрипку при формировании правительства. Сенат приобретает черты стабилизирующего контура представительной власти, стоящего на страже базовых ценностей государства. Мы решили одновременно две задачи: существенно либерализовали нашу политическую систему и повысили устойчивость государственной конструкции.

Конституционная реформа не случайность, эти перемены готовились всем ходом нашей новейшей истории.

Однако сенсация все-таки была. Мы имеем в виду снятие с вас как с первого президента ограничения, запрещающего баллотироваться на высший государственный пост более двух раз.

Это предложение внесено депутатами парламента и предоставляет лишь право баллотироваться на выборах наравне с другими. Изберет народ или нет - это, как говорится, вопрос электоральный. За это проголосовали 90% парламентариев, поэтому не было смысла накладывать вето.

Интересны доводы, которые приводили депутаты. Говорили о том, что во Франции вообще не существует такого ограничения. Что лидеры европейских парламентских демократий в лице премьер-министров избираются до тех пор, пока сохраняют популярность. В США такой запрет введен во времена Рузвельта, но с оговоркой, что он не распространяется на действующего президента.

Но главный довод состоял в том, что парламент явился выразителем воли народа, его великого стремления к стабильности и развитию. Надо считать, что это тоже особенность казахстанского пути развития.

В общем-то, что гадать? Поживем - увидим. Самое главное, Казахстан сделал еще один серьезный шаг в своем демократическом развитии. И этого никто не сможет отрицать.

В ваших последних посланиях народу очень много тезисов, схожих с тезисами посланий российского президента. В частности, в числе первоочередных задач и вы, и Владимир Путин отмечаете демографическую программу, инновации в научной области, долгосрочную стратегию строительства жилья и т.д. Исходя из этого, не считаете ли вы, что Астана и Москва развиваются синхронно и странам необходимо более тесно сотрудничать?

Совершенно справедливо отмечаете некоторую синхронность нашего развития. Действительно, по сравнению с другими государствами СНГ Россия и Казахстан наиболее близки друг другу по характеру, качеству и темпам проводимых преобразований.

Перед Казахстаном и Россией стоят во многом схожие задачи. И при этом у наших государств сегодня есть возможности, чтобы обратить внимание на развитие социальных стандартов, качества человеческих ресурсов.

Это упомянутые вопросы демографии, здравоохранения, образования, культуры. Обе страны поставили целью развить свой образовательный и научно-технический потенциал, перейти к инновационной модели экономики. И в Казахстане, и в России реализуются программы массового жилищного строительства.

Причина, разумеется, не только в схожести условий. Это также результат наших сознательных усилий, в том числе на уровне двух президентов. С Владимиром Путиным мы встречаемся часто и всегда обмениваемся своими планами, даем друг другу советы. В итоге мы получаем дополнительный мультипликативный эффект от совпадения наших усилий.

В то же время есть различия в экономических стратегиях Казахстана и России. У нас не осталось незамеченным, что вы консолидируете государственные ресурсы - и производственные активы, и финансовые - для осуществления инвестиционных, инфраструктурных проектов. Насколько эффективен данный подход? Как можно в двух словах раскрыть суть вашего нового экономического проекта «30 корпоративных лидеров»?

Его нельзя назвать совершенно новым проектом. Это продолжение программы индустриализации страны, чтобы избежать зависимости от нефтегазовых и других минеральных ресурсов, создать целый массив конкурентоспособных производств.

В общих чертах речь идет о подключении казахстанского бизнеса к осуществлению «прорывных» проектов в важнейших отраслях экономики. В апреле я поставил перед правительством задачу более эффективного взаимодействия с отечественными бизнес-структурами. Казахстанский бизнес вырос и готов инвестировать крупные капиталовложения. Именно национальному бизнесу мы отдаем приоритет в будущем.

Этот пакет уже включает примерно 200 проектов на сумму 100 млрд долларов. Правительство отберет самые востребованные для экономики и определит меры государственной поддержки. Главное здесь - политическая поддержка государства. Мы хотим, чтобы круг косвенных участников этой программы был как можно более широк за счет участия среднего и малого бизнеса.

Перспективными сферами для развития государственночастного партнерства должны стать электроэнергетика, транспортная инфраструктура, переработка сырья, нефтехимия, создание новых свободных экономических зон, сельскохозяйственное производство, строительство, фармацевтическая промышленность, новые технологии, туризм.

Материалы предоставлены
агентством WPS.

Автор Комментарий
Аноним (не проверено)
Аватар пользователя Аноним.

Болтун с наполеоновскими амбициями.