Конфликт религиозного и светского образования на юге Киргизии — проблема, созданная искусственно

Абдумомун Мамараимов (Джалалабад)
Фергана.Ру, 21.05.2007

Подходит к концу очередной учебный год, и совсем скоро родители, уставшие от школьных проблем своих чад, облегченно вздохнут: в школах начнутся каникулы. Правда, перед мамами и папами выпускников встает новая задача - поступление в вуз, но их уже не будет касаться «религиозный» вопрос, из-за которого в общеобразовательных учебных заведениях юга Киргизии сегодня разгораются нешуточные страсти. Чиновники министерства образования обвиняют родителей и директоров некоторых школ в «исламизации» процесса образования, а родители заявляют, что чиновники покушаются на свободу вероисповедания их детей.

Внешне проблема заключается лишь в запрете на ношение платков школьницам, желающим, по словам их родителей, следовать требованиям шариата, согласно которым девочки, начиная с девяти лет, должны прятать от чужих глаз волосы и шею. Руководство Управления образования города Джалалабада считает ношение платков нарушением требований о единой школьной форме. Родители, в свою очередь, заявляют, что ношение платков не запрещено никакими законами. Но, как оказалось, платки - не единственная проблема, которая волнует родителей и чиновников. Последние обеспокоены и тем, что многие дети сегодня больше увлекаются уроками религии в мечетях и худжрах (помещения для учебы в мечетях. - Ред.), предпочитая их школьным занятиям. Кроме того, они уходят на пятничные молитвы, сбегая при этом с уроков.

Платки с национальным оттенком

Когда в Джалалабаде обсуждаются вопросы ношения платков и религиозного образования в целом, неизменно упоминается имя Шарипы Джоробаевой, инспектора по защите прав несовершеннолетних городского управления образования. По мнению родителей и директоров школ с узбекским языком обучения, именно она поднимает эту проблему, регулярно нанося визиты в эти школы и лично заставляя девочек снимать платки. В результате некоторые родители отказываются отпускать в школу своих дочерей.

По мнению Ш.Джоробаевой, религия отрицательно влияет на учебный процесс, и эта проблема актуальна только для школ с узбекским языком обучения. «Из двадцати двух школ города только в трех школах с узбекским языком обучения существует эта проблема, - утверждает инспектор в беседе с корреспондентом ИА «Фергана.Ру». - Родители примкнули к [религиозным] экстремистским организациям и не пускают своих детей в школы. Они ставят ультиматум, что без платков не отведут своих дочерей в школу. Но у нас для всех единые требования. Мы не разрешаем [школьницам] ходить в платках». По ее словам, раньше в городе была одна мечеть, сегодня их уже семьдесят шесть, а общеобразовательных школ - всего двадцать две, и в них из-за нехватки помещений учатся по сорок-пятьдесят детей в одном классе. «Откуда мы знаем, что дети в мечетях учат «хороший» ислам? - задается вопросом инспектор. - Мечети растут как грибы после дождя, может быть, там готовят экстремистов против общества, кто знает...»

По мнению Ш.Джоробаевой, в школах с русским и киргизским языками обучения родители иначе относятся к учебному процессу, и проблем, связанных с ношением платков или пятничными посещениями мечетей вместо школ, нет. Как считает наша собеседница, это отличие проявляется и в том, что, когда родители, уезжая на заработки в Россию, увозят с собой детей, они предоставляют школе справку об ответственности и получают личные дела своих чад. «В узбекских школах этого нет, - утверждает инспектор. - Детей как будто забирают прямо с улицы, они уезжают, и мы не знаем, где их потом искать».

Говоря о мальчиках, которые школам предпочитают мечеть, Ш.Джоробаева, ссылаясь на результаты проверок, говорит, что «именно узбекские дети не ходят в школу». Между тем, по словам родителей и учителей, большинство детей, забросивших школьные занятия, больше времени проводят в залах компьютерных игр, а не в мечетях. Однако Ш.Джоробаева уверяет, что «за компьютерными столами нет детей узбекской национальности», хотя при этом она и не может сказать, каково примерное соотношение детей, убегающих из школы в компьютерные игровые залы и в мечети.

Позицию Ш.Джоробаевой поддерживает и руководство городского управления образования. Начальник управления Д.Алимжанова приказом № 91 от 17 января 2007 года обязала директоров школ в месячный срок внести в школьные уставы изменения, запрещающие носить головные уборы, в первую очередь - платки, даже учителям. Выступая в прошлом году на «круглом столе», посвященном этой проблеме, Ш.Джоробаева заявила, что «все прогрессивное человечество поддерживает наш приказ № 91, даже считает его немного запоздалым». Однако введение приказа вызвало бурю протеста не только у родителей, но и у взрослых женщин-учителей, так как отсутствие платков на головах для них означает позор, даже по традиционным обычаям, не говоря уже о религиозных убеждениях. Не поддерживает эту инициативу и руководство областного управления образования.

«Приказ начальника горУО неправомерен, - говорит Чырмаш Дооронов, начальник Джалалабадского областного управления образования. - Все должно решаться на основании закона, то есть - согласно уставу школ. Если в школьном уставе это правило предусмотрено, тогда можно требовать это [снять платки], в противном случае мы накажем директоров». Отмечая, что школьные уставы принимаются на общем собрании педагогического коллектива, родительского комитета и с участием самих учащихся, Ч.Дооронов уточняет, что он лишь распорядился обсудить этот вопрос в школах, но не настаивал на запрете ношения платков. «Мы можем только рекомендовать, а решать будут сами родители и педагоги. Даже министр не имеет права приказывать им», - подчеркнул начальник облУО.

Однако вопрос так и остается открытым - почему-то ни одна администрация из указанных Ш.Джоробаевой школ не внесла соответствующие изменения в свои уставы, а инспектор горУО продолжает требовать от школьниц снимать платки на территории учебных заведений. Высказывания Ш.Джоробаевой об «исключительности школ с узбекским языком обучения» начальник облУО Ч.Дооронов прокомментировал жестко: «У детей нет национальности. Для нас и лично для меня все дети, так же как и школы с разными языками обучения одинаковы. Шарипа Джоробаева поступает неправильно».

Между тем, наша поездка в Иссык-Кульскую область на север Киргизии наглядно показала, что любовь к Всевышнему, как и к простому смертному, не выбирает национальности. Школа имени Героя Советского Союза А.Туменбаева, расположенная прямо на трассе, соединяющей столицу страны с центром Иссык-Кульской области, единственная и находится в небольшом селе Чоктал. Напротив школы - мечеть. Хотя директор и завуч школы уверяли нас, что у них нет «религиозных проблем, характерных для юга страны», но недолгое общение с их учениками вне школьных стен показало обратное. Правда, платков в этой школе почти не носят. Однако еженедельно призыву на пятничную молитву следуют более десяти детей, оставляя уроки и спеша в мечеть.

Акмат уулу Аманат учится в четвертом классе. Говорит, что уже год совершает пятикратный намаз, исправно ходит в мечеть на пятничную молитву, из-за чего опаздывает на уроки. Кроме него в мечети молятся еще десять-пятнадцать ребят. Остальные намазы не мешают школьным занятиям. «На уроки опаздываю, - признается Аманат. - Учителя ругают, но ничего - стараюсь не отстать от одноклассников». Когда вырастет, Аманат будет продолжать совершать намаз, но в муллы не пойдет - мечтает стать милиционером и ловить преступников. «Если бы все совершали намаз, то преступников не было бы», - по-взрослому рассуждает он.

Симпатичную девочку с умными глазами и в спортивной кепке зовут Малика, она учится в третьем классе. Малика также совершает намаз и читает религиозную литературу, которую в сельской мечети свободно раздают всем желающим. Малика - отличница. «Мне самой интересно [совершать намаз], и дедушка говорит, что это хорошо», - говорит она со сверкающими глазами. При возможности получить высшее религиозное образование Малика не прочь связать свое будущее с религией, но больше мечтает стать школьной учительницей.

По словам Абдулхамида Усубакунова, имама сельской мечети, ее служители объясняют детям, что им в первую очередь следует получить школьное образование, и время совершения намазов не должно мешать учебе в школе. На эту тему они проводят и совместную с учителями школ работу. «Но тем не менее, по пятницам в мечеть приходят около десяти-пятнадцати юношей и подростков, - говорит имам. - Многие приходят после уроков, но есть и такие, которые пропускают школьные занятия. Мы не можем выгонять их из мечети».

По мнению А.Усубакунова, в последние годы на севере страны ислам развивается все шире и динамичнее. Причиной тому - местное миссионерское движение, которое началось в этих краях лет 10-15 назад. «У вас, конечно, ислам распространен намного шире, - говорит он, имея в виду, что мы, корреспонденты, прибыли из южного региона страны. - Но на севере темпы развития намного выше, чем на юге».

Каждый судит исходя из уровня своей религиозности?

Изучая этот вопрос, можно сделать вывод, что к проблеме ношения платков и вопросам образования в целом каждый член общества независимо от социального статуса подходит исходя из своего отношения к религии. Мнение Ш.Джоробаевой об «излишней религиозности» этнических узбеков подтверждают, причем с определенной гордостью, и сами родители - представители узбекской национальности. Для многих из них законы Божьи, то есть - Коран и шариат выше несовершенных законов, созданных людьми. Так, по мнению одного из молодых родителей Исмоилжона Атабаева, «страна до сих пор не может прийти к согласию, следуя конституционным законам страны, потому что ее [конституцию] создают и меняют люди». С ним согласны многие из родителей, с которыми мы общались. «Человек не может создать правильную конституцию, ведь Аллах дал нам ее уже совершенную - Коран, - говорит Атабаев. - Но даже если у нас демократия, и мы живем по светской конституции, то почему нарушаются законные права наших детей? В конституции написано, что граждане имеют право на образование и свободу вероисповедания, а ношение платков считается одним из символов нашей религии». Атабаев уверен, что светское и религиозное образование детей должны идти параллельно. «Пусть ребенок одновременно познает Бога и сколько будет дважды два. Кто выбирает только религиозное образование, тот ошибается», - говорит молодой папа.

Молодой специалист областного управления образования по делам молодежи Мураталы Учкемпиров - верующий человек. Он считает, что «если игнорировать религию сегодня, то завтра это «ударит» по нашим детям, которые могут податься в различные секты и религиозные экстремистские организации». По мнению Учкемпирова, школьнику надо дать возможность совершать пятничные намазы, но так, чтобы он потом отработал пропущенные уроки. Что касается религиозности этнических узбеков, М.Учкемпиров считает, что они «более близки к религии, [так как у них] дома больше говорят о ней». Однако, со временем «вопрос будет назревать и в школах с киргизским языком обучения, в столице страны уже есть примеры». И хотя, по его мнению, «если намерения человека чисты, то внешность второстепенна», тем не менее, «можно было бы включить в школьный устав ношение платков как дополнительный элемент школьной формы».

Директор специальной школы № 8 Джалалабада Азиз Мусахунов - один из редких атеистов, оставшихся в регионе, на фоне массового обращения населения к религии. Он выступает против введения в школьный процесс религиозных элементов и символов, в том числе - платков, но не отрицает положительного влияния религиозного воспитания. А.Мусахунов также против методов, которые используют чиновники. Например, поведение Ш.Джоробаевой он расценивает как проявление национализма в отношении этнических узбеков. Религиозность узбекской части населения директор объясняет по-марксистки: «Когда человеку плохо, он подается в религию». «Работы нет, суды продажные, государство не защищает его, остается только Бог», - говорит он. «Чтобы вернуть детей в школу, нужно повысить ответственность родителей, приняв соответствующий закон, - продолжает А.Мусахунов. - За то, почему ребенок на базаре гуляет, сегодня требуют ответа с учителей, а не их [детей] родителей».

Причину отсутствия интереса детей и родителей к школе директор другой городской школы Иномжон Ибрагимов видит в том, что в годы независимости государство «забросило образование», и сегодня в городе больше мечетей, чем школ. «Ныне родители считают, что их детям достаточно хорошего воспитания, которое им дает религия, - говорит директор школы. - Они больше верят имамам, считают, что дети, посещая мечеть, становятся очень воспитанными, они не воруют, не курят. Как будто в школе учат этому». И.Ибрагимов не согласен с тем, что религия «уводит детей из школ». «Основная масса детей - на улице, - говорит он. - Дети богатых играют в компьютерные игры, а бедные зарабатывают себе на хлеб». Большинство родителей уезжает в Россию и Казахстан с детьми. И если несколько лет назад в этой школе учились 1300 учащихся, теперь их осталось 900. «Сегодня даже дождь может стать причиной отсутствия ребенка на уроках».

Садырбека Качкынбаева, советника по делам религии губернатора Джалалабадской области, мы застали в одной из школ города, где он читал лекцию старшеклассникам. По его мнению, конфликт между родителями и чиновниками возникает из-за отсутствия разъяснительной работы по вопросам религии как среди родителей, так и учителей. Кроме этого, многие чиновники мало сведущи в вопросах религии, поэтому и «раздувают проблему, навязывая свои амбиции обществу». «Только слово «религия» вызывает у многих чиновников определенные опасения, - говорит советник по делам религии. - Некоторые чиновники говорят мне: «Вот, мол, твои молдо (Мулла, религиозные служители (кирг.). - Авт.) и создают проблему». Это и есть их отношение к вопросу. Эти чиновники не знают, что такое ислам, христианство, буддизм. Поэтому не могут адекватно реагировать на события».

Проблема раздутая и искусственная

Проблема, связанная с ношением девочками платков в школах и «хождением» мальчиков в мечети вместо уроков, абсурдна, вернее - высосанная из пальца. Этот другой вывод, который упрямо напрашивается после общения с десятками компетентных людей по этому вопросу.

Декана факультета шариата Университета дружбы народов Джалалабада Кудратиллу Мехмонкулова родители учили математике с четырех лет, а шариату - с пяти. Но даже в то «безбожное» советское время у школы не было претензий к нему, «ибо учился хорошо и был активистом». Высшее религиозное образование получил в арабских странах. Он удивляется, что в стране, где «проживает восемьдесят пять процентов мусульман, возникают такие проблемы». По его мнению, в такой стране «власти исходными действиями должны учитывать нужды и потребности населения». «В наших школах очень слабо учат, - сетует К.Мехмонкулов. - Некоторые выпускники школ не знают, где расположена Киргизия, могут сказать, что в Африке. Вот на этот бы факт обратили внимание». К.Мехмонкулов считает, что в первую очередь молодые граждане страны должны закончить как минимум девять классов и получить хорошее образование. «Человек возмущается не потому, что он - враг ислама, - говорит теолог о чиновниках, которые стараются вернуть детей из мечетей в школу. - Это мы воспринимаем их действия как атаку на религию. А какой толк от верующего, который не знает элементарных знаний о земном шаре?!»

С тем, что проблема создается искусственно, согласен и ректор Джалалабадского государственного университета Абдумаматкадыр Аширалиев, совершивший в этом году паломничество в Мекку. «В чем виновата одежда? - рассуждает он в беседе с нами. - Не надо обращать внимание на это и не будет проблемы. Другое дело, если школьным уставом это запрещено».

Начальник областного управления образования Ч.Дооронов считает, что постоянно муссировать эту проблему нельзя, иначе она незаслуженно окажется в центре внимания общества: «Обычно мы раздуваем проблему, в том числе с привлечением СМИ. Надо просто работать совместно, и все решится. А то мы привыкли обсуждать местные проблемы на мировом уровне».

Между тем, этот вопрос волнует и правозащитников, к которым родители обратились за помощью. По мнению Абдумалика Шарипова, пресс-секретаря правозащитной организации «Справедливость», вот уже несколько лет «при проведении различных акций против терроризма и перед началом учебного года наблюдается всплеск эмоций по этому вопросу». «Власти грубо вмешиваются в проблему, - сказал правозащитник. - Но это деликатный вопрос, и при решении нельзя рубить с плеча. Из-за обоюдного непонимания искусственно создается конфликт». Причем обе стороны имеют свои аргументы, отмечает А.Шарипов: одна выкладывает Коран, другая - закон. «Но для верующего человека законы Божьи стоят выше. В Узбекистане известный богослов Абдулазиз Мансур дал фетву, чтобы школьники могли не ходить на пятничную молитву, сказав, что за этот грех он ответит лично. Пусть у нас дадут такую же фетву или пусть официально разрешат ходить на пятничную молитву», - предлагает А.Шарипов. (Фетва - юридическое заключение (обычно в форме вопроса и ответа) высшего религиозного авторитета (муфтия, шейх-уль-ислама) о соответствии того или иного действия или явления Корану и шариату. - Ред.)

По мнению председателя «Справедливости» Валентины Гриценко, проблему можно решить, «не притягивая ее за уши. Просто надо, чтобы ребенок понял, что намаз не освобождает его от уроков. Проблема раздувается искусственно, особенно в свете пресловутой борьбы с терроризмом, - считает В.Гриценко. - Чуть ли не ставят знак равенства между террористом и верующим человеком».

Сторонники осторожного подхода к этой неоднозначной теме едины во мнении, что если не принять своевременные и обдуманные решения сейчас, то последствия проблемы, созданной искусственно, могут вполне и естественным образом оказаться непредсказуемыми.

Лучше объединить, чем противопоставлять?

Нельзя противопоставлять два направления образования, - считает А. Аширалиев. По его мнению, во всех образовательных учреждениях страны воспитательный процесс должен идти как отдельное направление, для чего следует создавать штаты воспитателей. При этом в светском образовании можно использовать и западную методологию, а в воспитании - нет. «Мы - восточные люди и молодежь надо воспитывать по-восточному. Не надо бояться использовать ценности ислама, - говорит ректор университета. - Для создания новых стандартов, необходимо объединить религиозных ученых и светских специалистов, которые должны разработать единую систему воспитания».

Точке зрения А.Аширалиева созвучна и позиция декана факультета шариата Кудратилло Мехмонкулова, который считает, что «надо соединить религию и государство». «При разделении религии и государства имамы работают, как хотят - некому их контролировать, - приводит свои аргументы К.Мехмонкулов. - Пусть государство не будет религиозным, но ввести государственный учет и контроль над религиозной сферой - мечетями, степенью образования имамов и других служащих - нужно обязательно». По данным декана, в стране достаточно кадров, закончивших самые престижные вузы в арабских странах, «но они не востребованы, из-за чего в управление религиозной сферой приходят случайные люди». Он также посетовал, что религиозные лидеры страны не заинтересованы в компетентных кадрах, многие выпускники его факультета безработные или заняты в других сферах, хотя могли бы организовать учебу в различных учебных заведениях или стать хорошими имамами.

Совсем иного мнения по этому вопросу придерживается начальник Джалалабадского областного управления образования Ч.Дооронов. Он считает, что вводить религиозный компонент в школьный образовательный процесс не следует, хотя бы до девятого класса. «После девятого класса можно дать общее понятие о религиях вообще, - говорит он. - И мы не должны говорить, какая религия лучше, какая хуже. Какую религию выберет человек, это уже его право». Ч.Дооронов также сообщил, что для решения проблемы вовлечения детей в учебный процесс в Джалалабаде и пригороде открыто две заочные школы, где учатся в общей сложности более трехсот юных граждан, по различным причинам выпавших из школьного процесса. Открытие таких же школ планируется в других городах и районных центрах. «Для этого новые здания не нужны, искать учителей тоже не надо, - продолжает Ч.Дооронов. - Наши учителя могут дополнительно зарабатывать после уроков в обычной школе. Самое главное, что это удобно детям, которые по различным причинам не могут посещать обычные школы».

К вопросу объединения светского и религиозного образования в обществе относятся по-разному. И чем ближе человек к школе, тем отрицательнее звучит ответ. Например, директор первой школы-гимназии Джалалабада Лилия Лебедева считает религию сугубо интимной вещью и «никто не должен вторгаться в эту жизнь человека, а ребенку нельзя навязывать религиозное воззрение». «Школа должна готовить образованных и интеллектуальных людей, готовых к жизни, - говорит она. - С другой стороны, зачем лишать детей их детства?» Большинство директоров и учителей также едины во мнении, что с внедрением религиозного компонента в школьный процесс «торопиться нельзя».

Проблемой образования детей обеспокоены и представители гражданского общества. Несколько месяцев назад Общество узбеков Джалалабада официально обратилось к имамам мечетей и руководителям мусульманского духовенства с просьбой оказать содействие в ее решении. К этому обращению служители религии отнеслись с пониманием - теперь во время лекций и наставлений в мечетях области имамы напоминают прихожанам о необходимости дать детям школьное образование и нести ответственность за их обучение в школах. Сотрудники областного казыята (духовного управления мусульман. - Авт.) читают в школах лекции, на которых рассказывают школьникам об исламе, о различных течениях, искажающих религию и приводящих к конфронтации в обществе. Как утверждают сотрудники казыята, необходимость получения достойного светского образования - в числе основных тем этих лекций.

Материалы предоставлены
агентством WPS.