Синдром жесткой руки

Алексей Макаркин
Независимая газета, 22.01.2007, с. 15

Независимо от политических реформ в странах СНГ президент продолжает оставаться главной фигурой

Исторически сложилось так, что на постсоветском пространстве доминируют президентские республики. Это связано с бытовавшим ранее убеждением, что в переходный период становления независимости необходима сильная эффективная власть. Если проводить сравнение с Центральной и Восточной Европой, то здесь мы видим слабость законодательной власти стран СНГ. Дело в том, что государства Центральной и Восточной Европы изначально были ориентированы на европейскую интеграцию (в ЕС, НАТО). Поэтому они в значительной степени ориентировались на те модели, которые предусматривают или парламентскую республику, или ее европейский аналог: монархии а-ля Бельгия, Голландия или Испания, по сути дела очень близкие к парламентским республикам; или президентско-парламентскую республику (пример - Франция) с очень сильной ролью парламента. Реальная власть здесь принадлежит той коалиции, которая образована по итогам парламентских выборов. Президент в этой ситуации вынужден сосуществовать с правительством, сформированным его политическими оппонентами. В СНГ такая европейская ориентация отсутствовала. Поэтому постсоветские страны занимались организацией своего государственного устройства, не оглядываясь на Европу.

Центральная Азия

Все центрально-азиатские страны являются президентскими республиками с сильными президентами. Определенное знаковое исключение, подтверждающее правило, составляет Киргизия, где за короткий срок страна поменяла четыре варианта Конституции. В соответствии с только что принятой Конституцией вновь расширены функции президента. Однако не исключено, что это не конечный вариант. Необходимо посмотреть, насколько власть Бакиева будет устойчива. Изначально Киргизия являлась президентской республикой, хотя и в довольно мягком варианте. Однако эта мягкость была связана не с Конституцией, а с фигурой президента Акаева, авторитаризм которого носил очень умеренный характер в связи с персональными качествами этого человека. Но он был свергнут фрондой клана киргизского юга, поддержанной некоторыми северными кланами. В результате к власти пришла очень противоречивая разношерстная коалиция, которая так и не смогла выдвинуть безусловного руководителя, сильную фигуру, которая смогла бы сохранить президентскую республику. Курманбека Бакиева вряд ли можно считать авторитарным лидером, хотя амбиции у него имеются. Не исключено, что на каком-то этапе страну возглавит сильная фигура, и ситуация снова вернется на круги свои. В свое время Акаева погубило то, что он так и не смог выработать механизм преемничества. Ту модель, которая бы устроила и его, и элиты и позволила бы сохранить у власти акаевский клан в том или ином формате.

Похоже, что президент Казахстана Нурсултан Назарбаев всерьез задумывается над вопросами преемственности. И в этом смысле в Казахстане возможен переход к президентско-парламентской республике, при которой президент - преемник Назарбаева - сохранит достаточно серьезные ресурсы через фактор всенародного избрания, то есть его легитимность будет зависеть от граждан Казахстана. При этом усилится роль парламента и правительства, в котором существенные позиции будут иметь сторонники Назарбаева. Таким образом Назарбаев в случае своего ухода с поста президента сохранит серьезное, может быть, даже решающее влияние на ситуацию в стране.

Таджикистан является президентской республикой, но с определенным своеобразием, которое уникально для постсоветского пространства. Дело в том, что эта страна прошла через гражданскую войну. И завершила эту войну компромиссом между властью, носившей светский характер, и исламской оппозицией. Последняя получила свою квоту в органах власти. На протяжении ряда лет во власти присутствовали умеренные исламисты. Но, победив на последних выборах, президент Рахмонов вывел из государственных стурктур представителей оппозиции. Правда, исламская оппозиция сама отказалась участвовать в президентских выборах, одновременно отказавшись и от перехода в радикальную оппозицию.

Узбекистан - ортодоксальная президентская республика, где целиком и полностью доминирует Ислам Каримов. Оппозиция исключена из политической жизни, в том числе силовыми методами. Силовое столкновение власти и оппозиции мы видели в Андижане.

Туркмения является суперпрезидентской республикой. При президенте Сапармурате Ниязове она была близка, скорее, к какой-то средневековой монархии. Это единственная страна в СНГ, где на каком-то этапе просто отказались от подтверждения полномочий своего вождя. Система стала напоминать абсолютную монархию. Но сейчас, похоже, ситуация очень серьезно меняется, потому что там пройдут конкурентные президентские выборы. Конечно, их результат предсказуем. Понятно, что все конкуренты исполняющего обязанности президента подставные и главному кандидату обеспечен успех. Однако показательно, что страна возвращается сразу к практике конкурентных выборов. Это означает, что страна уходит от средневековой монархической системы. Президент, избранный на этих выборах, уже станет авторитарным вождем, а не тоталитарным. Он уже не будет являться отцом всех туркмен.

Закавказье

Все страны Закавказья также являются президентскими республиками. Армения и Азербайджан находятся в крайне конфликтных отношениях друг с другом из-за Нагорного Карабаха. Потому в этих странах существует та форма правления, которая мобилизует общество на противостояние при внешней угрозе. Это актуально для обеих стран. И в Азербайджане, и в Армении к власти приходили демократические президенты, представители национально-ориентированной интеллигенции. Но в Азербайджане такое президентство продлилось очень короткий срок - при Абульфазе Эльчибее. Все завершилось (с приходом к власти Гейдара Алиева) алиевской реставрацией - если вспомнить, что Алиев длительное время возглавлял Азербайджан при советской власти. В Армении Левон Тер-Петросян находился у власти дольше, но ему все равно пришлось уйти. На смену ему пришли те политики, которые выдвинулись в ходе карабахского конфликта.

Президентской республикой является и Грузия. Она прошла разные этапы своей истории. Суперпрезидентской республика была при Звиаде Гамсахурдиа, который установил по сути диктаторский режим, основывавшийся в основном на его харизме. Потому, когда харизма потускнела, он был быстро свергнут. Президентской республика оставалась и при Эдуарде Шеварднадзе. При всех больших полномочиях президента она была слабой из-за объективных реалий, существовавших в этой стране с уходом Абхазии и Южной Осетии, да и из-за слабости самого Шеварднадзе. После прихода к власти Михаила Саакашвили в Грузии возникла классическая президентская республика, основанная на харизме Саакашвили, которая оказалась устойчивее харизмы Гамсахурдии, ко всему она подкреплялась пониманием грузинским обществом того, что в случае развития внутренних конфликтов страна может утратить свою государственность.

Запад СНГ

Еще одной президентской республикой является Белоруссия. Здесь первоначально пытались реализовать модель президентско-парламентской республики. В Белоруссии изначально отсутствовало президентство. Функции руководителя страны выполнял руководитель парламента. В 1994 году удалось реализовать президентско-парламентскую республику - избираемый президент при сильном Верховном Совете. После конфликта между избранным очень амбициозным авторитарным президентом Александром Лукашенко и Верховным Советом, который завершился победой президента, с 1996 года Белоруссия является ортодоксальной президентской республикой авторитарного характера. Роль парламента там сугубо декоративна, правительство целиком зависит от президента. Существует вероятность, что именно в такой форме президентская республика и будет существовать при пребывании у власти Лукашенко. Однако после его ухода вполне возможна эволюция к президентско-парламентской форме правления, потому что существуют сомнения в том, что следующий белорусский президент будет такой же сильной авторитарной фигурой. В ситуации, когда Россия отказывается поддерживать белорусскую экономику в прежних объемах, возможно ослабление режима Лукашенко и очень сомнителен вариант передачи им власти сыну. Скорее, возможен приход к власти ориентированной на Запад оппозиции.

Президентско-парламентской республикой по Конституции является Молдавия. В условиях усиления влияния коммунистов и ослабления в течении 90-х годов центристских политических сил именно центристы (ранее находившиеся у власти) инициировали реформу, которая привела к отмене прямых выборов президента, к избранию президента двумя третями депутатов парламента. Молдавия стала единственной страной в СНГ, где президент избирается парламентом. Таким образом были созданы условия для перехода не к президентско-парламентской, а к парламентско-президентской республике, как в ФРГ или Италии. Но политическая практика стала развиваться иначе. С учетом того, что коммунисты на двух последних выборах получили квалифицированное большинство в парламенте, роль оппозиции очень ограниченна. И Владимир Воронин, который оба раза этим квалифицированным большинством без всяких проблем был избран президентом, сохранил там президентско-парламентскую республику с сильной ролью президента. Однако сильная роль президента обусловлена существующей расстановкой политических сил, очень серьезным влиянием коммунистов, их доминированием в парламенте. Конституция оставляет возможность для реальной парламентско-президентской республики со слабым президентом. Все зависит от будущей расстановки сил в парламенте. Следует учитывать и тот молдавский парадокс, что у власти в Молдавии находятся коммунисты, которые ориентированы на Запад и хотят на каком-то этапе интегрироваться в Европу. Это уменьшает вероятность авторитарного сценария развития событий. Такой вариант привел бы к серьезному конфликту с оппозицией и был бы крайне негативно воспринят на Западе.

На Украине, которая являлась президентской республикой при Леониде Кучме, переход к президентско-парламентской республике был компромиссом, связанным с признанием элитой результатов оранжевой революции. Но после выборов президент и сформировавшаяся антикризисная коалиция оказались политическими оппонентами. Президентско-парламентским республикам это свойственно. Достаточно вспомнить Францию. Но, в отличие от Франции, на Украине демократические традиции все же слабые. Поэтому вместо прохладного, но все-таки сосуществования президента и премьера, принадлежащих к разным политическим силам, сейчас там реализуется сценарий конфликта, когда президент отвергает законопроекты, разработанные и принятые в Раде, а Верховная Рада преодолевает большинством голосов все вето президента. Однако, с учетом определенных политических реалий Украины (в стране очень сильны традиции компромисса, договоренностей, формирования различных, иногда неожиданных коалиций) скорее всего какого-то острого, угрожающего кровопролитием конфликта здесь не будет. Кроме того, практически вся украинская элита сейчас ориентирована на Запад. Другой вопрос, что имеются группы, которые хотят совершить спринтерский забег и оказаться на Западе уже в самое ближайшее время. И есть группы, которые рассматривают западную интеграцию в более долгосрочной перспективе, при этом они заинтересованы в максимально приличных отношениях с Россией. Поэтому все заинтересованы в том, чтобы разногласия были урегулированы в конституционных рамках, иначе дорога на Запад будет закрыта. Но при этом система договоренностей будет очень сложной и любая сторона может в любой момент ее нарушить.

Виктор Ющенко - ослабленный президент, но в рамках президентско-парламентской республики. Даже после принятия последних законодательных актов Ющенко все равно имеет возможность активно влиять на внешнюю и оборонную политику. Поэтому говорить о переходе Украины к парламентско-президентской республике преждевременно. Для этого необходимо отказаться от всенародных выборов президента.

Алексей Макаркин — заместитель генерального директора Центра политических технологий

Материалы предоставлены
агентством WPS.