Туркменский сценарий: варианты развития

Никита Николаев
Фергана.Ру, 15.01.2007

По мере приближения дня президентских выборов в Туркменистане, назначенных на 11 февраля, экспертами и политическими обозревателями предлагается все большее количество вероятных вариантов развития событий после этой даты

Главным вопросом, стоящим на повестке дня по версии аналитиков, является один: «Что будет с внутренней и внешней политикой Ашхабада?» Во многом, такая постановка проблемы обусловлена противоречивой информацией из Туркменистана и закрытостью ситуации, сложившейся в 20-х числах декабря 2006 г. в высших эшелонах власти страны, а также расстановкой сил на региональном уровне в отдельных областях Туркменистана. В то же время, окончательный сценарий будущих событий, как это ни парадоксально звучит на данный момент, был прописан именно в декабрьские дни минувшего года и заключается он в реализации определенной схемы, «поэтапный» характер которой призван обеспечить по замыслу ее авторов вполне конкретный результат. Суть этого, условно называемого «бизнес-плана», сводится к следующему.

На первом этапе предусматривалось, внеся определенные коррективы в законодательную базу, перераспределить полномочия среди публичных представителей пришедшей к власти группы лиц и предотвратить таким образом концентрацию власти в одних руках, параллельно исключив любую возможность участия в процессе политических фигур из числа «персональной оппозиции», находящихся за пределами страны. Изменения в конституции, проведенные молниеносно при ужесточении контроля над обществом, создали платформу для дальнейшей редакции Основного закона. Помимо превращения Государственного Совета безопасности в легитимный орган, стоящий над исполнительной и законодательной, а частично и судебной властями, была проведена частичная делигитимизация Халк маслахаты (Народного Совета), от которого и зависела по ниязовской идее вся система узаконения власти. Одновременно подводится база для трансформации Халк Маслахаты и Меджлиса (парламента), которые пока оставлены без серьезных изменений, но после 11 февраля 2007 г. им предстоит серьезно сменить свое содержание. Именно на первом этапе, при сохранении за исполняющим обязанности президента Г.Бердымухаммедовым полномочий премьер-министра, уже был подвергнут «редакции» и этот институт, а именно - на данный момент и. о. продолжает выполнять функции главы кабинета, которые имеют также временный характер. Нерешенность как этой проблемы, а также изменения в возрастном цензе кандидатов на пост Халк Маслахаты, определяются нежеланием нынешней отнюдь не единой правящей группировки начинать делить власть до 11 февраля. В этой связи важным становится второй этап сценария.

На смерть несостоявшегося «пророка»

Первый Президент, Первый и Бессменный, Первый и Пожизненный, Отец всех туркмен, Алмазный венец туркменского народа, Великий Сердар. Все эти эпитеты и титулы сопровождали президента Ниязова-Туркменбаши практически с первых дней независимости Туркменистана до его кончины. Но самым желанным было даже не бренное звание Первого и Пожизненного Президента. Он делал все, чтобы казаться Пророком при жизни и остаться им после смерти... (Далее...)

На его протяжении предусматривается предпринять серию шагов. Во-первых, окончательно легитимизировать власть нынешнего и. о. главы государства Г.Бердымухаммедова. Во-вторых, «оптимизировать» структуру кабинета министров, создав пост председателя правительства. В-третьих, реформировать законодательную власть, перейдя к двухпалатному и расширенному по количеству депутатов Меджлиса, временно сохранив Халк Маслахаты с целью «не обидеть» его нынешних членов. Все эти мероприятия, носящие, на первый взгляд, бюрократический характер, в действительности, направлены на создание новой политической реальности и затрагивают проблему персональных связей и групповых интересов.

Вопрос о назначении конкретных лиц на соответствующие посты пока является «предметом консенсуса», т. е. он не обсуждается. В действительности, среди пришедшей к власти группы существует несколько «пожеланий». Так, в частности, пост секретаря Государственного Совета безопасности хотели бы иметь после произошедшей минимизации роли Халк Маслахаты как нынешний его секретарь - министр обороны А. Мамедгельдыев, так и руководитель президентской службы охраны А.Реджепов. Любопытно, что в ряде СМИ, издающихся на русском языке за пределами Туркмении, авторы материалов о ситуации в этой стране уже «назначили» Реджепова на этот пост. Одновременно сейчас проявилось стремление в правящей группе найти кандидата на пост председателя кабмина и есть основания предполагать, что на это место прочится один из «декоративных» кандидатов на пост президента - замминистра нефтегазовой промышленности и минеральных ресурсов Ишанкули Нурыев, хотя пока еще рано говорить об окончательном решении.

Не менее важным, хотя и существенно с облегченными полномочиями, остается пост председателя Халк Маслахаты, а также председателя Меджлиса. Оба они, в случае создания двухпалатного Меджлиса, способны трансформироваться в один, имеющий реальный масштаб полномочий, а временное существование «усеченного» Халк Маcлахаты будет проходить под контролем того, кто станет выполнять «декоративные» функции. Поэтому кандидатура реального председателя парламента уже сейчас будет обговариваться правящей группой с учетом перспективных планов, одним из важных элементов которого не исключаются и «хорошо подготовленные» выборы. Однако для их проведения необходимо время и гарантии «спокойствия».

Третий этап сценария станет для постниязовского Туркменистана не менее важным, чем предыдущие два и, более того, фактически заложит основы экономической системы страны, серьезно повлияв, в конечном счете, на политическую ситуацию в ней. Заявленные в предвыборных выступлениях Г. Бердымухамедова отдельные реформы, в первую очередь экономического плана, в интересах достижения результатов требуют серьезных изменений. Без ликвидации ниязовской системы проведение реформ ни к чему не приведет. На этом этапе предполагается ограничиться паллиативом решений и укрепить позиции правящей группы за счет полумер, не допустив появления внутри страны политических групп, не согласных с нынешним режимом. Использование реформистской риторики призвано успокоить общество, с одной стороны, а, с другой, внешний мир. В определенной степени ставка на конкретных внешнеполитических партнеров уже сейчас зависит от того, как они реагируют на внутриполитическую ситуацию в Туркменистане.

Однако бесконечно долго третий этап сценария длиться не может. В условиях современного «Туркменистана после Ниязова» и с учетом уже начавшихся формироваться экономических группировок, нередко имеющих кланово-племенную основу, создание так называемой состязательной экономики без серьезного наступления на это явление (что довольно трудно и даже опасно для правящей группы) добиться результатов нельзя. Поэтому образование олигархических финансово-промышленных объединений станет реальностью. Их влияние на власть окажется в определенный момент решающим и нынешние руководители Туркменистана, учитывая этот процесс, будут стараться само его «возглавить». Одновременно, по мере укрепления группировок в правящем слое выявятся их противоречия и вполне логичным станет усиленный поиск союзников как внутри страны, так и за рубежом. Все это будет влиять на ситуацию в Туркменистане и поставит на повестку дня вопрос о выборе пути.

Особенности современного туркменского общества, наличие устойчивого интереса к сырьевым богатствам Туркменистана со стороны внешних сил, а также персональные связи и неформальные отношения ряда представителей нынешнего руководства страны с отдельными высокопоставленными чиновниками иностранных государств способны внести коррективы в любые планы. Таким образом, сценарий «перехвата власти», будучи составлен в оперативном отношении и удавшись в начале, стратегически еще не оформлен.

Материалы предоставлены
агентством WPS.