Зозан/Джайляу (из кн "Гокка и курдский велосипед")


 Зозан 

Был год Быка.

Отец разбудил Арбакеша еще затемно со словами: «Гони овец на зозан[1] к апо Садыку. Хито ждет тебя у арыка».

Оборванные и разбросанные  школьниками желтые и красные тюльпаны вяли на школьном дворе.  Меж школьным забором и домом Шурабековых вышли на гору.

В стаде оказалось около ста овец и еще больше ягнят, и предстояло гнать их до Малой Туры.

Кто когда-либо гнал овец, знает, что это не спокойная прогулка, овец надо постоянно направлять, совершая уйму перебежек. Часа через четыре пути руки-ноги Арбакеша стали отказывать, но ему  ужасно стыдно было показать свою усталость ровеснику, хотя Хито, в отличие от Арбакеша, в горах рос, и не стоило на него равняться.

Когда пришло, наконец, время перекусить, в глазах у Арбакеша рябило. Достали чайник, носик которого Гокка аккуратно заткнула местной районной газетой о тружениках села «Алгъабас», и  кусок лепешки  – это был весь провиант, который она успела на ходу собрать. Арбакеш с вожделением смотрел на хлеб и уже приготовился откусить его, как Хито остановил его. Он вытянулся и стал смотреть вперед, туда, откуда приближался всадник - аксакал[2].

Арбакеш вопросительно взглянул на Хито. В ответ тот произнес: «Мы ждем гостя». Арбакеш  очень удивился, ему казалось, сначала надо перекусить: «Хито, у нас ведь так мало хлеба  , давай сначала его съедим, а потом поговорим с аксакалом…» - попытался возразить он. Оказалось, так нельзя, трапезу надо разделить с гостем. Самое удивительное, что аксакал воспринял все очень серьезно.

Хито поприветствовал его: «Саламатсыз ба, Акъсакал, отырыныз, шай ишенiз![3]». Всадник спешился, отломил кусочек хлеба, отпил глоток чая и сказал: « Рахмет сизге![4]». Только после этого кузены приступили к еде.

Полуденный зной стал спадать, когда юные пастухи, наконец, оказались у юрты апо Садыка. Хито, поев, тут же уснул на подушках у дастархана[5], а Арбакеш решил вернуться в этот же день домой, к матери. Сложно сказать, почему он решился на этот опрометчивый шаг; наверное, это была такая эйфория , которая возникает, когда уже  что-то необычное, героическое совершено и хочется достичь еще большего... Дядя отговаривал племянника: «Ты не сможешь дойти, скоро стемнет и шакалы бродят по дорогам». Но тот ответил, что попробует. Тогда апо Садык  посоветовал идти напрямик по скалам, это всего часа три займет, хоть и опасно, да путь зато в несколько раз короче. Так Арбакеш и сделал.

 Солнце висело низко в долине. Надвигались сумерки. Арбакеш на ощупь пробирался меж острыми камнями и, хватаясь за них, скользил и падал, почувствовав дыхание пропасти. В последних лучах зарева весь ободранный, в царапинах и ссадинах он вышел на ровную дорогу и громко произнес: «Слава Богу! Теперь-то со мной  ничего не случится». В этот момент кто-то сзади резко дернул его за ноги. Арбакеш рухнул лицом в пыль, сильно ударился и с криком – Хито! - обернулся. Кто еще, прокравшись тайком по пятам, мог так подшутить над ним?! Но позади него на хорошо просматривавшихся предгорьях никого не было. Абсолютно никого.

 

 

 


[1] Зозан – курдское кочевье, джайляу (казахск.).

[2] Аксакал (казахск.) – «ак» – белый, «сакал» - борода.

[3] Здравствуйте, аксакал! Присаживайтесь, выпейте чая! – пер. с казахск.

[4] Благодарю вас! – пер. с казахск.

[5] Дастархан – тюркская скатерть прямоугольной формы, на которую выставляется еда.

 

Автор Комментарий
Аватар пользователя Назим Надиров.
Сообщений: 57
С нами c 2006-11-16

 кроме моей коллеги  Арбакеша ,кому-то интересно продолжение маршрута курдского велосипеда из Южного Казахстана?