ПЛАЧЬ ДИССИДЕНТА


ПЛАЧЬ ДИССИДЕНТА

 

Сидел старый диссидент в кабаке, глушил водяру, заедал пельменем и горько плакал.

 

 А как же иначе?! Взывал он к рвани кабацкой, к своим корешкам любезным, к брательникам по стакашку.

 

Чему, блин, радоваться? Разве мы за это боролись? За это ли шли на Голгофу, на путь Крестный, на муки смертные?

За этот ли мир мы шли по этапу, в рудники и остроги коммунизма? За него ли в урановых копях чахли? За него ли бросали нас в психушки коммуняги фашистские, втыкали в нас иголки в больнице Кащенко, иглы серные в задницу, инсулиновыми шоками истязали, электрическими шоками терзали нас?

За это ли бытие этой поганой молодижи ложились мы грудью под танки в Праге в 68 году? За их ли «нашу и вашу свободу» выходили нагишом на Красную Площадь под штыки коммунистических людоедов?

А знает ли эта поганая молодежь, которая на Фейс Буке только и верещит о шампани с устрицами, да криветках из Луизианы, да мидиях из Массачусетса, да яхтах в Харватии, да о сноубординге в Швейцарии, да о транс-фестивале в Гоа, да о винном туре Патагонии, да о футболе в Южной Африке, да загаре на Ривьере, да о блядсве, да разврате своем поганом, в гедонизме погрязшая молодежь фигова, знает ли, как мы за эту свободу бодались с дубом?

Как теленок, блин, бодались! Лбом об дуб – шмяк!

И трясся дуб коммунизма! Писал себе в кальсоны пожелтелые! А мы его бульдозерными выставками, да Хроникой Текущих Событий – шмяк! И голоса вещие нам в помощь из за кордона подпевали – борьба груди в груди!

Нас мало было, но нами рацветал жизнь всех! Мы по Рахметовски под бульдозеры с картинами ложились, а потом по этапу, да в ссылку, да в изгнание.

Мы своими пальцами заживо сожженого коммуняжими палачами художника Рухина из пепла выковыривали!

Мы во Владимирской «Белой лебеди» с Володей Буковским шли на допрос. И хрипели «Не отрекусь!» под иглами карательной психиатрии. С Марченко, с Огородниковым шли на погибель. С Ратушинской валялись на цементном полу по карцерам коммунизма.

За них ли мы носорогами уходили в изгнание континентское, в гетто эмигрантское, парижское, ньюйоркское, чтобы вещать «не по лжи» с Максимовым, да с Витей Некрасовым, да с Васей Аксеновым, чтобы восстать из Биарицев птицей-Фениксом, и обличать коммунистических изуверов и привлекать внимание мировой ощественности к нарушениям прав!

И в Израиль мы уезжали, скорбя сердцем, покидали родные русские березы, истекающие слезой сока... уезжали чтобы мутузить арабов дубинками резиновыми, как на Голгофу шли, в Израильское рабство, когда в сердце было одно слово: Россия!

И вот свергнут враг! Свергнуты палачи – пиночеты херовы коммунизма! Попраны, фикалиями и прочими сквернами обмазаны. И поделом!

Но за что боролись?

Это ли тот капитализм за который мы кровь проливали?

Говно это, а не капитализм! Говно полное!

Хер с таким капитализмом! Срать на него!

Это гедонизм, а не капитализм!

Капитализм это когда по правилам все, денежка к денежке складывается, когда копеечка рубль бережет, когда человек радостно работает со светом в глазах, а денежку в банк сдает с радостью тихой, да вклады делает в акции биржевые надежные, да кредит себе улучшает крепкий, поднимает уровень своей кредитоспособности, как учили нас отцы-пилигримы новоанглийские океан пересекшие для этого. Скромность, когда и сдержанность, да первичное накопление капитала честно зарабатанного, и честно отложенного, и на Уол Стрите вложенного в правильное глобальное доброе дело вот тогда это капитализм истый, победа капитала, о коей вещал нам седобородый Маркс. Вот это не говняный капитализм, а правильный, за него мы по гулагам в серых фуфайках мусолились!