*** (Так ежедневная пчела ...)


Так ежедневная пчела

расточает отпущенный ей век:

отпорхав за пыльцой и дожужжав до улья,

чтобы, наконец, уснуть, и хоть на миг

забыться от хорального гула

болтливых соплеменников.

А уснуть - не выходит.

И спасает лишь надежда

на окончательную спячку, приближающуюся

к труженице хоботка и медового зобика

на скорости, равной той, с которой

звенящие крылья носят ее полосатое тело

от одного цветка к другому.

Так и я - печальный пчеловек

свой трачу на черт те что. Слова, слова, слова -

эти леденцы смысла

за небритой щекой вдохновения,

вещающие городу и миру

обо мне и обреченном пчеловечестве,

о том, как мы

с рождения заражены болезнью,

которой нет ни подходящего названия,

ни действенного противоядия.

Но, что бы ни скрывалось

за плотными шторами будущности,

все равно - когда бесчувственная рука времени

раздвинет их, имяреку, глядящему

в пыльное окно истории

будет видно нас, лежащих на земле -

вернее, не нас, а тех,

кто уже навеки свыкся с мыслью

о том, что уходить надлежит поодиночке.

 

И только ульи никогда не опустеют. .