статьи

Спецэффективное искусство

В 1995 году вся планета торжественно отметила столетие кинематографа — искусства, чей триумф, как известно, связан с особым способом репродуцирования реальности, с целлулоидной пленкой…


Сижу я в атипической пневмонии...

Это мы так с друзьями стали глупо шутить о посещении китайских ресторанчиков — приезжай в атипическую пневмонию...


Утро патриарха

Отар Иоселиани, совсем недавно пожаловавший в Москву со своей новой картиной, названной подчеркнуто буднично — «Утро понедельника», представляет собой редкостный тип автора. Судите сами: начав еще в далекие шестидесятые, в Грузии, он до сих пор на плаву. Эмигрировав во Францию, не только не потерял лица, не спился и не сошел с ума на чужбине, но взял судьбу за горло, легко и играючи став частью международного киноистеблишмента.


Главный киношник страны?

Фильм знаменитого казахстанского кинорежиссера Амира Каракулова поставленный в 2002 году «Жылама» (Не плачь!), сегодня участвует сразу в нескольких международных кинофестивалях. В прошлом году фильм получил Приз за лучшую режиссуру и Приз кинокритиков на российском фестивале «Киношок».


Логика запретных удовольствий

Не думаю, что этот человек действительно исключительно интеллектуален и совсем не чувственен. Более чем чувственен, просто интеллектуален еще больше.


Пойдем смотреть кино

«Секретарша», «Куклы», «Вдали от рая», «Человек с поезда», «Необратимость»


Виктор Цой. Легенда о последнем герое

Кто бы мог подумать, что молодой неразговорчивый человек, отчисленный из художественного училища, не имеющий прописки и постоянной работы, не имеющий хорошего жизненного плана, но состоящий на учете в милиции и фигурирующий в досье КГБ, станет Легендой, не меркнущей звездой. Кто бы мог подумать, что человек — побывавший в «психушке», но прочитавший «вагон романтических книг» и умеющий немного — мастерски вырезать нэцке, вдохновенно играть на гитаре и писать песни на вроде как «обыденные темы», сможет стать символом поколения, Последним Героем.


Все суки - вон!

или 13 тезисов о современной культуре с позиций исторического материализма
(философии практики)


Венеция и смерть

По правде говоря, никакой Венеции нет и быть не может. В то время как почти каждый великий город — Париж, Берлин, Москва, Амстердам или Афины — пережил свою драму, уцелев в веках лишь частично, Венеция, словно фантом на воде, продолжает блистать первозданной красотой, будто затаившись, спрятавшись в прозрачных водах лагуны от повсеместного разрушения.


Не плачь, Маша, не плачь!

Девушки тяжелой человеческой судьбы ходят по улицам, заходят в кафе и даже пьют черный тягучий кофе, они выходят на улицы, и я кормлю их из рук состраданием.