Есть ли в Казахстане реальная политика?


В одной книжке доказано, что оказывается есть …

Есть ли вообще политическая жизнь в Казахстане?

Этот вопрос, боюсь, многим не покажется абсурдным. По сути дела о том, что происходило и происходит за «незримой стеной» большинство из нас даже не догадывается.

То есть нам на это наплевать, поскольку — «скажут, что бурундук это птичка — будет птичка», лишь бы не мешали…

Но, возможно, это все только до поры, до времени, боюсь, что выражение — «если вы не занимаетесь политикой, политика займется вами», все еще актуально, на примере России мы все это хорошо сейчас видим, да и на примере политических убийств в Казахстане тоже.

Правда, нас все это в прямую не касается, пока не касается…

Я прочитал книжку, которая только что вышла в Астане, одна из первых ее читательниц сказала:

«У меня ощущение, что я прожила свою жизнь отдельно от страны. Мне стало не по себе: ведь я могла так и не узнать об этом».

Мне не стало не по себе, но я тоже многому был удивлен — оказывается было…

Книжка Валентины Сиврюковой «Жизнь в форс-мажоре» первая в будущем ряду казахстанских политических мемуаров, но мемуар получается очень недавний — последние события отстоят от нас на год-два, и очень актуальный.

В своей книге она касается вещей, о которых у нас до сих пор говорить «не принято» и всех своих героев «положительных» и «отрицательных», большинство из которых ныне здравствуют и по-прежнему занимают крупные посты, именует полностью.

По старой партийной привычке (все-таки Валентина Андреевна 13 лет провела на советской партийной работе) все герои названы по фамилии имени отчеству.

То есть Валентина Сиврюкова «просто» рассказывает о своей жизни, в которую, одновременно с перестройкой вошла не менее «одиозная» личность Леонид Зиновьевич Соломин, ее муж — ну и «закрутилось» у них: Первый коммерческий банк в СССР, Союз предпринимателей, арендаторов и кооператоров, первый независимый профсоюз «Бирлесу» — «Единство», Верховный Совет Казахстана.

Потом Валентина Сиврюкова была «нейтрализована» государственной работой в должности вице-министра труда и социальной защиты, как раз в наиболее острый период — проведения пенсионной реформы. Через три года Сиврюкова оставляет высокий пост и возвращается к общественной деятельности. При ее активном участии создается Конфедерация неправительственных организаций, а затем — Гражданский альянс Казахстана, до последнего времени она была лидером этой организации.

В 2005 году ей присвоено звание лауреата премии Европейской комиссии в области развития демократии и прав человека.

Кроме всего прочего ее книга пропитана любовью… к собственному мужу, что, скажем так, по нонешним временам, не вполне характерно…

Что сейчас? Сейчас Валентина Андреевна Сиврюкова и Леонид Зиновьевич Соломин получив благодарственное письмо от Президента… уезжают в Россию.

«Включившись» во все это я просто не мог не взять у нее интервью.

Непрошибаемая стена

Валентина Андреевна, стена между обществом и властью, между обществом и политикой, да, собственно, между людьми и этой самой общественной жизнью у нас настолько плотная, что из- за нее редко что доходит.
Открывающиеся страницы общественной жизни страны — по прежнему во многом «табула раса». В чем тут дело, как вы думаете — обществу неинтересно, что там происходит у политиков, или политики не заинтересованы в том, чтобы людям что-то о своей жизни рассказывать?
Глубинная проблема в том, что в сложный период в жизни страны власть заняла очень жесткую позицию в отношении проблем людей. И когда люди вынуждены были выходить на протест, на шаги отчаяния, то реакция со стороны власти была направлена на подавление недовольства, поиск и наказание «зачинщиков».

То есть борьба происходила не с проблемами, а с людьми, которые оказывались во главе акций протеста.

Логика при этом была следующей: если начать разговаривать с одними, то и другие захотят, а тем более, если еще начнет решаться проблема одних, то лавиной пойдут другие.

Так вот, предпринимались те силовые действия, которые должны были являться «уроком» для всех. Поэтому об этом так мало было информации, а тем более — написанных книг. С точки зрения государственных структур эта тема и «цена» не та, о которой стоит говорить.

Что касается нашей интеллигенции, то могу небезосновательно заявить о том, что она в те сложные времена проявила себя как самая трусливая часть общества — она не консолидировала усилия, не выстраивала общественные процессы взаимодействия с властью.

В середине 90-ых было создано движение казахстанской интеллигенции «Азамат». Под Обращением к обществу поставили свои подписи великие люди страны — ученые, артисты, писатели, депутаты, политики, врачи…

Но, буквально через несколько дней, многие из них стали отзывать свои подписи.

Что произошло? Жизнь изменилась к лучшему? Власть вышла на открытый диалог и появились надежды? Нет, с подписантами «поработали» старыми советскими методами.

Стена, о которой вы говорите, между людьми и государственной политической жизнью, конечно, существует, поскольку правящая элита отстраненно действует от общества. И здесь нужны не просто новые убеждения, а механизмы зависимости власти от общества.

Например, введение выборности Акимов. Казалось бы, сделан первый шаг в этом направлении, но что это на самом деле?

Областные Акимы предлагают кандидатуры, а маслихаты избирают… То есть фактически ничего нового в этом нет.

Я считаю, что сегодня власть должна начать доверять обществу, а не заниматься «виртуальными» политическими технологиями из прошлого века. И к власти должны прийти новые политики, которые «выросли» из новой бизнес-элиты. Они будут править по-иному.

Это не иллюзия?
Есть очень мудрое высказывание на этот счет: если идея изначально звучит не амбициозно, она обречена на провал. Так вот, если к власти через выборы начнут приходить люди, которые с нуля сформировали свой бизнес, его развили, которые знают цену каждому своему шагу, ценят стабильность и предсказуемость государственной политики, я уверена — ситуация во власти изменится.

Другой вопрос — дадут ли им прийти к власти в нынешних условиях, когда ни для кого не секрет, что государственные должности покупаются, что существует тенденция передачи власти «из рук в руки»…

Одновременно, я хочу отметить, что у нас реально существует некий симбиоз демократии и авторитаризма. Такой баланс не всегда, кстати, является минусом для развития страны и общества. В одной западной демократической стране мэр города решил принимать любые решения на основе изучения общественного мнения. И на население обрушился шквал анкет: где дороги строить, а где их ремонтировать, насколько увеличить бюджет на образование и здравоохранение и так далее. Вскоре население стало отказываться участвовать в этом демократическом процессе. В результате это привело к полной общественной апатии.

Нужно понимать и принимать все не в абсолюте, а выстраивать новую страну на разумных демократических принципах и эффективных демократических процедурах. Но при этом главной фигурой в нашей стране должен становиться ЧЕЛОВЕК, а не исполнительный клерк, которому все равно ЧТО и КАК делать, лишь бы угодить начальству. Нужно убирать стену отчуждения между людьми и государственными политиками. А сделать это сможет сформировавшаяся за годы независимости страны казахстанская общественная элита. Не замечать это состояние общества нельзя.

Вот ты какой, олень алясский…

Вы достаточно критично высказываетесь в своей книге не только по поводу властных структур и конкретных персоналий в них, но критикуете и систему взаимодействия с иностранными общественными организациями. И по поводу фонда Сороса, и по поводу других западных фондов в Казахстане высказываете нелицеприятное мнение, приводите примеры их конъюнктурности, часто — не принципиальности, ваше мнение об этих организациях менялось в процессе?
Во-первых, я хочу сказать им всем огромное спасибо за то доброе, что они сделали для нас, для нашей страны. И поначалу мы воспринимали их «на ура». Стремились всему учиться, понять, что такое демократия в жизни, а не из книг, какие они — люди из другой общественной формации, чем отличаются от нас.

И вот сейчас я могу сказать о том главном моем открытии, которое я сделала тогда для себя. Мы исходили из коллективистской модели отношений («раньше думай о родине, а потом о себе»), а они отталкивались от интересов Личности! И как это было трудно мне сразу понять, как невозможно быстро поменяться. Мы ведь привычно до сих пор прикрываемся каким-то мифическим общественным мнением по тому или иному вопросу, только по той причине, что не можем взять ответственность на себя и излагать мнение от первого лица. Нам легче заявить: «все говорят, что…», вместо того, чтобы сказать: «Я считаю…!»

Многие из нас в то время воспринимали все западные фонды как «правильные», действующие объективно, основываясь на общественных интересах. Однажды у меня произошел «щелчок». Из разговора с моей знакомой, которая работала в одном из американских фондов, мне стало понятно, что у них тоже конъюнктурный подход присутствует. «Не заблуждайся, говорила мне собеседница, если им нужно будет выбирать между сильным лидером, но без связей, или дочерью какого-либо государственного должностного лица, они выберут ее».

А немного позже мне стало понятно, что многие западные структуры работают у нас по схемам, не адаптированным к нашей реальной жизни, но можно ли было от них, находящихся в чужой стране, принесших сюда свои социальные технологии, требовать, чтобы они поняли нашу страну лучше нас? Нет, это уже была наша задача.

То есть общество, и власть должны были «примерять все это на себя» и «выкраивать» оптимальные модели.

Что же я для себя поняла «со знаком минус»? Не все фонды определяли приоритеты в работе, которые соответствовали нашей реальности. В фонды приглашали на работу наших людей не по принципу профессиональности, а из-за знания английского языка. В результате эти люди становились проблемой в системе взаимоотношений. Вокруг фондов стали формироваться группы постоянных грантополучателей, пробиться через плотные ряды которых другим НПО было невозможно. Закрытость фондов в части работы с заявками. Появились и коррумпированные процессы…

А вот в методах работы Еврокомиссии со странами СНГ для меня стало открытием, например, что наши постсоветские страны были поделены между европейскими партнерами. Для неосведомленных, хочу пояснить, что Евросоюзом была утверждена такая концепция в работе: НПО из стран СНГ получает грант на проект только при наличии партнера из любой страны Западной Европы. То есть нас должны эти НПО учить, как работать в той или иной общественной проблеме.

И сложилась такая практика, когда проекты стали писаться на Западе с ИХ пониманием проблем, с ИХ технологиями, с ИХ менталитетом. И деньги получали они, и распоряжались ими они, и не вникали, насколько проекты успешны или нет.

Если проект «пошел» — он любой ценой должен был дойти до конца, даже если полезность его нулевая. Кто осуществлял мониторинг и оценку проектов? Чаще всего западные специалисты, а им трудно было понять, что же на самом деле происходит.

Вообще эта тема очень обширная и глубокая. Для того, чтобы понять эффективность деятельности западных фондов в нашей стране, нужно знать, что они хотели, сколько затратили средств и какой результат получен.

Последние романтики

Когда я читал вашу книгу, меня все время не отпускал образ Горбачева, может быть, потому что вы и Леонид Зиновьевич представляетесь мне такими последними идеалистами в политике, разбуженными эпохой Горбачева.
Как вы сейчас, по прошествии времени, к нему относитесь?
Я хочу отметить, что развитие политических и экономических систем имеет свои объективные и субъективные закономерности. Личности только ускоряют эти процессы. Как, например, Горбачев, Ельцин. Мы же начинаем их наделять сверхчеловеческими качествами и мощью, предъявлять завышенные требования, а затем разочаровываться.

Но в то же время эти личности не были стандартными, поэтому они и смогли бросить вызов, начать действовать не по правилам, преодолеть страх перед СИСТЕМОЙ, страх перед вызовом общественному мнению.

Леониду Зиновьевичу представилась возможность встретиться с Горбачевым на одном из мероприятий в Москве. У него остался в памяти такой эпизод. В перерыве Михаил Сергеевич общался с общественными лидерами. Один из них в запале сообщил: «Мы, зеленые, хотим осуществить проект по озеленению планеты!» На что Горбачев ответил на такой же возвышенной ноте: «Так в чем же дело? Дерзайте!»

И все вокруг дружно засмеялись — встреча двух романтиков перестройки!

Не могу не вспомнить Раису Максимовну Горбачеву, которая своим поведением жены бросила вызов обществу. Ведь тогда у нас не было понятия «первой леди». Жены Генсеков всегда находились в тени своих мужей. А тут не просто рядом, а активно рядом, иногда затмевая мужа…

К этому было разное отношение, но именно тогда стала активно обсуждаться тема «женщины в политике», роль «кремлевских жен».

А то, что Вы, Вадим, называете нас с мужем «последними идеалистами, разбуженными эпохой Горбачева», наверное, это так.

Сейчас, по прошествии времени, я удивляюсь нашей наивности и святой вере, с которой мы тогда рванули…

Деньги…? А еще чего?

Когда я читал книжку, для меня достаточно сложно было понять следующий эпизод — внедрение Госзаказа через деятельность НПО. Почему и как за это должно платить государство?
Вот также стереотипно мыслили и чиновники, когда мы начали инициировать соцзаказ. Этот вопрос пережил три классических стадии внедрения нового: Этого не может быть! В этом что-то есть… Это так и должно быть!

Для чего соцзаказ? Для решения общественных проблем. Каким образом? Через механизм деятельности НПО, которые создаются самими людьми, приближены к общественным интересам, мобильны и успешны в своей деятельности.

А что такое бюджетные деньги? Это же деньги общества, которыми распоряжается государство. Из них финансируются содержание власти, оборона и безопасность страны, образование, медицина, социальная поддержка и так далее. Так что ничего сверх естественного нет в том, что в нашей стране принят закон «О государственном социальном заказе».

На Западе НПО используют четыре основных источника средств: собственные средства, бюджетные, от бизнеса и от донорских организаций.

У нас до недавнего времени средства для проектов НПО получали из западных донорских организаций, сейчас ситуация меняется. Нужно развить систему благотворительности в стране, которая должна основываться на сочетании экономических и моральных интересов.

Конечно, по соцзаказу пока еще делаются первые шаги, много возникает вопросов, проблем, но его нужно совершенствовать и развивать.

Опыт — он всегда положительный

Валентина Андреевна, вы три года находились на государственной службе в ранге вице министра труда и социальной защиты. С чем вы пришли и с чем ушли с государственной службы?
Госслужба для меня стала очень важным периодом в моей трудовой биографии, поскольку этот период связан с социальными реформами, которые были острой необходимостью в то время. По нашему мнению их нужно было начать несколько раньше, не доводя ситуацию до кризиса. Интересно, что когда меня пригласили на госслужбу, то цель была меня нейтрализовать как активного общественного деятеля, чтобы я не мешала начать реформы. Комичность ситуации заключается в том, насколько была глуха власть к тому, что мы предлагали. Ведь мы же, как раз и ратовали за эти реформы. Так что этот период нахождения меня на госслужбе был чрезвычайно полезен. Я многое для себя узнавала нового, профессионально росла, применяла свои навыки и умения, обеспечивала коммуникационный компонент сопровождения проводимых реформ. Именно в то время стало очевидным, что прошло время «пузатых чиновников».

Во власть востребованы люди профессиональные, креативные, активные, не чурающиеся «считать, писать, а не только поручать…».

И ушла я «не хлопнув дверью», а для получения большего простора для моих творческих идей. Огромный опыт, который я приобрела, я смогла в дальнейшем использовать в общественной работе.

Такая любовь, мой друг

Вас невозможно представить без Леонида Зиновьевича, в общественной жизни вы образовали такое нерасторжимое понятие «Соломин и Сиврюкова», во многом это уже единый «брэнд», как все это происходило во времени?
Мы 20 лет вместе. Встретились в крутое время для страны — в самом начале перестройки. Меня сразу поразило в нем то, что он абсолютно нестандартный человек. Начали общаться. Поняли, что вместе интересно. Но сразу хочу сказать, что я была достаточно консервативным человеком, поскольку работала долгие годы на партийной работе. А тут такой «разгул мыслей и идей» у моего собеседника. Так все начиналось.

Но наша история не такая простая и быстрая, чтобы сейчас в этом интервью ее рассказать. Она очень откровенно описана в моей книге. Так что можно прочитать… Что я хочу сказать сейчас, это то, что мне в жизни выпало счастье полюбить человека, стать для него соратником, другом. Это так редко в жизни случается.

Я стала смотреть на мир его глазами, а он научился понимать меня. В нашей жизни он всегда был главным. Я точно знаю, что если бы не наш союз, я бы смогла сделать в жизни гораздо меньше, но и без меня мой муж не сделал бы того, что он сделал.

Как сказала наш друг и издатель моей книги Евгения Владимировна Бережная: «Вы оптимисты, по которым проехали катком, а вы все равно ищите счастье в этой жизни».

За эти годы у меня не возникло ожесточения, неприятия той же власти, потому что я понимаю, что во многом чиновники — заложники ситуации, они вынуждены были делать то или иное. А порядочность во власти — это такая редкость!

Наша ситуация, мне кажется, во многом уникальна еще и потому, что муж всегда поддерживал во мне лидерские качества, хотя, наверное, было что поддерживать.

Для меня важно было принимать самостоятельные решения, преодолевая страх перед новым.

Почему люди плывут по течению? Потому что, принимая решение, ты часто не знаешь, что тебя ждет, всегда есть страшное ощущение опасности. Как говорится, «перед умеющими жить даже жизнь бессильна!» Только вот у всех свое понятие об умении жить…

А в завершении я хочу предложить всем все-таки прочесть мою книгу, которая «откроет» интересные страницы современной истории нашей страны за последние 20 лет. Читать ее можно с любой страницы.


Автор Комментарий
Аватар пользователя Вадим Дергачев.
Сообщений: 492
С нами c 2006-09-12

Книга продается в  книжных магазинах Алматы и Астаны, в частности, мне говорили о сети Экономикс, если необходимо могу дать тел распространителя.

 
Аватар пользователя Аэлита Жумаева.
Сообщений: 1274
С нами c 2006-09-10

Думаю, ВАдик Дергачев, напиши ему через контакт.

 
Аватар пользователя Joltay.
Сообщений: 449
С нами c 2006-12-08

Кто знает, где можно купить книгу?

 
Галина Михайловна (не проверено)
Аватар пользователя Галина Михайловна.

Кошмар,какие люди покидают Казахстан...
Да еслиб им не вставляли палки в колеса. а дали нормально рпботать, они столько могли бы сделать для страны!
А теперь я не удивлюсь, что они переедут в россию и мы еще услышим о них!
Жалко.
Жалко и стыдно

 
Аватар пользователя Вадим Дергачев.
Сообщений: 492
С нами c 2006-09-12

  Для тех, кому это может быть интересно:

Пресс-конференция Валентины Сиврюковой     «Жизнь в форс- мажоре», 

 состоится  11 декабря  2006 года  в 12 часов в  Казахстанском пресс-клубе.

Там же будут книги.