Оппозиция Верх — Низ в мифологическом сознании степного кочевья

Ольга Маркова

Мифологические представления в своей совокупности во многом определяют мировосприятие народа. Одна из основных в любой мифологической системе оппозиций - оппозиция вверх - низ - в мифологическом сознании кочевых тюркских народов степей Средней и Центральной Азии обуславливала место и значение человека во вселенной.

Пространство в степи довлеет над человеком. Пространство земли, а над ним столь же бесконечное ничем не загораживаемое пространство неба. Два бескрайних пространства, среди которых можно ощущать себя лишь в двух ипостасях - ничтожно малым или божественно великим. Не за что в степи зацепиться взгляду, нет точки, на которую можно опереться, нет ориентира. По краю степи - горы, в степи - юрта, а когда нет юрты, то человек становится единственным устремленным вверх объектом, он - между землею и небом, сын земли и неба, одна из вертикалей мира, по которой можно подняться вверх, опуститься вниз.

Две основные тверди - небо и земля, потолок и пол бытия, основа сущего закреплены в сознании степного жителя. «Небо - это прежде всего абсолютное воплощение верха, члена одной из основных семантических оппозиций... Его наблюдаемые свойства - абсолютная удаленность и недоступность, неизменность, огромность слиты в мифотворческом сознании с его ценностными характеристиками - трансцендентностью и непостижимостью, величием и превосходством неба над всем земным...». Далеко ли небо для кочевника? Земля - прежде всего бескрайняя степь, и потому для казахской кочевой культуры оппозиция небо - земля зачастую воспринимается как небо - степь. По бескрайности степи волен гнать стада свои кочевник. Но путь свой он выбирает не по земным ориентирам, а по небесным - звездам. И сами звезды не просто маяки, указующие путь, как в мифе о боге Тенгри и птичьем хане, который после великого хаоса попросил у бога указать птицам дорогу для осенних и весенних перелетов. Взял тогда бог Тенгри пояс, опоясал им небо, появился на небе Млечный путь, птичья дорога, по которой летят птицы. И дорога эта реальна - тоже дорога, просто звездная. Есть и другой вариант мифа о происхождении Млечного пути: проходило по небу великое стадо овец, ведомое черным бараном, и столь многочисленно оно было, что катыши его и следы до сих пор видны с земли, указывая путь стада.

В первом случае - с неба приходит закон на землю (пусть не для людей, для птиц, наиболее близких высоте созданий). Во втором - на земле видна обыденная жизнь иной, небесной степи.

В этом сказывается двоякое восприятие неба: с одной стороны, небо - противоположность земли, первый член бинарной оппозиции небо - земля, оппозиции, характерной и непременной для мифологической структуры любого народа, с другой стороны, - снятие противопоставления, напротив - со-поставление, небо - другая степь, опрокинутая над землею. Поэтому при жизни человек находится здесь, на земле, на просторах степи, после смерти, если не отягощен он особо страшными преступлениями, становится он аруахом, одним из духов-предков, охраняющих земной свой род с небесной степи.

Интересно отметить, что в традиционной структуре небесный - земной - подземный у кочевых тюрок «небесный» и «земной» соотносимы друг с другом как параллельные структуры, из которых одна - лучше (небо), а другая несколько хуже (земля). «Земной» и «подземный», напротив, противопоставлены во всем (это уже зеркальное отражение, смена правого и левого). Так в подземном царстве мертвых бога Эрклига своя география, повторяющая во многом земную: горы, холмы, реки, моря, острова, но горы - железные, реки наполнены слезами, а не водой. Подземное образует свой автономный мир, даже со своим небом, своими светилами (тенями, мертвыми телами светил верхних миров). Согласно представлениям древних тюрок, каждое утро на востоке рождается солнце и каждый день на западе опускается умирающее светило к границе верхнего и нижнего мира, прорывает ее, чтобы умереть, спуститься в царство мертвых. В это время на востоке рождается луна и начинает свой бег к западу, а к утру тоже попадает в царство мертвых. Каждое утро заново рождается солнце, каждый вечер снова рождается луна. А в подземном мире светит тусклое серое солнце, плывет темная мертвая луна.

Если египтяне считали, ориентируясь по течению Нила, что «юг - это верх, север - низ...», то в представлении среднеазиатского кочевья восток - верх, а запад - низ. На востоке появляются заново рожденные светила, а на Западе находится дорога вниз, в подземный мир, откуда приходят иногда на землю страшные чудовища, дэвы, часто представляющие недобрые зимние стихии.

«Небесный» и «земной» («степной») миры во многом соотносимы. Незыблемость небесного и земного определяет Золотой кол бога Тенгри, вбитый богом во время великого смятения, вселенской катастрофы, когда все сорвалось и в небе и на земле с мест своих и беспорядочно перемещалось, грозя гибелью всему миру (апокалипсис в мифологии древних тюрок уже был, уже произошел, - не отсюда ли бесстрашие человека перед небом?). Кол бога Тенгри удерживает небесные светила и землю на месте, обеспечивает порядок и гармонию во всем, творит из хаоса - космос. Полярная звезда, конец Золотого кола, означает в небе центральную ось мира, которая начинается наверху, на небе, но проходит по вертикали насквозь, соединяя все измерения.

Но в небесной степи Полярная звезда - еще и лишь кол, к которому привязаны два коня. Семь разбойников из хвоста большой Медведицы пытаются украсть его, целую вечность кружат около, да бдительны сторожа, и никак не удается похитить вожделенных скакунов. Звезды совсем близко, настолько близко, что Плеяды - звездный червь - проводят лето на земле, а зиму - на небе. Оттого и происходит смена времен года. По звездам определяют смену стихийных явлений на земле, яркий блеск звезды Шолпан (Венеры) предвещает наступление холодов.

С одной стороны Небо заселено божествами и аруахами, с другой - есть там свои стада и свои пастбища, есть разбойники и сторожа, есть ханы и их свита, есть похищенные ханские дочери и есть целые небесные царства. Небо - обиталище богов и небо - небесная твердь, звездная степь, по которой тянутся свои кочевья. Космогоническая система степного кочевья представляет собой традиционную для многих мифологий трехчленную систему внутри двухчленной: земля по отношению к небу - низ, по отношению к подземному миру - верх. Земля и Небо - супруги. Небо и Подземный мир - враги. Поэтому не равнозначны отношения небесный - земной и земной - подземный. И земля не просто среднее звено в цепочке небесный - земной - подземный, а в большей степени часть верхнего мира. И человек, тоже будучи обращенной вверх вертикалью, зацепкой взгляда в плоском пространстве степи, принадлежит небесному и земному более, чем подземному. Недаром тюркские кочевые народы в одном из наиболее распространенных мифов о происхождении человека называют себя детьми Земли и Неба, появившимися тогда, когда из ничего возникли твердь земная и твердь небесная, а между ними - люди.

Человек обращался к небу не только через шаманов, разговаривающих с духами и аруахами, не только с помощью музыки и гортанной песни, которую должны были услышать небесные жители, но и непосредственно, задавая вопросы и ожидая ответов в виде знамений или голосов предков. Странное состояние - опрокинутое положение, когда небо в некотором смысле - иноземля, сверхземля, наделенная всем, чего нет здесь, внизу, а земля - отражение воли неба. Когда на земле можно ходить, подняв верх голову, когда, - рядом, совсем рядом Китай с его великой лестницей, соединяющей землю и небо и совсем недавно разрубленной детьми императора,- небо, быть может, ближе, чем соседнее становище.

Само небо представлялось двояко: как купол, шатер и как многоярусные небеса, количество которых колебалось от семи до шестидесяти четырех. Земной моделью неба-купола стала юрта, символика убранства которой как правило вертикальна - дорога вверх. Представления о «этажах» неба породили мифы о существовании небесных царств (например, о небесной женщине и ее женском воинстве).

Атрибутами главного небесного божества бога Тенгри также являются небесные явления: тысячи туч вокруг головы и молнии (традиционный «грозовой» бог), а упоминаемые порой десять тысяч глаз бога также традиционно символизируют всеведение небес.

Мифологические существа, населяющие мир кочевья, тоже ориентированы по вертикали «верх - низ». Пространство между землей и небом занимают крылатые и летающие создания. Среди них не только птицы (как, например, орел, который по представлениям некоторых кочевых народов никогда не садится на землю), но и змеи. Змеи (и мифические и реальные) обладают бессмертием. Когда-то крылатый змей араха украл у богов воду бессмертия, боги разрубили его пополам, и с тех пор одна половина араха пытается отомстить богам и проглотить луну или солнце (объяснение солнечных и лунных затмений), а вторая поднимает бури на воде и на суше.

Другой крылатый змей сазаган тоже повелевает стихиями, сбивая тучи хвостом, устраивая грозы.

Летающая змейка ок-жылан пробивает своей острой стальной головкой скалы и деревья, юрты и сердца людей (объяснение внезапной смерти).

Для всех летающих существ небо - верх, а земля - низ. В бескрайней степи бродят существа, лишенные дара полета. Они не могут опуститься ниже, в подземное царство, не могут подняться вверх. Для них земля действительно серединный мир. В основном они опасны для человека. Неосторожного путника может подстеречь у реки албасты (демон в женском обличье), поймать в степи тейран (одноглазый демон), украсть жизнь айна и айза.

Мир степи - их мир. И человеку приходится быть осторожным и предусмотрительным. Правильное поведение - единственный гарант выживания в кочевой культуре. Человек, в отличие от низших демонологических сил, обращает свой взгляд вверх, в небо, в небесную степь, там находя себе опору (подобно тому, как бог Тенгри появлялся перед людьми ногами упираясь в землю, а головой - в небо).

Подземный мир заселен существами, которые, выходя изредка на землю, несут с собою большие беды и разрушения. Ночью злые силы подземного мира вырываются на землю, сея зло. Для них земля - верх, следовательно, человек живет наверху. Главная их задача - совлечь человека с его высоты, погубить, наслать мор на скот, заполучить душу.

Низ в представлении кочевья однозначно негативен. Верх, как правило, позитивен.

Еще один традиционный вид подземного мира - подводное царство - лишен однозначной негативности. Под воду могут затянуть кульдиргиш (вариант русалок), в воду могут затащить су пери, водяные пери, красавицы - служанки водного бога Уббе. Сам бог предстает в двух ипостасях: на землю он выходит в виде огромного черного змея, под водой он антропоморфен, красив и величественен. Но именно в воде обитают волшебные скакуны суыны, иногда они выходят из воды и уводят с собою кобылицу из стада кочевника. Через некоторое время кобылица возвращается, и вскоре у нее рождается крылатый конь тулпар, конь богатырей и героев, воплощение мечты кочевника о чудесном скакуне.

Вода и ее обитатели - дуальны по своей природе. И живительные и губительные силы исходят от воды. И потому относится она не столько к подземному, сколько к серединному миру. Бог Иер-су (земля - вода), сын Тенгри и Умай, повелевает источниками и ведает зародышами всего живого.

Вода весной тоже стремится вверх, к небу. Это емире, духи плодородия в виде пара поднимаются к облакам, приветствуя весну. Небо - купол и небо - ярусы небес, небо - звездный полог и небо - небесная твердь, степь, отражающая вниз свое младшее подобие - степь земную. Вверх, а не вниз обращено в степи лицо человека, части вселенской вертикали. Оппозиция верх - низ в кочевой культуре во многом определяет мировосприятие народа. Небо не абсолютно далеко, в степи оно - близко.