Ювелирное искусство Казахстана

Михаил Юдин

Ювелирное искусство занимает особое место в истории казахской национальной культуры. Именно в нем наиболее полно и ярко отражаются идеалы народа, его вкусы, уровень его художественных и материальных ценностей. Ведь в отличие от произведений других художественных промыслов — резьбы по кости и дереву, производства кожаных и гончарных изделий — большинство из которых не сохранилось от прошедших времен, «вечные материалы» ювелирного искусства: бронза, серебро, золото оказались способными противостоять разрушительному действию времени и дают возможность проследить почти непрерывную линию развития народного искусства с древнейших времен до наших дней.

Ювелирное дело в отличие от других видов казахского прикладного искусства, имевших характер домашних промыслов, носило профессиональный характер, что предопределялось спецификой производства. Казахские ювелиры — зергеры (зер-зар в переводе с персидского золото) работали в одиночку, мастерство свое передавали по наследству. Они располагали определенным инструментарием, проходили предварительное обучение. Круг предметов, изготовлявшихся зергером, был широк: сюда входили женские украшения, детали для костюма, туалетные принадлежности, столовые приборы, бляшки для декорировки деревянного каркаса юрты, мебели, деревянной и кожаной посуды, музыкальных инструментов, оружия, конского снаряжения.

Столь же разнообразна была и стилистика ювелирных изделий, что обуславливалось и географическим фактором, и главное- кочевым укладом быта казахов. Незначительными по численности родовыми группами, они передвигались по степи, превышающей территориально площадь всей Западной Европы, вступая в соприкосновение не только с соплеменниками, но и с многими чужеземными народами. Таким образом в атмосфере постоянной пульсации масс кочевников по гигантским пространствам азиатской степной зоны, в общении с различными народами, в обмене с ними культурными ценностями, развивалось и обогащалось ювелирное искусство казахов.

Археологические раскопки подтверждают, что на территории Казахстана с древнейших времен разрабатывались месторождения меди, олова и даже золота. Но несмотря на это, излюбленным материалом казахских зергеров становится серебро, основная масса которого была привозная. И причина здесь не только в природной красоте этого металла, которую столь умело выявляли и усиливали казахские мастера. Говоря о ювелирных изделиях казахов, необходимо прежде всего учитывать, что практически все они несли в себе не столько декоративную, сколько магико-защитную функцию, и смысловым значением были наделены здесь и форма, и орнамент, и материал. Так блеск серебра и его цвет ассоциировались у них, как и у многих народов мира с лунным светом, с Луной. В их представлениях «Бледная планета» и серебро были тесно связаны между собой; металл они рассматривали как частицу ночного светила и наделяли его различными магическими свойствами. Не случайно в воду для купания ребенка бросали серебряные кольца и монеты, говоря: «Баланын куни кумистей жарык бослын» (Пусть дни ребенка будут светлыми как серебро).

Еще большую семантическую нагрузку несли на себе украшавшие изделие драгоценные и поделочные камни.

Вставки из камней в народе именовались словом тас (камень) или коз (глаз). Подобная метафора не случайна, ведь вставные камни осмысливались как всевидящее стерегущее око, наделялись чудодейственной силой. Существовало мнение, что жемчуг лечит бельмо, коралл оберегает от порчи и наговора, янтарь лечит зоб, перламутр защищает от злого языка и одновременно способствует жизненному благу, бирюза приносит счастье. Наибольшей же популярностью пользовался сердолик, считавшийся камнем благоденствия и радости. У казахов, также как у других кочевых народов, бытовало множество легенд, связанных с эти камнем. Степняки верили, что сердолик может охранять от дурного глаза, бесплодия женщин, кроме того, этот «солнечный камень» мог возвратить стареющим людям силы молодости и постоянно доброе расположение духа.

В связи с этим становится понятно бросающееся в глаза различие в отношении к камню в ювелирном изделии у западно-европейского и казахского мастера. Для первого функции его произведений сконцентрировались главным образом на демонстрации богатства, могущества и блеска их владельцев. Вследствие этого камень в украшениях играет исключительно декоративную роль, отражающуюся в определенных критериях его ценности: редкости в природе, твердости, чистоты цвета, характере и сложности огранки.

Для казахского ювелира камень — это прежде всего источник великой силы, защищающей от недугов, зла и бедствий. Поэтому мастер бережно относится к своему материалу, и не стремится достичь путем сложной огранки дополнительных эффектов кроме природного естественного блеска и цвета камня. Задачи ювелира в процессе обработки камня для монтировки его в изделие ограничивались лишь удалением неровностей, плоской шлифовкой и подгонкой вставки сообразно конфигурации каста. Эта стадия обработки камня представлялась мастеру окончательной и вполне завершенной в декоративном отношении.

Другой особенностью казахских ювелирных изделий является то, что практически все они связаны с определенными видами костюма и имеют возрастные разграничения. И здесь наибольший интерес представляют женские украшения и динамика их изменения в соответствии с возрастом женщины.

В жизни казахской женщины ювелирные украшения играли существенную роль. В них воплощалось вечное тяготение человека к прекрасному, надежда на счастье, вера в чудодейственные силы природы, способные защитить от недугов, бед и зла. Именно поэтому от самого рождения до смерти казашки носили те или иные виды украшений, соответствовавшие их возрасту и социальному положению. Первые украшения в виде различных оберегов надевали на девочку в новорожденном возрасте. Конечно, в это время они не несли в себе эстетической функции, но по истечению немногих лет, например коготь птицы или степного зверя, оправленный в серебро, часто с зернью и вставками сердолика, подвязывавшийся к ножке или ручке ребенка, перешивали на шапочку (такия), и тогда этот оберег был одним из первых украшений будущей женщины.

Важное значение амулетов в детском и девичьем возрасте казашек по-видимому, объясняется достаточно сложными условиями кочевого быта, частыми эпидемиями и очень высокой детской смертностью, отмечавшейся в Казахстане в 19-20 веках. Но вместе с тем с раннего возраста девочки носили и простые неширокие браслеты с несложным чеканным узором, а уже в 2-3 года им прокалывали уши для простейших раковинных или перламутровых серег (тана). Эти браслеты и серьги имели не только магическое, но и декоративное значение. Позже через несколько лет тана сменяли массивные серебряные серьги с множеством подвесок и вставок цветных камней.

По достижению 10-12 лет по праздникам девочка надевала полный девичий набор ювелирных украшений. Большинство этих украшений впоследствии входили в ее свадебный наряд. Комплекс девичьих украшений был одним из самых полных и нарядных, носимых женщинами различных возрастов. По пышности и количественному составу он уступал только ювелирному набору невесты.

Из своих детских украшений казахские девушки носили различные амулеты. В Западном Казахстане они имели вид изящной нагрудной подвески треугольной формы- тумарша, декор которой образовывался из сочетания позолоты, зерни, накладной скани и вставок камней.

Именно девичьему возрасту, когда допускалось хождение с непокрытой головой, соответствовал наиболее распространенный вид накосных украшений- шолпа — ажурная подвеска с многочисленными бляшками или монетами. Замужние женщины носили шолпы только в первый год семейной жизни, а позже вплетали в косы нити кораллов или цветные шнурки и тряпочки. Другим украшением кос были шишбау- богато унизанные украшениями ленты, в декорировке которых казахские зергеры также применяли самые разнообразные ювелирные техники. Шишбау крепились у основания кос и спускались по всей длине волос, подчеркивая их красоту и густоту.

Постоянно носимым украшением являлись серьги. Существует множество типов и вариантов серег. Широко распространены орнаментальные плоские серьги различных форм. Очень популярны серьги-лунницы ай сырга, иногда с вырезной звездой с внутренней стороны. Своеобразны проволочные серьги различной сложной конфигурации шыгыршык сырга. Цветовой звучностью привлекают серьги, основу которых составляют вставные камни- козди тасты сырга.

В торжественных случаях надевали височники шекелик, суыршпа, крепящиеся за петли головного убора или за волосы у виска. Височники главным образом многочастны, иногда с подвесками на длинных цепочках. Лаконичны плоские височники треугольной, лепестковидной, пиковидной и других форм, декорирующиеся разными приемами. Эффектно выглядят обсыпанные зернью ажурные и шаровидные височники со сложными подвесками. Нарядны плоские височники, главным формообразующим компонентом которых являются 2 спиральных диска (солярные знаки), соединенных проволокой со стержнем.

Пластика и композиционная слаженность основной части височников с колышущимися звенящими подвесками, легкими ажурными цепочками создавали своего рода живописное обрамление лица.

Не менее богато украшались и руки девушки. Часто они были практически полностью закрыты многочисленными перстнями и браслетами.

Браслеты — блезик обычно носили по одному или парно на обеих руках, иногда надевались на руки два браслета. Браслеты были сплошные и составные: образующиеся из 2-3 частей, соединенных шарнирным способом- топсалы блезик или при помощи створок- какпак блезик. В большинстве случаев поиск декоративности в браслетах шел по пути усиления цветовой насыщенности вставками из камней, преобразования фактуры накладной сканью, зернью, сквозной резьбой, рельефной чеканкой, организации пространства гармоничным орнаментом.

Перстни и кольца носили обычно по 3-4, они являлись повседневными украшениями которые должна была иметь каждая женщина, поскольку считалось, что в противном случае пища, изготовленная ей, будет нечистой. У казахов по этому поводу сохранилась поговорка: «Тамак адал болу ушин, колда жузик болукерк» (Чтобы пища была чистой, на руке должен быть перстень).

Среди украшений рук особо выделяется гарнитурный браслет бес блезик, получивший в Европе название «роза руки». Именно так было названо украшение, которое в 1910-е годы изготовил для Сары Бернар, игравшей роль Клеопатры, художник-декоратор Альфонс Муха. Невиданный до той поры во Франции браслет был сделан в виде змеи, обвившей предплечье, жало которой переходило в цепочки, соединявшиеся с 3-4 перстнями. Это украшение, по словам художника, было навеяно ему староиндийскими образами. Однако, в Казахстане бес блезик существовал уже несколько сотен лет, считаясь украшением исключительно девичьим. Пожилые казачки, стремясь к большей скромности, его не носили.

Сложные нагрудные украшения орниржек и алка также были привилегией молодых. Впервые их одевали в 12-13 летнем возрасте и навсегда снимали примерно в 30 лет, передавая их более молодым женщинам в семье.

Своего рода апогеем ювелирного убранства казахской женщины являлся комплекс украшения невесты. С течением времени от рождения девочкам чуть ли не каждый год добавляли к костюму все новые украшения, также как по мере приближения к старости все строже становились одежды женщины, все меньше украшений блистало на ней. Ювелирный убор невесты — женщины в лучшую пору ее жизни — представлял собой художественный идеал, хранимый в народе с незапамятных времен. Ведь невесту украшали в свадебный час, стремясь достигнуть совершенства ее красоты, чтобы ее облик вызывал у окружающих самые прекрасные представления и мечты. Именно ювелирным украшениям выпала роль раскрытия и создания этой красоты и великолепия.

От девичьего набора украшений ювелирный набор невесты отличался еще большим числом предметов. Главной деталью свадебного ансамбля был головной убор — саукеле. Его дополняли длинные бархатные ленты с закрепленными на них нитями кораллов или жемчуга. Заканчивались эти ленты бубенцами, так что при каждом шаге или движении девушки раздавался серебряный звон, который к световой, цветовой музыке и игре добавлял еще и звуковую. К саукеле крепились специальные подвески, напоминающие по форме серьги, но большего размера — саукеленин сыргаса.

Помимо одного нагрудного украшения, например, тумарши, грудь неветы могла одновременно украшать также алка или ониржиек, а иногда к камзолу невесты нашивали ряд бляшек или монеток. Все эти украшения вместе с различными подвесками и застежками будто серебряным мерцающим панцирем покрывали костюм невесты от головного убора и до сапожек. Казахи вспоминают, что очень часто под многокилограмовой тяжестью украшений невесте было даже затруднительно двигаться. Однако, при анализе свадебного ансамбля ювелирных украшений невесты, как и всего казахского ювелирного искусства следует постоянно помнить о сложном семантическом и магико-религиозном значении украшений, призванных в данном случае не только подчеркнуть красоту молодой девушки, но и обезопасить ее в один из самых важных и ответственных моментов ее жизни.

В этом отношении характерны и украшения женщины в первый год ее замужества: со дня свадьбы до рождения ребенка. В них наиболее полно через форму и декор выражалась идея плодородия, большого потомства. Это и носимые на груди амулетницы типа бой тумар, состоящие из трубчатых и треугольной частей (мужское и женское начала), и застежки, и декоративные бляхи с изображениями птиц и рыб.

Сакральной силой наделялись также некоторые деревья, их плоды и семена, зерна растений. В число таких деревьев входили шиповник, боярышник, гранат, джида, шелковица, приносящие многочисленное потомство. Такое же значение имели сушеные зерна ячменя, который издавна считался в Средней Азии культовым злаком, связанным с идеей плодородия.

Таким образом стилизованные изображение плодов и семян растений в украшениях должны были передавать носящему их человеку свои свойства, в частности изобилие и плодородие.

Постепенно с возрастом ювелирные украшения казашек становились более простыми. Богато декорированные накосные украшения шолпы и шишбау сменялись вначале нитями кораллов, а затем цветными лентами и платком кимешек со специально вырезанным отверстием для лица. Этот акт символизировал переход женщины из одной возрастной категории в другую, от молодости к зрелости. Упрощались и украшения рук: массивные, часто парные браслеты сменялись более скромными. Примером этого могут служить жумыр блезиктер — браслеты, напоминающие закругленный кусок толстой серебряной проволоки. Несомкнутым концам этих браслетов мастера иногда придавали очертание голов змей (жалын бас), считавшихся оберегом от злых сил. Это изображение было почти единственным декоративным элементом жумыр блезиктер. Простые несомкнутые браслеты носили пожилые женщины всех казахских родов без региональных различий.

Другим видом украшений рук, характерным лишь для женщин пожилого возраста являлись массивные перстни с шинками на два пальца- кудаги жузик (кольца свах). Надеваясь на 2 пальца сразу, перстень символизировал соединение жизней двух молодых людей. Иногда такие перстни дарила сваха свекрови за покровительство и доброе отношение к невестке. Обычай ношения этого перстня был распространен главным образом в Западном Казахстане.

При всем многообразии форм и декора казахских ювелирных украшений в них можно найти и выделить некоторые основные общие характерные признаки.

Особой чертой казахских ювелирных украшений являются монументальность и почти скульптурная выразительность, сохраняемая даже в малых формах, ритмическое чередование узора и фона, создающее ощущение пространственности, симметрия в расположении узоров.

При этом особую значимость в произведениях казахских ювелиров приобретает не ценность материала, не сложность форм и разнообразие технических приемов, как в европейском ювелирном деле, а прежде всего орнаментальный декор.

Наиболее полно это можно видеть в украшениях так называемого «геометрического стиля», преобладавшего в Западном и частично Южном Казахстане среди жителей, входивших в прошлом в одно племенное объединение.

Величественность и торжественность свойственны этим массивным строгим украшениям. Конструктивной основой декора в них как правило являются геометрические фигуры (овал, круг, треугольник и т. д.) крупных размеров: ожерелье прямоугольной композиции доходит почти до пояса; массивные перстни закрывают всю кисть руки; тем не менее такие крупномасштабные формы не воспринимаются громоздкими благодаря органичности декора. Плоскость изделий организуется и уравновешивается выступающими на общем фоне крупными вставками из камней в оправе, являющимися своеобразными скульптурными акцентами. Контур всей конструкции украшений обрамляется сканью, орнаментальными лентами, усиливающими выразительность формы. Все это производит впечатление драгоценности всей фактуры изделия.

В украшениях «геометрического стиля» выявляются яркие аналогии с ювелирными изделиями гунской эпохи. Общими признаками являются декорировка украшений по центру вставками из сердолика, по краям- витой сканью, а в остальной свободной части- треугольниками из зерни. Казахские украшения данной группы являются, по-видимому, результатом эволюционного развития, усовершенствования технических приемов и декоративных решений ювелирного искусства гунского периода. Ряд существенных параллелей в технологии и декоративном решении прослеживается также с украшениями туркмен, каракалпаков, народов Дагестана.

Рассмотренные декоративно-технологические принципы соблюдаются в ювелирном искусстве Западного Казахстана и в настоящее время. Многие приемы обобщены в исполнительском отношении, но все таки местная стилевая направленность в целом остается неизменной. Такая устойчивость и жизнеспособность стиля свидетельствует о мощном творческом потенциале местной традиции и позволяют быть уверенным в том, что из рук казахских ювелиров выйдет еще много замечательных самобытных шедевров, несущих в себе живое дыхание бескрайних казахских степей.