Говори Сердцем


Русская литература имеет одно удивительное свойство — даже когда в ее книгах ледяными молотками простукивают людей на «избранность» и большинство неизбранных застукивают до смерти, даже когда она уже привычно брутальна и наполнена анально-фекальными сценами, что, как известно, является особенной темой и особенным авторским автографом в романах Владимира Сорокина — Владимир Сорокин «Лед» (М., Ад Маргинем, 2002), даже тогда русская литература не может не говорить о Лучах Света и о Живых Сердцем.

А возможно, именно поэтому и не может не говорить, что дерьма слишком много. В целом же, надо признать, тематика русской литературы мельчает.

Ну что такое — еще не так давно главными демонами русской демонологии были Сталин или, на худой конец Гитлер, которые, несмотря на всю свою нечеловеческую мощь, все же не смогли ничего окончательного со страной сделать.

А теперь какая-то ересь — общемировые проблемы мегаполисов и малых городов, привели к тому, что если на Южном фронте молодежь России истребляется в Чечне, параллельно истребляя Чечню, то на Северном, начиная с Москвы и Питера, дружно умирает от наркотиков.

Все же после всех гулагов терять почти целиком поколение на банальных транзитных наркотиках как-то пошло, но кажется, несмотря на все загадки русской души, именно это и происходит. Судя по русским книгам.

Во всяком случае, отчаяние русской литературы, а заодно уже и вполне негуманитарное желание замочить большинство этих уродов, которые ее населяют, связано именно с этим.

И даже очищение и братство, соединяющие проститутку, студента, врача, бизнесмена и кого угодно, все равно не для всех, а только для тех, кто отмечен неким внешним признаком — остальных же все-таки желательно замочить — все равно не исправишь. Такое христианство для избранных.

Вообще, если вы вспомните фильм «Москва» режиссера Зельдовича по сценарию Сорокина, то вспомните и про то, что метафора ледяной сферы, по которой кто-нибудь, в конце концов, ударит, и все разлетится к чертовой матери, возникла еще там.

А может, еще и раньше где — я не все книжки Сорокина знаю, но вот если пытаться примитивно считывать автора, то считываются страх и отчаяние, с одновременной завороженностью грядущей катастрофой. И желанием ее предсказать. И с ощущением того, что в будущее возьмут не всех. Кажется, болеет русская литература, заразившись от русской жизни, кажется, у нее ломка, по тяжелой. Но все-таки не все умирают, некоторых забирают в Свет…


Автор Комментарий
Аноним (не проверено)
Аватар пользователя Аноним.

некоторых забирают в свет...
а болезнь действительно началась очень давно.