Доктор Смерть и печенеги

Арсен Баянов

Рассказ был напечатан в сокращенном варианте в еженедельнике «Аргументы и Факты Казахстан»


«Нападе на не Курякнязь печенежский и убиша Святослава...»

Из русской летописи 10 века.

Иногда в жизни случается такое, что оценить эти события можно только через много лет… хотя, наверное, даже и спрессованные временем в нечто вроде архива, они не всегда являются картиной наиболее полной и точной, а главное более или менее ясной. Во всяком случае, все что со мной произошло никак нельзя объяснить с точки зрения логики и здравого смысла...если …если, такое понятие «здравый смысл» можно вообще применить ко всему нижеприведенному. Но пусть будет все по порядку. Вот что рассказал мне однажды мой знакомый.

«…вначале состоялся престранный разговор с моим товарищем, чуть не сказал другом, потому что друг может быть один, а товарищей много. Так вот он был просто моим товарищем. Мы сидели с ним у него дома, и он рассказывал мне об обычаях и привычках некоторых давно исчезнувших степных племен. Хотя такую тему нашего разговора задал именно я, просто интересовался этой темой.. «Печенеги, — рассуждал он. -Это не совсем чистые тюрки, они сложились от смешения разных кровей, а когда они сошли с исторической сцены, то долго еще существовали как «Черные клобуки». Их традиции, кстати, типичные для других степняков восходят так же и к традициям скифов.»

«Вот об этом подробнее, старик» — попросил я его тогда.

Дело тут было в том, что мой товарищ- это настоящая ходячая историческая энциклопедия, к тому же по образованию он еще и философ, который живет согласно своим воззрениям и представлениям. По его словам, жил он тут, в смысле в этом мире, только ради того, чтобы совершить великую миссию. Миссия была такова: он писал огромный и по его словам исчерпывающий труд под названием «Подлинная Всемирная история». «Подлинная», — значит не замутненная никакими погрешностями, потому что, как он сам выражался: «Погрешности и искривления привносят в настоящую, подлинную историю так называемые темные силы, которым как раз очень важно, чтобы история была не подлинной". И согласно его теории, если мы не знаем своей «подлинной истории», «подлинного прошлого», то у нас не будет «истинного настоящего» и « правдивого будущего». «…И тогда будет лажа, потому что, на самом деле получается, что историю нашу, вернее какую-то ее часть, воруют, и она от этого мутнеет. Как если бы совершенно прозрачное стекло взять и закоптить на огне, а потом попытаться через это уже закопченное стекло снова рассматривать разные вещи. Ничего ведь не увидишь толком. Павел еще об этом писал…»

( «Какой Павел?», — не понял я. «Который Апостол», — уточнил он.)

«…Мало того, эти темные силы, согласно разглагольствованиям этого чувака, каким-то образом укрывают и воруют не только исторические факты, но и, может быть, самое главное — представления о них! Известно ведь, историки — это пророки подлинной истории, а они то как раз и пытаются выявить и преподнести миру подлинное представление об истории. В этом настоящее предназначение пророков истории. Этот мой кент писал эту свою «подлинную историю» на протяжении уже лет семи. Справедливости ради стоит сказать о том, что никто так и не разу не видел хотя бы одной страницы рукописи этой книги. Он даже мне никогда не показывал своей рукописи. И в шутку назвал его труд «Тайная подлинная история». Ему это название понравилось, моего прикола он не понимал или не хотел понимать. Он пытался объяснить мне, что скрывать свой труд его заставляют серьезные причины. Ведь если узнают Те, кто на стороне темных сил, то Они попытаются помешать ему. Когда он начинал говорить мне об этом, то я всегда переводил разговор на другие темы. Если бы не эта странность, в остальном — он был вполне нормальным, и очень даже приятным человеком.

«Они все верили в загробную жизнь, — говорил он, — и когда историки пишут о диких обычаях кочевников отрубать головы, а потом делать из черепов чаши для вина, это просто не понимание вопроса о представлениях номадов о потустороннем мире. У кельтов, между прочим, предков некоторых рафинированных европейских народов, тоже была традиция отрубать головы своим врагам, и насаживать их на шесты, а потом чуть ли не молиться на эти головы. Скифы тоже этим занимались. Они тоже делали винные кубки из черепов своих особо продвинутых, как сказали бы сегодня, врагов, и даже скальпировали их, а потом скальпы вешали на своих боевых коней. То же самое делали и массагеты, саки, печенеги, и половцы. И тюрко-монголы, пришедшие в Центральную Азию и Восточную Европу позднее, тоже этим занимались. Такие чаши делались из голов особо непримиримых противников, которые были очень сильными, грозными. Например, был русский князь Святослав, который очень напрягал печенегов и хазар, об этом даже Пушкин писал: «отмстить неразумным хазарам…», и ему согласно летописям сам хан печенегов Куря отрубил голову, а потом, сделав из нее кубок, пил вино, причем вместе с женой. Они надеялись, что, таким образом, их потомству передадутся лучшие качества князя Святослава. Я был при этом, когда все это происходило...»

При этих слова «был при этом» мне стало как-то не по себе, потому что у него странным огнем загорелись глаза. Был у него еще бзик, рассуждать о смерти, связывая с понятиями о времени, о том, что время и смерть — это суть одно. Жизнь, это как бы некое наказание, а смерть значит избавление от этого некоего наказания. В этот момент нашего разговора я решил не потакать своему собеседнику, а сразу пресечь его фантазии. Эти философы, если им дать волю, чего только не нафантазируют.

«Старик — прервал я его. — Ты уже заговариваешься… Как это — ты там был? Ты просто физически там не мог быть, кончай уже загибать! Хотя бы мне мозги не компостируй!» Сказал я все это довольно жестко, чтобы выглядело очень грозно и решительно. И он действительно осекся, и даже глаза его как-то странно забегали и заблестели.

Некоторое время этот автор «Тайной подлинной истории», которую так и никто не видел, молча сидел, уставившись в какую-то ему ведомую точку за окном. Там смеркалось. Начался тягучий осенний дождь, из тех, что обычно кончаются мокрым снегом...Самое удачное время для мистических откровений.

Наше молчание, заглушалось тяжелыми ударами о подоконник ледяных капель, наполненных яростью предстоящего перевоплощения. А потом мне стало неловко за себя. Хотя мы и знали друг друга много лет, но все равно было стыдно за свою грубость. Наверное, я его очень обидел, и чтобы как то загладить вину, хлопнул дружески по плечу со словами: «Да брось, чувак, я ведь не со зла. Но и ты меня пойми, ведь это просто глупость. Маразм, я бы сказал! Ты побывал в прошлом! Видел печенегов, наблюдал за тем, как Куря вместе с женой пьют из чаши, сделанной из головы Святослава… Честное слово, хренатень!»

Но он все не двигался, а потом плечи его затряслись. Я вначале подумал, что он плачет, и даже растерялся, но когда товарищ повернулся, то я увидел, что он, оказывается, смеется. Беззвучно. Глаза мокрые от смеха. Клиника, одним словом. Философ, понимаешь ли, мать его!

«А хочешь... Я научу тебя самого путешествовать во времени? — спросил он, когда перестал так беззвучно смеяться. — Ты ведь парень достаточно подкованный, знаешь о том, что время бесконечно, знаешь всякие там разные заморочки о том, что это и река, и океан, одновременно, и физические есть у него свойства и виртуальные, и что оно имманентно и трансцендентально тоже одновременно. Ты ведь не только это знаешь, но еще и веришь в это. А ведь главное поверить и тогда… Главное, чтобы вера была хотя бы с орех, как говорил один сын Бога, явившийся в этот мир, чтобы спасти его. У тебя получиться. Хочешь? И ты начнешь тоже путешествовать во времени!»

Еще бы я не хотел. Хотя иногда меня брало сомнение. Иногда мне казалось, что все это просто придумано людьми — либо от нечего делать, либо с охренительного бодуна, когда особенно обостряется восприятие, и появляется очень изощренное чувство черного юмора. Иногда я думал, что все эти теории о времени, просто черный юмор философов, а так же тех, кто написал все эти Великие Книги — Библию или Коран...

И все же…и все же согласился начать эксперимент на следующий день, вернее, следующей ночью, потому что ночью время не так быстро течет, и поэтому легче перемещаться в этой материи.

А затем, он стал рассказывать невероятные истории, одна интереснее и фантастичнее другой. Наверное, хотел меня немного отвлечь от предстоящих опытов.

Самой правдивой показалась мне история о том, как он делал свои первые шаги в этих своих трансцендентальных и имманентных опытах. Когда этот «пророк» впервые научился выходить из своего тела, то его эфирное тело (или дух), могло всего лишь несколько минут находиться вне плоти, но этого вполне хватало для гигантских пространственных перемещений. Однажды, переместившись подобным образом в другой город, он наблюдал за отцом, который смотрел телевизор и одновременно читал газету, а мать в это время на кухне готовила его любимые пирожки из капусты. Буквально секунды он был там, но ему хватило времени на все, потому что каждая секунда может вместить в себя целую вечность, как он говорил. Я и сам об этом знал. Теоретически. И можно прожить эту секунду как тысяча лет. И когда он находился на той кухне, то не удержался и засмеялся от удивительного чувства свободы, и, наверное, что мог наблюдать за своими предками, которых давно уже не видел. Он ведь общался с ними только по телефону. И сразу обратил внимание, как мать застыла в напряженной позе и начала озираться. Лицо ее сделалось каким-то серьезным, потом мама стала выяснять у отца, не послышались ли ему какие-то непонятные смешки. Моему товарищу это показалось очень странным, так как еще ни разу его присутствия во время выходов из материального тела не могли зафиксировать даже чувствительные приборы, не говоря уже о людях. И когда оказался дома и смог управлять своим телом, то сразу же позвонил к родителям, и начал выспрашивать, чем они занимаются. Все было точно так, как он до этого мог наблюдать. Но в конце разговора мать неожиданно добавила: «Сынок, ты как будто бы только что был у нас…или мне просто померещилось?»

«Что такое сон, это всего лишь преддверие смерти, — стал втолковывать мне некие истины этот пророк истории, — Это ведь когда душа выходит из тела на некоторое время и бродит в каких-то мирах, измерениях, встречаясь там с душами других. Кочевники верили в эти рассказы, в аруахов, то есть в духов предков, они создали модель многомерной вселенной. Вернее их пророки рассказали о таком ее устройстве, а пророкам в свою очередь все это поведали Высшие Существа. Ну ты знаешь об этом, что в их Вселенной одновременно существовало три мира — Нижний, Земной и Небесный. Эти миры объединяли в себе время и все пространство одновременно. Там не существовало ни прошлого, ни будущего, а только настоящее.

У казахов есть такое поверье о душах умерших грешников: они не могут подняться на небеса или опуститься в нижний мир. Это и есть один из видов наказания, может быть, самый страшный. Эти души названы Турлагами, и они бродят преимущественно в ночное время по старым кладбищам и поют свои странные заунывные песни, от которых мурашки по коже. Поэтому кочевники никогда не возвращались к своим погостам. Хоронили, ставили «каменные бабы» и быстрее оттуда уезжали. Потому что, если столкнуться с Турлагами, то они и тебя могут превратить в Турлага.

И если расшифровать все это, то получается, что у Турлагов нет возможности проникнуть в многомерный мир, они живут в одной плоскости. Вот уж действительно наказание так наказание — жить в плоском мире. А теперь сопоставь это с высказываниями, приведенными в Библии, которая открытым текстом говорит, чтобы человек не думал о «завтрашнем дне». Это конкретное высказывание Иисуса, который одновременно является и Человеком и Богом. Потому что, на самом деле завтрашнего дня действительно нет, и его никогда не будет. Есть только сегодня, есть только сейчас, только эта секунда. Но такая секунда, которая вмещает в себя бесконечную многомерность мира. Нет и дня вчерашнего, есть только представление о нем. Турлаги же в наказание за свои грехи не могут использовать всю эту многомерность, всю полифонию, и существует только в одной грани этой Вселенной. Иначе говоря, они плоские как лист.

И пробраться в эти миры, будучи вполне живым существом, у них мог только шаман или бахсы. Но это ведь не так просто было. Потому что если что-то обламывалось, то наказание следовало мгновенно — шаман становился Термезом, таким же неприкаянным, как и Турлаг. На земле он умирал, и его душа уже не возвращалась в тело.

Поэтому шаманами или бахсы мог стать не каждый. Только имевший в своем роду шаманов. Мало того, как правило, все они были гермафродитами. Ведь что такое гермафродит? Это просто многомерное существо. Все знания, все приметы и вехи для подобного путешествия передавались из поколения в поколение. Потому что каждое путешествие шамана по мирам, обставлялась разными необходимыми условиями. Иначе, неминуемо станешь Термезом. Обрати внимания, из многомерного существа, если шаман ошибался, то есть совершал грех, он превращался в некую плоскость, как я тебе уже говорил, сравнимую с листом бумаги...»

В этом месте пророк замолчал, и на его глазах выступили слезы, но я не знал, плачет он или смеется. И поэтому предпочел подождать, когда у него это пройдет. Через несколько минут он заговорил: «Так и сегодня, проникнуть туда можно либо во сне, что делают каждую ночь, даже не предполагая об этом, миллионы людей в мире, либо после смерти. Есть еще способ, который используют бахсы, а есть, который придумали мы. Но обо всем ты узнаешь завтра ночью...» Я почему- то не придал значения этому слову — «мы».

«Ну а как ты проникал в то время, когда жили печенеги, и был свидетелем того, как отрубили голову Святославу?» — все же решил я поинтересоваться напоследок. Меня это очень интересовало. В то, что он проделывал это, я не верил, потому что ко всему прочему он был фрик. И тут он задергался, начал что-то мямлить. «Ага, значит, я все-таки прав. Наш пророк просто врет!», — мысленно позлорадствовал я. И вышел вон.

 

* * * * *

Проходя мимо киоска, где продавались журналы и газеты, я ощутил на себе чей-то пристальный взгляд, и тут же обернулся, и увидел обложку журнала «Роллинг стоун» с которой на меня пялился старый дракон рок-н-ролла, гитарист «Роллингов» Кит Ричардс. Он прижимал к своему ветхому телу, насквозь пропитанному виски, коксом, герычем и еще черт знает чем, гитару «Фэндэр Телекастер», и от этого кожа местами была натянута, а местами провисала как старый мешок, в котором казахи делают курт. Ужасное и в тоже время завораживающее было зрелище. В этой эстетике уродства был какой-то свой кайф, свой стиль, своя притягательная красота — китовский фрикизм — назвал я это про себя... морщинистый, наркоманский взгляд роллинга, казалось, призывал меня к чему-то...

Я не удержался, подошел к киоску, взял в руки журнал и начал листать. И сразу понял, что нужно было от меня этому изъеденному временем Киту: на одной из страниц была опубликована фотография Ричардса, где он держит бутылку виски «Джек Дэниэлс». Я сразу понял, что это был тайный знак, который подавал мне Кит. Во мне проснулся зеленый змий, спавший уже много времени, и от злости на это обстоятельство, я швырнул журнал на прилавок, потому что знал, чем это должно закончиться. Девушка лет двадцати изумленно посмотрела на меня, но ничего не сказала. И правильно сделала, а то бы я ей ответил как-нибудь по кривому…

Через пару часов я сидел у себя дома полупьяный с бутылкой «Джэка Дэниэлса» в правой руке и куском конской колбасы под названием казы в левой, подпевая песенке «Гимми Шелтер» из альбома «Роллинг Стоунз» 1969 года «Лет ит блид». Понятно, что утро следующего дня было тяжелым. Я ненавидел и Кита, и «Джэк Дэниэльс», а весь мир ненавидел меня...

И все же вечером, вернее даже уже следующей ночью, наспех (наспех, потому что токсины бродили еще в моем теле) приведя свой организм в порядок при помощи минеральной воды, я опять появился в квартире «пророка подлинной истории». И был неприятно удивлен присутствием там третьего человека. Внешность чувака была настолько необычной, что я просто должен описать ее. На плечах у него была накидка или пелерина из красного бархата. На голове шапочка, похожая на тюбетейку, раньше русские называли такие шапочки тафья, вся расшитая странным орнаментом. Но первым делом, я обратил внимание на его большие белые руки, которые как отдельные существа покоились на этом красном полуплаще. Позже я понял, что недаром они сразу привлекли мое внимание, потому что эти руки были действительно отдельным инструментом искусного врача.

Его лицо было все в глубоких морщинах, словно кто-то изрезал его ножом, точно как у Кита или Мика из «Роллингов». Властный изгиб рта давал понять, что он человек твердый, а может даже и жестокий. Глаза, глубоко сидевшие в своих глазницах, были глазами очень мудрого, повидавшего жизнь и даже уставшего от нее мачо. Хотя я бы не сказал, что он был стопроцентным мачо, щеголявшим в вельветовых брюках и носившим длинные волосы с бакенбардами, с болтающимся на запястье толстым серебряным браслетом «джал»…нет..нет... Наоборот, в нем было что-то мужицкое, бурлаковатое. А когда он заговорил, то его голос тоже меня поразил, казалось, этот бархатный низкий баритон тоже живет своей отдельной от своего хозяина жизнью. Как и его удивительные руки. Я бы даже сказал, что чем-то он отдаленно напоминал Малахова, не того-первого, а другого, который вел программу с мистически уклоном на том же московском канале, но не внешностью, а чем-то другим.

«Зовите меня просто Доктор», — представился он. И протянул свою удивительную руку, которая оказалась очень мягкой, и в тоже время в ней была скрыта некая особая мощь, присущая только хирургам, мясникам, снайперам и барабанщикам... Все это я уже потом додумал, дорисовал, до... до... до...осознал, потому что, в первый момент, как я уже сказал, мне стало неприятно от присутствия постороннего. И честно сказать, я тогда даже растерялся и несколько замешкался. И поэтому наступила неловкая пауза. Хорошо во время вмешался «пророк истории», который возился на своей маленькой кухоньке, звенел там бокалами, а потом неожиданно появился с подносом уставленным бутылками и фруктами.

«Доктор долгое время был на самом деле настоящим врачом. Он имеет даже степень доктора медицинских наук», — начал тараторить «пророк», сразу почувствовавший некий напряг. — И более двадцати пяти лет проработал клиницистом. Так что знает свое дело... Знает смерть в лицо...» Завершил он спич уже довольно мрачно.

«Но причем здесь смерть?! И вообще, мы вроде договорились встретиться тут совсем по другому поводу», — довольно нагло произнес я. «Джек Дэниэльс» еще бродил в моем теле. А потом налил себе полный фужер красного вина и выпил. Вино, наконец-то, должно было привести меня в полный порядок.

«Вас интересует цель моего визита? Вы узнаете это немного позже, а пока скажу несколько слов о смерти..., — произнес своим удивительным баритоном этот человек, одновременно скидывая пелерину, под которой обнаружился странный костюм с высоким сияющим белизной воротником стоечкой. — Есть такой нерв в теле человека, который называется вагус. Кстати говоря, я его себе вырезал. Он находится в зоне солнечного сплетения и выполняет функции самого настоящего сторожа в организме. Почему иногда люди умирают во сне? Потому что душа, блуждая по другим мирам, не успевает к назначенному сроку вернуться в тело, и вагус уже ее не пускает. Не случайно многие довольно странные и неожиданные смерти случаются именно под утро. Живет себе человек, нормально живет, ничего у него никогда не болит. И вот вдруг однажды, у него под утро какой-нибудь инфаркт, или что-то в этом роде. И все начинают недоумевать — а как же так! На самом деле его душа всего лишь опоздала на какую-то долю секунды. Вагус ее и не пустил…»

Тут он замолчал, тоже налил себе вина и сделал маленький глоток. Молчал и мой товарищ, и мне тоже ничего не хотелось говорить, потому что после вина меня стало неожиданно отпускать, и я находился в том после похмельном кайфе, когда внезапно боль уходит и жизнь снова кажется тебе прекрасной, и это самое главное на тот момент, что есть у тебя: обручи, сжимавшие твою башку, почти мгновенно разжимаются, и ничего на свете тебя больше не интересует, ты купаешься в этом все расширяющемся пространстве, в котором нет боли, нет похмелья. Лично мне в такие минуты ни о чем не хочется говорить, думать, тем более о таких страшных и неприятных вещах как смерть и какой-то там вагус…

И все же через некоторое время мозги мои стали автоматически обрабатывать ситуацию. С некоторых пор я начал сравнивать себя с неким биокомпьютером, живой машиной, которая состоит из плоти крови и работает только в соответствии с заложенными в нее программами. Так вот программа, которая обязана была обрабатывать всю информацию, поступавшую извне, сама собой включилась и стала быстро-быстро работать, то есть, говоря простым языком, я, наконец- то начал соображать. Ведь не зря этот мужик здесь появился и рассуждает о каком-то вагусе. К своим сорока годам я уже научился понимать хотя бы то, что в жизни ничего просто так не происходит (вернее так рассуждала программа, заложенная во мне, а некая часть меня была всего лишь сторонним наблюдателем), потому что за все уже давно заплачено, а ты всего лишь должник, который вынужден отдавать чужие долги...

«Смерть, вернее ее преддверье, это вообще особый процесс, который резко меняет физико-химические свойства тела. Это прописные истины, а потом, как известно, тело превращается в прах…гм…из праха взят, в прах и уйдешь. А значит существует грань из-за которой человека уже не достать. Если он эту грань переступил, то будь спокоен, никакая реанимация ему не поможет. Но смерти бояться не нужно, потому что смерть, вы ведь это знаете, просто всего лишь некий контрольный пункт на бесконечном пути, на котором нужно обязательно отметиться. Смерть, иначе говоря, это просто одна из сторон бытия, так же как и жизнь. Когда есть жизнь, нет смерти, когда есть смерть, нет жизни, это как разные стороны одного и того же кубика… Я несколько лет проработал в экстренной хирургии и видел много смертей. Близко наблюдал, как люди только что хватавшиеся за свою жалкую жизнь, неожиданно становились другими. А тогда человек перестает мельтешить, суетиться и в предсмертных судорогах вдруг затихает, и его взгляд уже практически останавливается, но в нем все-таки еще теплится некое подобие сознания, вернее, некое осознание Великого события, то это Великий взгляд! Попробуйте поймать его, поверьте незабываемые ощущения. Я всегда пытался это сделать, и когда мне это удавалось, то, как бы сам становился другим, поднимался на другой уровень, приближаясь к Высшим силам. В этот момент. В эту последнюю секунду, ты как бы сам видишь, чувствуешь, понимаешь, что пришла Она — Великая уравнительница и избавительница — Смерть... Это самый Великий кайф, который я когда- либо испытывал!» Тут Доктор закатил глаза, и на мгновенье затих, а я подумал про себя, что таких фриков еще поискать нужно.

«…Медицинский персонал, который давно работает со смертниками, использует такое профессиональное выражение как «обирание», это когда на теле появляются особые мурашки и человек начинает их «обирать». Иначе говоря, когда приходит Смерть, в свой последний час человек замечает ее и начинает «обирать» странными жестами. Это я наблюдал у всех без исключения отходивших в мир иной. «Обирание», я бы сказал, это некая особая церемония встречи со смертью…» Он опять замолчал, но тут я опять не выдержал и вмешался: «Зачем вы про все это рассказываете?» Друг на меня зашипел со своего места, а Доктор даже и бровью не повел.

Я потом немного пожалел, что перебил его, так как он начал говорить о другом, потому что так и не узнал, что там такое за «обирание», и что из этого следует…

«Зеркала…», — перескочил он на другую тему. И только тут я краем глаза заметил, что действительно зеркала, а их у моего товарища была два в комнате, большое и поменьше, были закрыты тканью.

«Зеркала», — снова повторил Доктор, словно заметил, что я увидел эти завешанные темной тканью зеркала.

«Зеркала, — в третий раз сказал он, как забуксовавший механизм, — … Они ведь имеют странное свойство. Странное, престранное, морочить людям голову при жизни, и морочить людям, вернее их душам, головы, если у них они в таком состоянии есть головы и после смерти. Поэтому их и пытаются спрятать от ошалевшей в первые трагические минуты души, которая еще не знает, что умерла, и которая продолжает стремиться назад в тело, а потом начинает биться в истерике. И если зеркала в это время не занавесить, то душа может попасть совсем не туда, в иной мир, и заблудиться там навсегда. Проходами в разные миры как раз являются все без исключения зеркала. А теперь посмотрите видеофильм, который я снял в морге. Это мои опыты с зеркалами...»

И сразу же без перерыва «на перекур» «пророк истории» взял пульт и включил видеомагнитофон, не вставляя туда кассеты, потому что она уже была давно там приготовлена …явно для меня.

Итак, пошел фильм, вначале которого оператор снимал длинный и чрезвычайно захламленный коридор, стены которого сочились влагой, да и освещен он был плохо. Идеальное место для совершения черных дел или как раз для делания всяких ужастиков. Все происходило зимой, потому что когда оператор начал снимать какую-то большую комнату, то за ее узкими окнами, находящимися чуть ли не под потолком, виднелись стволы деревьев, покрытые снегом. Но дальше шли самые, я бы сказал, шокирующие кадры. Ряды покойников, накрытые полиэтиленом, а в самом углу этого скопища трупов, вокруг женского трупа, освященного со всех сторон яркими софитами, суетились люди в докторских халатах и масках.

Все это напоминало мне один фильм ужасов, и глаза у врачей или тех, кто были эти люди были такими же ненормальными как у героя той старой ленты. Но одно дело художественный фильм, как никак некое произведение искусства, целлулоидная фантазия режиссера и сценариста, игра актеров, и кровь не кровь, а томатный или какой-то другой сок, а тут самое настоящее документальное кино. Волосы дыбом…

Сам не знаю, что меня тогда удерживало у «пророка»? Нужно было встать и уйти, и послать этих недоделанных куда подальше, и не смотреть на эту мерзость, но, наверное, на старые дрожжи меня слегка развезло, и мой биокомпьютер начал глючить. Тем временем камера медленно путешествовала вдоль прекрасно сложенного тела, а потом остановилась на гениталиях, и стала смаковать их в мельчайших подробностях.

Кортасар вложил в уста своего героя из рассказа «Слюни дьявола» слова о том, что он видит мир глазами своего фотоаппарата. И в нашем случае оператор оказался слабее своего «Бетакама», который чуть ли не погрузился во все извилины и тайные места женского полового органа…

А вот и вход в эту сказочную «нефритовую пещеру», которая была еще прекрасна не смотря на то, что тело уже было не живое… он слегка приоткрыт, зовет, манит! У меня даже кровь начала приливать к причинному месту… Настоящие извращенцы! Но потом оператора явно поправил некий, находившийся вне действия объектива, субъект, возможно Доктор, и камера перестала любоваться этим «центром мира».

Последовала перебивка. Люди в халатах. А потом снова перебивка. Объектив стал бродить по лицу девушки… слегка вздернутый носик, она была явно с характером, наверняка кокеткой… рот приоткрыт, маленькие морщинки вокруг него придают лицу несколько ироничное выражение, девушка словно наблюдает всю эту возню вокруг, и у нее уже приготовлена шпилька в адрес Доктора и всей честной компании… губы все еще не утратили своего очарования и совсем даже не мертвые, они казались еще теплыми… зубы как у маленького зверька, но при этом красивые.

А потом камера остановилась на глазах. Они были широко открытыми, но там уже не было никакой жизни, они были как стекло. Я видел у одного моего знакомого искусственный глаз, и глаза этой несчастной были такими же, как у того парня, не хватало жизненной теплоты, но все равно они оставались красивыми и в тоже время пугающими.

Вот на экране проплывает ее глаз, виден зрачок с каким-то прожилками, а потом другой, и заметно, что глаза у нее слегка ассиметричные, не косые, а именно слегка не одинаковые, в этом был безумный шарм. Я представляю как сходили с ума от этой своеобразной внешности мужчины, когда она была живая…живая…живая…

…У меня уже стали разъезжаться мысли (как я потом понял, именно это останавливало мне от немедленного бегства). То ли это так на меня подействовала картинка из морга, то ли вино было каким- то особенно концентрированным, то ли Доктор был настоящим гипнотизером, но я чувствовал, что потерял внутри себя некую устойчивость… и это было странно- не ощущать своего центра...

…Каждый ведь должен знать, где центр своего организма, своего Я, штырь, вокруг которого обращается твоя личная Вселенная, а когда он куда- то пропадает, это все равно, что повиснуть вниз головой над пропастью, над бездонным черным Космосом…

…Я медленно распадался на части, и не было уже сил собрать себя, и поэтому был вынужден бороться с этими ощущениями, был вынужден снова собирать себя, искать частички своей личности в этом бесконечном Космосе, тратя на это энергию, вместо того, чтобы сосредоточиться на окружающей действительности…

… и тут Доктор стал напоминать мне на второго Малахова, а самого Кита Ричардса из «Роллинг Стоунз, который неожиданно ожил, нехотя сполз со страниц журнала, и кряхтя, раздавая направо и налево факи, включил свой потертый «Страт» в черную блестящую колонку, и тот неожиданно оживал и начинал рычать… полтора киловатта…пробивает стадион…

…звук достает до самых печенок… рык включенной гитары… нет, скорее всего это орет та самая мертвая чувиха, словно ей засадили громадный болт по самое некуда… в самый центр мира… ей больно и в тоже время она торчит от этого кайфа, который называется заполненностью живой горячей плотью… этот центр… где он у меня… центр… мой центр… секс… драгс… рок-н-ролл… твою мать…оргазм дико визжащей в запиле гитары…

…Доктор превращается в печенега… вместо пелерины на нем уже бараний тулуп… в руках кривой клыш, которым он отрубает у гитары голову, а потом выпивает из нее все рычание, все звуки, весь оргазм… она немеет… и становится плоской как души Турлагов, обитающие в мире, который не знает объема… тощие Турлаги желают поправиться по методу Довженко, а заодно и закодироваться от грехов…

…наказание за грешную суету…это когда тебе сносят голову острым как бритва клинком, а потом из высушенного степными ветрами черепа хан Куря или его подручные печенеги выпиливают именные с фирменным клеймом медиаторы по десять долларов за штуку, и еще когда всю твою кровь, в которой как раз обитает твоя душа, смешивают с этим странными звуками длинными как гитарный саунд и плоскими как Турлаг…

...краем глаза я наблюдал, как Доктор вытащил из внутреннего кармана толстую сигару, я сразу узнал «двойную корону», которую он начал нежно мять в своих мясницких лапах. Потом он достал специальный ножичек, обрезал маленький край от этой красавицы, тут ведь нужно особое умение, чтобы не повредить само тело сигары, это очень ответственное дело, ну все равно, что первая ночь с девственницей — иначе она (сигара) начнет разматываться, — и не спеша прикурил от кедровой спички, дождавшись, когда сгорит фосфор ее головки. Видно было, что Доктор отработал этот ритуал до автоматизма, я сам иногда баловался сигарами, и мне ужасно захотелось вдохнуть в себя этот плотный и живой дым, и мое небо слегка зачесалось в предвкушении этого удовольствия...

…Но тут мне почему-то вспомнился одни случай

… почему… почему… почему… да потому что я распадался на части, которые стремительно расползались по глухим уголкам некой темной пропасти внутри меня… так я узнал, что внутри меня есть необъятных размеров черная дыра…ее еще, кажется, зовут Ада

… эту бабу, лежавшую с вывернутыми наружу гениталиями точно звали Ада…она мне подмигивала…Ада...я ее даже знал… раньше…давным-давно…когда был печенегом…

 

* * * * *

…я вспомнил одни случай… мой знакомый, который тоже любил сигары, правда, за неимением больших денег, покупал самые дешевые, и одну сигару растягивал дней на десять -пятнадцать. Так вот с ним произошел недавно престранный случай, это, кстати, тоже касается смерти, он пьянствовал несколько дней, а потом с дикого похмелья поперся зачем -то к своему приятелю и перепутал подъезды, прямо «Ирония судьбы», только не придуманная и настоящая. И когда он вошел не в ту квартиру, то тут же наткнулся на поминальный стол. Он ни во что не врубался, но ему популярно объяснили, что хозяина дома зарезали и уже похоронили. Чувак, совершенно обалдевший, просидел пару часов за столом, опустив голову рядом с баурсаками, которые были разбросаны по скатерти, и лишь потом все же заметил, что почему- то на поминки приходят в основном казахи, мало русских, а евреев вообще не видно, его то друг был евреем. И он выдохнул: «А почему нет евреев?». И тогда ему ответили, что у погибшего друзья были в основном казахи, потому что погибший сам был казахом: «Вы уж нас простите, за то, что евреев тут нет, хотя утром один приходил, из соседнего подъезда. Мы можем опять его пригласить, специально для вас». Мой приятель стал говорить о том, что погибший не мог быть казахом, потому что всегда был евреем, и куда, в конце концов, делась его жена, в смысле жена умершего?! И тут все выяснилось. Оказалось, что он перепутал квартиры и подъезды и его друг еврей был жив. Когда все встало на свои места, он побежал в соседний подъезд, заскочил в квартиру своего приятеля, который был единственным евреем в этом доме, и так стал того тискать, обнимать, что поломал другу два ребра...

….зачем в голове появилось это воспоминание…зачем…зачем…зачем...????????????????????

… гитара…секс… драгс… рок-н-ролл…центр мира… плоская душа… «Джэк Дэниэльс»… «Портвейн номер 12»… «Водка русская»… Куря и медиаторы из черепа Святослава…

Тут я снова смог сосредоточиться и увидел, что началось самое главное действо: вот в кадре появилось некое пирамидальное сооружение, состоящее из зеркал, в узкий проход вкатили голую мертвую девушку, а потом туда протиснулся и сам Доктор. Он ходил кругами вокруг застывшего, в ожидании чуда, наверное, трупа, а люди в белых халатах за прозрачным стенками пирамиды молча наблюдали за всем этим действом. Нужно сказать, что все это кино шло в черно- белом изображении, но именно от этого все происходившее приобретало большую достоверность и даже выигрывало…и даже то, что, например, некоторые кадры были слегка смазаны, некоторые были не резки, а иногда дрожь руки оператора заставляла прыгать из стороны в сторону камеру, фильм был просто как настоящий архивный документ… Либо все эти детали были кем-то продуманы, а может, даже детально расписаны в сценарии каким- то профессионалом, либо все было по-настоящему.

Вот Доктор стал делать какие-то пассы прямо над мертвой головой и кажется, что от его рук исходит некое свечение. И тут на мгновение изображение прерывается, словно камеру кто-то дернул. Через секунду я уже видел, как шевельнулась рука девушки… дернулись уголки рта… а камера уже снимает глаза Ады, которые снова стали наполняться живым светом…теплом…это конечно все по-настоящему, а не фокусы телевизионных чародеев…

…гитара орет… Куря пьет из черепа Святослава звуки черной дыры…ад Турлагов и Термезов, которые слоняются среди печенегов с кривыми клинками… сигара состоит из листьев пяти типов: секо- самые ароматные листья внутри этой красавицы… рок-н-ролл…Кейт Рничардс нервно почесывается- неизменная наркоманская привычка…

Ада неожиданно стала приподниматься, и было хорошо видно, как ее лицо начинает искажаться от гримасы боли и удивления! Но я же ничего не понимал, вернее в голове начался вообще какой-то хаос. Некоторые мои внутренние части уже давно находились в аду и горели в этом неистовом пламени! Центра мне так и не удалось найти…

Этот фильм, этот странный мужик, называвший себя доктором, его идиотские разглагольствования о смерти... Возможно, все это так на меня подействовало, что я сам вошел в это трансцендентальное и в тоже время имманентное состояние без всяких медитаций.

«…Нет, уважаемый, Доктор. Я пришел сюда совсем не для того, чтобы слушать и смотреть ваши истории о смерти! — прервал я, с трудом ворочая языком, тягостное молчание, быстро затвердевающее и принимавшее форму комнаты. — У меня совсем иные цели... Я…»

Но снова вмешался мой товарищ: «Как раз затем я и позвал сюда Доктора, чтобы ты все понял о трансцендентальном перемещении. Тем более, что он хочет сам на себе провести уникальный опыт. А ты, будешь свидетелям…»

 …ЗАТКНИСЬ МЕРЗКИЙ ТУРЛАГ, ТЕБЕ НЕ УДАСТСЯ НАДЕЛАТЬ ИЗ МОЕГО ЧЕРЕПА МЕДИАТОРОВ! КАТИСЬ НА ФИГ К СВОИМ ПЕЧЕНЕГАМ…

 Доктор словно не слышал нашей перепалки, он заговорил… гитара снова стала рычать, пробивая весь стадион своим неистовым драйвом и саундом….

«Есть три теории возникновения души, а значит жизни человеческой. Первая — так называемая теория переселения душ, согласно которой Бог творит душу раньше чем тело, а потом заключает ее в материальную оболочку, затем после смерти она переселяется в другое тело, после смерти которого она вновь переселяется в следующее и так далее до бесконечности. Это теория называется реинкарнацией. Есть теория, которая называется креационизмом, это когда Бог творит душу в момент зачатия, в момент, когда она соединятся с телом, и душа наследует все первородные грехи плоти. И третья теория, так называемый традукционизм, согласно которой душа передается по наследству от родителей. Иначе говоря, каждая человеческая душа это маленькая частица первого человека — Адама. Я придерживаюсь первой теории, так как считаю, что душа переселяется в других людей…»

Но я уже плохо соображал, даже язык перестал меня слушаться, части моего сознания напоминали разбитое зеркало. Я сам становился Турлагом. Но тут Доктор расставил все по своим местам.

«Дело в том, что в свой бокал вина я положил таблетку с ядом. В Ваш — две таблетки с сильным транквилизатором...чтобы Вы слишком не нервничали… Понятно?»

Но я уже был как во сне, и практически не улавливал смысла.

… На ваших глазах, должна произойти моя реинкарнация! Я умру. И снова воскресну! Вы же этого искали, интересуясь легендами тюрков, и их странными обычаями...»

А потом он улыбнулся, вернее, обнажил свои зубы. Они были идеальные, я почему то это запомнил. И достал откуда-то большую чашу сделанную в форме черепа… Но что было дальше я уже не узнал, зато, наконец, понял, что этот крейзанутый мужик, просто опасный маньяк, и начал терять сознание. И последнее, что запечатлелось в памяти, был страшный оскал его улыбки, и его искаженное судорогами лицо… и череп моего…его ...их… врага...»

 

* * * * *

…очнулся я в больнице, где мне поставили диагноз — «отравление некачественным алкогольным суррогатом». А Доктор, как сказали, умер от инфаркта. Казалось бы, тут все понятно и ясно, мало ли на свете странных случаев, но эта история была какая-та недосказанная, недоделанная. В ней обязательно должна была быть поставлена точка или хотя бы многоточие...

…И вот что была дальше...

С «пророком» после больницы я перестал общаться. И вообще, я попытался забыть весь этот кошмар. Ведь если посмотреть на все это с точки зрения здравого смысла, то действительно произошел просто несчастный случай. А все эти разговоры Доктора перед смертью, просто болтовня. Наконец, видеофильм из морга может быть не «воскрешением» девушки, а просто подделкой, сейчас любой может сварганить подобное. Но через некоторое время случилось такое, что я до сих пор не могу прийти в себя.

Я часто общаюсь по электронной почте с некоторыми моими друзьями, которые разъехались по всему свету. Один живет в Киеве, другой в Нью-Йорке, а третий вообще забрался в Новую Зеландию. Так что связь у нас теперь только через «мыло». И в какой-то момент на мой электронный адрес стали приходить странные месседжи. Вначале это были некие графические знаки в виде древнееврейских букв, а потом и нечто вроде тюркских рунических знаков. Причем адрес отправителя я никак не мог вычислить. Но потом все это закончилось. А однажды ночью, часа в четыре, когда я только что перестал общаться с Гарриком из Нью-Йорка, на экране компьютера неожиданно высветились странное послание: «ПРИВЕТ ТЕБЕ ОТ ДОКТОРА… ДОКТОРА... ДОКТОРА... Я ЖЕ ТЕБЕ ГОВОРИЛ, ЧТО НИКОГДА НЕ УМРУ…ТЫ СВИДЕТЕЛЬ…»

Тогда я немедленно отключил комп, и, проведя остаток ночи без сна, пришел к выводу, что на самом деле этот самый Доктор уже давно лежит в гробу, а это просто злобные шутки каких-то идиотов, может быть даже моего товарища — «пророка истории». Придя к такому выводу, я позвонил этому придурку, а было уже часов шесть утра, высказал все, что думаю о нем и о его проделках. Но «пророк» уверял меня, что даже думать о таких шутках просто боится.

…С тех пор я постоянно общаюсь с Доктором, который рассказывает мне по «мылу», как хорошо жить в виртуальном мире. Маразм какой-то… И до сих пор не могу понять, кто так надо мной зло шутит. Или может быть все это — правда? Может быть, действительно Доктор стал виртуальным Турлагом или Термезом, и теперь в наказание живет в ужасном плоском мире. По сути, он ведь был шаманом, который пытался пуститься в далекий и опасный путь, за ту черту, где начинается территория смерти…»

Этот рассказ моего знакомого, как я уже говорил, сильно меня потряс. Я знал его больше двадцати лет, и вполне доверяю его словам. И вот что интересно: он дал мне адрес сайта Доктора — www.docolmes.com., и однажды я зашел туда и обнаружил на нем фрагмент того самого фильма об оживлении трупа девушки. Но качество его было совсем плохое, так что меня он не впечатлили. И еще мне удалось скачать часть текста о печенегах, которые как я понял, был набран самим Доктором. Он многое объясняет. Вот этот небольшой отрывок:

«…Согласно древним рукописям часть этого народа следует называть кангар или кенегересы. Они еще в 9 веке нашего времени занимали территорию, что находится в среднем течении Сыр-Дарьи. Есть так же сведения о том, что в свои лучшие времена страна печенегов на Востоке граничила с гузами, а на западе от них были мадьяры и русы. Делились печенеги на две орды, которые в свою очередь были разделены на сорок родов (Кырык гуз ).

Воины этого Эля были славны тем, что под их натиском пал Хазарский каганат. В лучшие свои времена печенеги могли выставить до нескольких сотен тысяч вооруженных верховых. Совместно с русскими кенгересы часто образовывали военные союзы. Известен их поход с русским князем Игорем в 915 году нашего времени на Константинополь. И сам император этого славнейшего города платил им несколько раз откупные. Русские их же и погубили.

Хотя существует несколько причин исчезновения печенегов с исторической арены. С востока, например, печенегов теснили половцы, которые потом и заняли их кочевья. Беспощадным врагом печенегов была Византия. Известно, так же, что в печенежском государстве часто случались смуты. Одну такую устроил авантюрист Кеген, который поднял бунт против правителя Тираха, а потом нашел убежище в Византии. Тирах преследовал бунтовщиков, но сам попал в засаду византийских войск и бежал в степь. И все же именно после поражения в битве 1036 года, которая происходила прямо в городской черте Киева от Ярослава Мудрого, печенеги уже не могли оправиться. Хотя летописи сообщают о том, что еще в 11 веке 13 их родов (ру) кочевало в районе Черного моря между Днепром и Дунаем. Так же они выступали как значительная по численности часть нового племенного союза берендеев, называемого черными клобуками. Позже, некоторые летописи называют богатыря Челубея, начавшего поединком Куликовскую битву, печенегом…

Но больше они были знамениты в Степи своими странными делами. Каганы и ханы одной из орды печенегов, которая называется «тала-ма-лат», издревле славились умением превращаться в некоторых животных: волков, лисиц, беркутов. Об этом пишет в своей «КНИГЕ ЭЛЯ» или «EL KITAB» Аль Сакени — древнетюркский историк, летописец, воин и мудрец о котором говорили, что он ведет свою родословную по отцу от Кюльтегина, одного из самых уважаемых тюркских правителей. Согласно его записям, эти свойства они наследовали от авар или жужаней. Греческий летописец Феофилакт Симокатта называл авар уарами, варами или ханями. Они пришли на те же земли, где потом обитали печенеги, спасаясь от воинов Истеми Кагана.

Русские называли авар обрами. Русское слово «оборотень», возможно произошло от этнонима- «авар», «обыр» ( «обром» казахи называют ужасное существо, которое обитает на могилах и питается трупами). Авары обладали даром « днем быть человеками, а ночью суть волками». Потом авары, или жуань -жуани, или обры, создали Аварский Каганат в 6 веке на части территории современной Италии именуемой Ломбардией, во главе которой стоял Каган Баян. Через несколько веков они вошли в состав Священной Римской Империи, которую образовал Карл Великий.

Шаманы у печенегов назывались Термезами, они могли не только оборачиваться в животных, но еще обладали способностью летать по воздуху, одновременно находится в разных местах, ходить по воде, вызывать бурю, превращать врагов в лягушек или в высохший тал — дерево известное как дерево Термезов. Они были способны так же управлять врагом, делая его подвластным их заклинаниям, нечто вроде современных зомби. Но самым удивительным было то, что они могли жить несколько сотен лет, а может и несколько тысяч, но добровольно уходили из жизни, так как она им надоедала. Эта способность напрямую связана с их варварским обычаем- пить кровь врагов, делать из их черепов ритуальные чаши, что давало возможность овладевать их душами после физической смерти. Широко известен факт, описанный в русской летописи 10 веке, когда хан печенежский Куря, победив русского князя Святослав, отрубил ему голову, сделал из нее чашу и использовал ее в своих мистических ритуалах. Термезы, так же…»

На этом, к сожалению, мой компьютер стал глючить, и что там дальше было написано, я так и не узнал. А потом, через некоторое время сайт Доктора вообще был заблокирован американским ФБР, которое, как известно, борется против подобных проявлений насилия, порнографии и терроризма, хотя терроризма в этом тексте вроде бы нет. Ну да им виднее… Неужели Доктор раскрыл тайну вечной жизни, которую знали Термезы? Кто знает…

Но вот недавно мне удалось достать копию третьей главы «КНИГИ ЭЛЯ» или «EL KITAB» знаменитого Аль Сакени — воина и летописца, волхва и мудреца, потомка Кюльтегина. Именно там описаны некоторые мистические способности печенегов и их шаманов…теперь изучаю ее. И еще собираюсь написать монографию, которая будет называться « Культ отрубленных голов у печенегов и креационизм», а когда я закончу, то обязательно разыщу Доктора, будь он живым или виртуальным. Интересно будет узнать мнение специалиста.