Level 8

Дзен-президент Борис Николаевич долго не мог заснуть на своей даче в Барвихе. Он грустил о потере жука-навозника. Сдох. "Надо было вызвать реанимационную машину!" - подумал он и представил, как санитары кладут жука на носилки, с воем везут по Рублевскому шоссе, искусственное дыхание, электрошок... "Нет, не выжил бы. Медицина у нас слабая..." - утешил себя президент. "Зря я Камю начитался". Он потянулся к кронштейну, установленному у его изголовья и дернул за шнурок. На кронштейне располагалась странная вещица, чем-то напоминающая детскую, подвесную карусельку с музыкальной шкатулкой. На капроновых нитках были подвешены небольшие тряпичные фигурки. Фигурок было четыре, причем все они были на одно лицо, лицо Президента России*, хотя одеты по-разному. Карусель весело завертелась против часовой стрелки, комната наполнилась тихим переливчатым перезвоном.
Президенту немного стало легче, но новая мысль закружилась в его голове:
"Серьезный среди легкомысленных, многободрствующий среди спящих... Мудрец выделяется, как скакун, опередивший клячу... Кто я? Помню ли я имя свое? Знаю ли я свое предназначенье? Недаром сказано в Дхаммападе: "Идите, смотрите на сей мир, подобный пестрой царской колеснице! Там, где барахтаются, у мудрого нет привязанности"...
Перед его глазами, наполненных печалью, в неестественных позах, вращались фигурки. "Небо и земля долговечны. Небо и земля долговечны потому, что они существуют не для себя. Вот почему они могут существовать долговечно..." Борис Николаевич вспомнил свою прежнюю ипостась, тибетскую хижину, мысль его полилась дальше: "Поэтому совершенномудрый ставит себя позади других, благодаря чему он оказывается впереди". Эта мысль заставила дзен-президента встать с кровати. "Он пренебрегает своей жизнью, и тем самым его жизнь сохраняется. Не происходит ли это от того, что он пренебрегает личным интересом? Напротив, он действует согласно своему личному интересу".
Сомнений больше быть не могло. Оставить все и уйти. Куда? Монахом он уже был. Изгоем был. "Простым человеком я не был. Уйду в народ. Как граф Толстой... Без меня разберутся. Танька - девка умная, да и Абрамович ей будет подспорьем. Ничаво. Выкрутятся." - принял решение Борис Николаевич и достал из-под кровати котомку и посох.
Он вышел в ночь. Охрана, как обычно, спала. Тихая майская ночь гудела высоковольтными проводами. Борис Николаевич перелез через забор и быстро скрылся в темной ночи. Еще долго в его голове звенела тысячами колоколчиками незатейливая карусельная мелодия...