Level 2

В синем костюме со специальным отливом в комнате появилась тучная фигура пожилого мужчины. По всем движениям было ясно, что это если не аристократ, то человек весьма и весьма состоятельный. Его сопровождал довольно-таки тщедушного вида немолодой человек с глазками-пуговицами, которые неестественно бегали по орбитам глазных яблок.
-Господа, - сказал сопровождающий на прекрасном английском, - у Виктора Степановича есть ровно пятнадцать минут.
Слободан Милошевич вскочил с дивана и протянул руку для приветствия. Черномырдин потряс его ладонь и поклонился всем остальным. Остальными были Мира Маркович и Ежи Мрачковски.
-Я надеюсь, что наш разговор будет впоследствии сугубо того. Конфиденциальным. Я получил ваше предложение. Значит так. Стратегическую ракету СС-20 мы продать вам можем. Но нужной конфигурации, а именно для ручного управления у нас нет. И откуда эту байдовину запускать будете? Не из Плесецка же. Это ваши проблемы.
-Хорошо, - вступил в переговоры Милошевич, - какие ваши будут условия?
-Условия те же. Вывод регулярных частей с территории Косово.
-Может лучше деньгами? - в голосе Милошевича прозвучала капля надежды.
-Нет. Денег мне не надо. А то ведь опять пойдут слухи, туда-сюда, а нам это зачем? Или как это еще? Может хватит распространять это? Ну, сколько можно? Мы не допустим. Вот так, - Черномырдин вошел в раж.
-Хорошо. Мы согласны. Но только за деньги. Иначе теряет смысл нашего народного сопротивления американскому империализму, - вступила в разговор Мира.
-Двести миллионов и мы разойдемся по-честному.
-Сто миллионов, Виктор Степанович. Мы тоже изучаем рынок, - вставил свое веское слово Мрачковски.
-Сто это когда много. А сто пятьдесят, когда штучный товар. И все тут.
-Где и когда произойдет передача товара? - спросил Милошевич.
-Деньги здесь и сейчас, - по-бахтински ответил Виктор Степанович.
-Наличными? Да столько не унести даже взводу солдат. Кстати, вы собираетесь вводить свой контингент?
-Хорошо. Часть сейчас. Задаток. Десять, нет пятнадцать лимонов, - вытер пот со лба спецпредставитель президента России, - остальное, сами знаете...

В доме было тихо. Зденек прошел анфиладу комнат и оказался в дальней части дома. Из под белой двери пробивался мягкий свет. Он толкнул дверь и замер, пораженный увиденным.
Над разделочным кухонным столом он увидел Бориса Ельцина, борющегося со змеем.
-А, это ты. Проходи, поможешь. Никак не могу этого гада запихнуть в кастрюлю, - сказал он по-русски.
-Это вы? - спросил ошеломленный Зденко.
-Я. Что стоишь? Помогай! - рявкнул президент России.
Зденек ненавидел змей с детства. Змей, червяков и лягушек.
-Я не могу, - тихо сказал он и вышел с кухни. Он понял, что надо немедленно выпить, иначе его могло вытошнить.
В одной из комнат, кажется, это была та самая комната, где происходил разговор и "посвящение", он достал из холодильника, встроенного в бар, бутылку холодного пива "Балтика № 3". Изучил этикетку - сварено в Санкт-Петербурге! Однако. Открыл и присосался к горлышку.
-А, наше пиво пьешь! - услышал он голос президента и чуть не захлебнулся.
-Вы... Меня... Напугали... - пустив пену из рта, пробормотал Зденек.
-Ничаво. Достань и мне.
Зденек достал вторую бутылку и передал Ельцину. Сомнений быть не могло. Он. Такой же тучный и седовласый и пальцев нет на правой руке.
-Ты кто? - спросил Ельцин.
-Я?
-А кто же? Конечно, ты. Только знак вопроса надо было убрать. Ясный пень, что это не я. А ты. Понял?
-А вы, кто? - Зденек набрался мужества задать этот важный вопрос.
-А вот тут, загагулина получается. Я Сергей Владимирович Курицын. Личный повар госпожи Маркович. То-то. А ты небось решил, что я Ельцин... - он допил свое пиво и поставил бутылку на ковер.
-Но такое поразительное сходство!
-Так-то оно так, да не так. Видишь? - он взмахнул правой рукой.
-Что?
-Пальцев нету.
-Ну...
-Так вот, милый, отрезали не на той руке. Хирург пьяный был. Его в газовую камеру отправили. Лично вентиль крутил испохабленной рукой. Вот этой самой. А ты говоришь...
-Бред. Бунюэль...
-Ты меня не грузи. Я человек простой. Из алтайской деревни родом. Жена у меня там осталась...- он тяжело вздохнул. Если осталась, конечно.
-И что?
-Давай водки выпьем, а то этот змей все соки из меня выдавил. Георгий Победоносцев из меня никакой.
Они налили по сто грамм холодной водки и выпили. Стало как-то проще. Зденек развалился в мягком кресле. Курицын сел напротив.
-Хозяйка с этим полячишкой не скоро придут. Не раньше часа. Смотри какая шишка на лбу-то. Небось Мирка приложилась. Это она любит. Странная она баба. И меня била, говорит, для просветления. Вольтерьянство, понимаешь...
-А как вы попали сюда? И главное какой в этом смысл? - спросил Зденек.
-Жить захочешь, поймешь. Короче, приехал я в Москву за покупками. Попугая хотел купить говорящего. С Алтая я. Из Бийска. В цирке работал. Клоуном. Иду по ГУМу, ну, это такой магазин огромный, на Красной площади. А народ на меня пялится. Не понимаю в чем дело. А потом подошли двое в штатском, хвать за жопу и прямиком в Кремль. Дали чего-то выпить я и заснул. Сколько спал не знаю. Только проснулся когда почувствовал - в груди жжет. Смотрю бинты. Потом доперло. На органы меня почикали. А потом мужик с залысинами, почти лысый такой, еврей, меня инструктировал. Мол, будешь иногда делать то, что скажем тебе. Мол, президентом будешь. А если ослушаешься, в печь засунем. Как тут откажешься? Дал согласие. Подписал бумагу. Тут консилиум собрался - врачи-вредители. А потом повезли на операцию. Об этом я уже тебе рассказал. Как же так - не на той руке, а? Прав был товарищ Сталин. Эх, мне бы до руля дорваться хоть на один час!
-То что?
-Я б всех жидов и Америку расхуячил к бениной маме!
-Понятно. Мы их тоже не любим. Югославы.
-А попал я сюда особенно. Сбежал я. Трудно поверить. Когда они поняли, что я на роль Бориса не гожусь, некондишн, стали что-то замышлять. Убить хотели, наверное. Но там одна баба работала. Японочка одна. Шпионка, как пить дать. Дай ей Бог здоровья! Ох, и сочная баба! Она и говорит мне - бежать тебе надо. Куда? Куда угодно, только не домой. Там тебя сразу вычислят. Математики, понимаешь. Она говорит, тут в Югославию партия стратегических помидоров отправляется. Залезешь в фургон, окопаешься поглубже - все равно транспортировать их будут не в ящиках, а валом. Ночью вылез через окно. По простыни. Залез в фургон и прощай родина. На четвертый день открывается дверь, слышу голос: "Вылазь, мужик. Приехали". Хороший шофер - не сдал меня. Так я оказался в Белграде. Стал зарабатывать Ельциным на ваших улицах. Платили не очень - здесь его как и там не очень-то того. Ну, а потом подобрала меня госпожа Маркович. Говорит, поехали, у меня жить будешь... Вот я и здесь.
-Давай еще по одной, Сергей.
-Это запростяк. Тут вообще много интересных людей я видал. Вот ты кто?
-Я? Как тебе сказать. Это секрет, - шопотом ответил охмелевший Зденек.
-Был тут человек-собака, тоже из России, как и я. Но надоел быстро. Не успевали подтирать говно за ним. Жрал и гадил целыми днями. Потом его продали какому-то колбаснику.
-На мясо, что ли? Корейцу?
-Да нет, немец он был. Морда красная такая. Коллекционер. Важный такой, на фашиста похож... И Человек-амфибия тут был. Уплыл. Отпустили его на волю. Может задание какое... Может Атлантиду ищет. Хрен его знает. Меня иногда на пленку снимают - я и Славка Милошевич. Официальные встречи проводим. Потом хозяйка эти съемки западным журналистам продает. Те хорошо башляют. И мне перепадает. Только я руки прячу подальше от камеры. Нет, ну надо ж не те пальцы отхуячили!
Зденек налил еще по сто.
-А зачем змея в кастрюлю пихал?
-Тсс... Об этом говорить нельзя. Понял? Секрет.
Повар быстро охмелел и ушел доваривать свой борщ да лепить пельмени с лягушатами. Зденек понял, что отсюда надо бечь. Поднялся наверх, но одежду свою не нашел. Стал рыться в шкафах - ничего мужского. Может платье? В пьяном угаре он надел красную широкую мантию и подошел к зеркалу. И застыл. В отражении он увидел Миру и Мрачковского.
-Потрясающе! - сказал пан Мрачковски, - вылитый тибетский монах. Я знал, что у парня все в порядке со вкусом и пониманием глубинных метафизических вещей!
-Как вы себя чувствуете, наш герой? - широко улыбнулась Мира.
-Как видите. Готовлюсь к путешествию в горы, - съязвил Зденек, но его ирония в который осталась незамеченной.
-Какая проницательность! - улыбнулась Мира.
-У нас для вас хорошие вести. Пойдемте вниз, - подмигнул ему профессор.

Внизу, в холле весело трещали поленья. Зденек вдруг заметил, что поленья эти декоративные, не настоящие и что горят не они, а газ. А треск раздается из вмонтированных в камин динамики. Ловко.
-Завтра выдвигаемся в Пекин, - весело сказал Мрачковски и налил в пузатые бокалы "Хеннесси".
-Зачем? - удивленно спросил Зденек.
-Вот те раз. Только что собирался в горы. А теперь зачем?
В холле появилась Мира. На ней был черный полуспортивный костюм, изысканные кроссовки, на черном свитере в полумраке ясно высвечивалось бриллиантовое колье. Хороша, - подумал Зденек,- хоть и старуха.
-Друзья мои, хочу пригласить вас на прощальный ужин.
На этих словах Зденек подавился коньяком и его наконец-то вытошнило. Тошнило прямо на низкий столик, заставленный деликатесами.
-Ничего, ничего. Это от волнения, - сказала она весело и взмахнула бамбуковой палочкой, разрезав тихий дом, завывающим, щемящим сердце звуком.
Рвота спасла Зденека от трапезы. Его проводили в просторную комнату с огромным телевизором. Седой охранник принес для него минеральную воду.

-Ты не ошибся? - спросила Мира у Курицына, который подавал на стол горячий борщ.
-Не, не ошибся. Самый натуральный шизоидный параноик. Вылитый дзеновец. Такой полетит.
-А вы пан Ежи? Сами понимаете какой риск? Или его сразу под нож и в контейнер? - она взглянула на повара, а потом на Мрачковского.
-Ну, что вы, Мирочка! Это же наш герой. Он полетит. Я вам гарантирую это своей жизнью. Я разве ошибался когда-либо? - Мрачковски самодовольно улыбнулся.
-Смотрите. Тебя за язык никто не тянул. Дело не шуточное. Сами знаете.

Зденек тупо смотрел в экран. Телевизор показывал иностранные передачи, Белградская телестудия была разрушена несколько дней назад. Он сделал выбор на CNN. Массовые волнения в Пекине. Он захватил лишь концовку репортажа. Потом пошли репортажи из Белграда. Его мутило. Зденек закрыл глаза и его снова стошнило.

"Эти американские суслики посходили с ума! Они бомбят всех. Они убивают сербов и албанцев! Они разрушают мирные дома!" - крутилась в его голове пьяная мысль.
В комнату вошел Мрачковски. Он был слегка пьян и весел.
Выступаем завтра в полдень, из Бухареста. А теперь тебе надо отдохнуть, дружище, - профессор похлопал его по плечу.

Есть несколько самых распространенных способов попасть из Бухареста в Пекин. Самый простой и надежный - через бункер Чаушеску. В румынском политбюре бункер называли "Анус Дракулы".
Советский генерал КГБ Гавриленко принимавший участие в вызволении Николае Чаушеску писал в своих мемуарах: "Это был специально оборудованный бункер, оснащенный мощными генераторами. Когда мы оказались внутри его, президент Румынии отдал приказ включить оборудование. Через несколько минут мы стали терять сознание. Наш автомобиль подбрасывало и крутило - это можно лишь сравнить с эффектом аэродинамической трубы. Пришли мы в себя через несколько часов. Перед нами открывался поразительный вид - Великая Китайская Стена!"
Зденек проснулся. Ну и херня же мне снится - выругался он. Чаушеску застрелился. Это все знают, - пытался успокоить себя Зденек. Помаявшись еще около часу, он заснул. Ему снилась Мари - он везет ее на велосипеде вдоль обрыва. Внизу Атлантический океан. Огромные белые птицы парят вровень с ними, раскачиваясь, словно кто-то подбрасывает их на огромном прозрачном шелковом покрывале. Она смеется. Ее русые волосы ослепляют его глаза. Он останавливает велосипед. Батон французского хлеба они рвут руками и бросают прожорливым и крикливым чайкам...