Level 11

В небе над Кустанаем дзен-президента атаковали голодные казахские вороны. Бой был неравным. В борьбе за жизнь, Борис Николаевич вынужден был выбросить свой чемодан. Чемодан упал на автомобильную трассу, соединяющую Кустанай с Алма-Аты и достался казахскому художнику-авангардисту по имени Канат Ибрагимов. В чемодане лежала бамбуковая палка, колода карт и рукопись.
Канат возвращался на своем "BMW" с охоты. В его багажнике лежал связанный кабан, предназначенный для очередного перфоменса. Новая идея появилась под влиянием пластинки его друзей из рок-группы "BLAST", которая называлась "PIGS CAN FLY". На том альбоме была нарисована свинья с крыльями.
Канат решил запустить дикую свинью на воздушном шаре, снабдив ее декларацией и партией китайской тушенки, что с одной стороны символизировало бы акт доброй воли художника, с другой, это был казахский ответ московскому концептуальному искусству - всяким там куликам, осмоловским и пелевиным... Канат решил, что кабана он назовет Омоша.
С такими радужными мыслями он мчался по безлюдной трассе и сочинял текст декларации:
"Всему человечеству!
Приближается Новая Эра! Эра великих свершений. Если человек не может летать, то пусть полетят свиньи!" - он улыбнулся, но тут услышал оглушительный удар. Он инстинктивно пригнул голову. На крышу автомобиля что-то рухнуло.
"Неужели Назарбаев запустил ракету? Наверное ступень отпала..." - решил Канат и дал по тормозам.
Неподалеку от помятой машины он увидел черный, помятый чемодан. Он поднял голову. Казахское небо было затянуто серыми тучами. Из-за них раздался противный крик - так кричат вороны, когда им отворачивают головы - в этом художник хорошо разбирался. Потом второй идентичный крик. И через несколько мгновений он услышал голос мужчины: "Вы на кого клюв подняли, падлы? На самого дзен-президента, понимаешь!" Ошибки быть не могло. Это был голос Бориса Ельцина.
-Пора завязывать с травой, - решил прибитый галлюцинацией казахский Artist, поднимая с асфальта небесный подарок. А вот как быть с этим? - подумал он. И в довершении всего на дорогу шлепнулись, одна за другой две обезглавленные вороны.
Ибрагимову почему-то пришла в голову новая концепция - вот он истинный символ России - бездвуглавая ворона!
Стараясь не думать о происшедшем. Он продолжил свой путь, кинув чемодан на заднее сидение. "Сотворил же Аллах семь небес рядами... Ладно, дома посмотрим, что послали мне небеса..." - с беспокойством решил он.

В Алма-Ата стояла махровая ночь. Тысячи насекомых наивно тыкались в случайно горящие фонари - Нарсултан Назарбаев экономил на электричестве и лампочках. По горячим, неостывшим еще улицам бродили каратисты и наркоманы. Изредка из парков доносилось пение под гитару, крики - в основном женские.
Ибрагимов с брезгливостью относился ко всей этой провинциальной дикости, поскольку, как и множество художников, был человеком европейской культуры.
С опаской он вошел в подьезд своего дома и почти бегом поднялся на второй этаж. В доме было тихо. Жена спала. Это обстоятельство порадовало Каната, он заперся в своем кабинете и открыл чемодан.
Бамбуковая палка. Игральные карты. Толстая красная тетрадь. На ней черным фломастером было выведено:
"РОССИЯ ПОДНЕБЕСНАЯ"

Канат почесал за ухом. Что за чушь? Он открыл тетрадь произвольно и стал читать:
"И всякому человеку Мы прикрепили птицу к его шее и выведем для него в день воскресения книгу, которую он встретит открытой: "Прочти твою книгу!"
Канату стало не по себе. Но чтение он продолжил:
"...следует соизмерять свою походку и понижать свой голос: ведь самый неприятный из голосов - конечно, голос ослов... Сколько раз я обращался к Верховному Правителю Казахстана с этими словами. И что? Осел кричит на все поднебесье своим дурным голосом. И в этом основное препятствие для метафизического слияния наших дзен-народов...
"Святые мудрецы могли обозревать все, что совершается в Поднебесной", - так сказано в Книге перемен. Так и я, малая часть многоипостасного Поднебесного Правителя, самого могущественного и мудрого, вижу все пути, на которых события пересекаются и становятся взаимосвязанными..."
На столе затрезвонил телефон. Канат вздрогнул. Кто это еще?
-Алло, комитет по встрече тысячелетия.
-Это Нарсултан Назарбаев. Попросите к телефону Каната Ибрагимова.
Канат покрылся холодным потом.
-Это Канат Ибрагимов. Слушаю вас.
-Через минуту вы должы спуститься вниз и отдать то, что принадлежит не вам.
-Простите, я не понимаю. О чем речь? - Канат прикинулся шлангом.
-Неужели ты накопил столько дхармы, чтобы приобрести спутника в мире мертвых? - рассмеялся Нарсултан.
"Да, это он. Ошибки быть не могло. Бежать. В Москву! Там у меня друзья и связи!"
Художник сунул тетрадь в рюкзак, схватил бамбуковую палку (для самообороны) и быстро спустился во двор. Его ослепили галогенные фары стоящего у подьезда автомобиля. Из него вышел рослый мужчина с фигурой орангутанга и направился к весьма субтильному Канату.
-Принес? Молодец. Меньше минуты прошло, - расхохотался обкуренный амбал.
-Принес. Сейчас дам, - выговорил Канат и сблизившись с соперником, взмахнул дзен-палкой и ударил, что есть силы, жлоба по кумполу.
Гиганта, удивительным образом, подбросило вверх на пол метра, он взмахнул ногами, как Плясецкая в роли умирающего лебедя, и всем своим весом, будто это был мешок с пылью, опустился на задницу. Канат перепрыгнул через поверженного врага и услышал его голос:
"Кто шепчет "АУМ" - Непреходящее, Единое Брахмо, вспоминая Кришну, уходит, покидая тело, тот идет Путем Высочайшим! АУМ, АУМ, АУМ..."
Канат бежал по темному переулку. В его воспаленной голове билось гадкой зеленой мухой: "АУМ, АУМ, АУМ".