18. Рассказ Кайсара

После чрезмерного возлияния кумыса и китайского вина гости стали расползаться в разные стороны, ближе к стенам юрты, а добравшись до кереге, они падали на мягкие ковры и тут же засыпали.
Беседу теперь вели только двое. Кайсар уже сильно устал и сидел в ожидании, когда же монгол, наконец, заснет и даст ему отдохнуть. А Тугрул сидел с мутными глазами, пытаясь выговаривать слова.
И вот, заканчивая свою глубокую мысль, он поднял указательный палец вверх:
- …И не может иноходец Бату-хана сбиться с твердого шага, потому что… потому что… — Тугрул напрягся изо всех сил, — потому что у него монголи копытные, — закончил он, держа назидательно палец.
После чего закатил глаза и упал, разметав руки в стороны, будто сраженный в сечи. Тугрул хотел сказать «монгольские копыта», но сил на это у него просто не хватило.
Кайсар с трудом оттащил гостя на ковер, ближе к стене, и, накрыв его покрывалом, стал устраиваться сам. Вошедший нукер аккуратно прошел по юрте и потушил все светильники, кроме того, который висел над дверью.
И как бы ни гудело в голове у Кайсара от всего выпитого, он ворочался и никак не мог уснуть. Его очень беспокоило второе письмо. Он чувствовал, что хан затевает свою игру, и уже не на шутку стал опасаться за свою жизнь. Но все же он отогнал от себя дурные мысли, и, когда его стала одолевать дремота, ему показалось, что кто-то украдкой проник в юрту.
Он медленно повернул голову, чтобы рассмотреть пришельца, ошибки быть не могло, в центре юрты он увидел черный силуэт, который, постояв некоторое время, двинулся к спящим.
Было плохо видно, но Кайсар разглядел, что человек наклоняется к спящим, пытаясь кого-то рассмотреть. Он явно искал определенного человека. «А не его ли самого?» — пронеслась мысль в голове у Кайсара.
Между тем этот силуэт приближался к нему. Из-за того, что светильник висел за спиной у незнакомца, Кайсару были видны только очертания этого человека, но и по ним он сделал вывод, что это один из охранников хана. «Не с добрым намерением этот нукер», — подумал Кайсар и окончательно в этом убедился, когда увидел, что у пришлого человека есть что-то в руке.
Он напряг свое зрение в надежде рассмотреть что-либо, и наконец ему показалось, что это был продолговатый предмет, по виду похожий на короткую булаву. Кайсар понял, что ему хотят размозжить череп, тем более булавой это всегда удобней, чем ножом, шума меньше.
Теперь он был уверен, что брат действительно хочет его извести. Он было потянулся к рукояти меча, но передумал, потому что меч обязательно заскулит об ножны и тогда ему конец.
Он стал ощупью искать, чем можно было бы защититься, не привлекая внимания. Под руку что-то попалось, он потрогал предмет пальцами и понял, что это черпак для кумыса. А так как черпак имел довольно большие размеры, то на роль защитного оружия подходил. И, выждав момент, когда убийца подошел очень близко и нагнулся, чтобы рассмотреть его соседа, он решил воспользоваться шансом.
Вскочив на ноги, Кайсар напряг все свои силы, но незнакомец, услышав шум, уже было развернулся к нему, но было поздно. Кайсар ударил с полного размаха, держа черпак двумя руками, и тяжелый трехчаший ковш попал незнакомцу прямо в лоб.
Кайсар, бросив черпак, побежал к выходу, минуя спящую охрану. В темноте он тут же кинулся к коновязи и, узнав своего коня, вскочил на него, доставая на ходу свой шлем с черным хвостом в навершии.
Конь уходил мощным галопом, и через несколько мгновений он и вовсе растаял в темной ночи.