3. Птенец

Проснувшись утром, Бартабай, как всегда, потянулся и посмотрел вокруг. Тугая в юрте не было, а жена, уже достав из сабы кумыс, разлила его по чашкам.
- А где сын? — поинтересовался охотник.
- Черепашек наперегонки пускает.
- Опять им байгу устроил.
- Мы в детстве тоже этим развлекались, — вспомнила Батакоз.
- А мы в детстве… — он хотел сказать еще что-то, но замолчал, когда увидел, что его аркана нет. Там, у дверей, где еще вчера он висел, ныне же было пустое место. Если сейчас сказать жене о своей догадке, то она умрет от страха, — подумалось ему, поэтому он сделал вид, что ничего не произошло, но его ноги уже горели, как у тулпара перед бегом.
- Что вы в детстве? — переспросила жена.
- Тоже по-разному играли, — сбивчиво закончил он, — я же прутьев для загона не нарезал — спохватился Бартабай как можно убедительней.
- Кумыс выпей, да режь что хочешь.
- Да, пожалуй, — согласился охотник и залпом опрокинул чашку, — Как Тугай придет, скажи чтобы не уходил, пусть мне с загоном поможет.
- Хорошо, — ответила она, продолжая хлопотать по хозяйству.
Бартабай вышел из юрты и направился к своему коню. Там у коновязи не хватало одной лошади и седла. Сев на коня, охотник не спеша отъехал за холм, и там уже так вдарил гнедому по бокам, что тот захрапел. Бартабай знал упрямство своего сына и сейчас клял себя за то, что объяснил ему, как надо спускаться в гнездо. Сейчас он гнал коня именно к той скале, на которую стремился взобраться Тугай. Но время растянулось в бесконечность. И дорога не хотела кончаться. Наконец-то началось ущелье и он, не помня себя, проскакал его, чуть не сломав коню ноги, и вот она, эта проклятая скала. Бартабай посмотрел вверх и сердце его замерло. Там на вершине, стоял конь, а на скалистой стене его сын медленно спускался в гнездо по веревке. Бартабай направил коня вверх по склону и, обогнув скалу справа, оказался на верхней площадке, где стоял конь Тугая. Чтобы не испугать мальчика Бартабай перегнулся через край пропасти и тихо позвал сына.
- Тугай, сынок, а что ты там делаешь?
- Я здесь ата, — задорно отозвался мальчик.
- А я вижу. Молодец, ты только крепче держись, я тебя сейчас вытащу.
Я держусь ата, тени меня! — И Бартабай стал плавно выбирать аркан. Мальчик не удивление очень крепко держался за веревку, при этом даже не обвязавшись и как он по ней спустился можно было только гадать. Наконец Бартабай его вытянул.
- Молодец Тугай, батыр Тугай, — нахваливал охотник, отводя сына подальше от края скалы и там уже, сорвав с него малахай, отец три раза ударил им по голове Тугая.
- Собака! Ты что делаешь?! Что делаешь, я спрашиваю?! — кричал он, и затем, уже совсем обессилев, упал на землю с испуганными глазами и уставшим лицом.
- Простите меня ата, — плакал Тугай.
- При чем здесь прости, — бессильно прошептал Бартабай и обнял сына. — Никогда больше так не делай, а иначе я оторву твои ноги и брошу их волкам, — закончив свою неубедительную угрозу, он забрал сына домой.
Уже в юрте, когда Бартабай рассказал все жене, та ахнула, села на ковер и молча заплакала. Тогда отец вдруг приметил что сын, невзирая на угрозы, как-то странно весь сияет и держится за матерчатую суму, перекинутую у него через плечо.
- Что там у тебя в сумке, Тугай?
- Птенец, — открыто ответил тот.
- Что? — недоверчиво переспросил Бартабай.
- Птенец — подтвердил сын и гордо достал из сумы пушистый комок. — Я сам его добыл.
- Какой такой птенец? — Бартабай даже встал и подошел к сыну. Но в его руках он действительно увидел птенца.
- Да, птенец, — согласился охотник, рассматривая комочек. Бывает же такое, птенцы орла светло-серые, а этот темный, — заключил Бартабай и протянул руку, чтобы погладить, но комок клацнул клювом и ощутимо рванул за палец. Бартабай очень удивился, потому что птенцы в таком возрасте очень слабые, а этот на редкость злой и шустрый.
- Ну раз ты его добыл, значит тебе и быть его хозяином, — отец снял с сына его малахай и посоветовал: — Положи его сюда, потому что пока птенец не оперится, он должен расти в твоем малахае, чтобы знать твой запах и навсегда усвоить, что нет у него на свете родней тебя. Ты только тряпкой обтяни, а то обгадит шапку. — Тугай так и сделал, после чего пристроил самодельное гнездо на сундук. Бартабай еще долго смотрел на птенца и о чем-то думал. Жена заметила это и ненавязчиво поинтересовалась:
- Что-то не так?
- Пока не знаю, — задумчиво ответил Бартабай и лег спать.